Тучи продолжали плыть по небосводу, орошая землю ледяным дождём. Когда-то это было прекрасное и цветущее место. Десятки рабочих трудились на благо сада. Сотни разнообразных растений, привезенных из странствий, благоухали тут, в огромном лабиринте, по проходам которого можно было ходить часами. В саду побывало немало достопочтенных господ. Теперь от того величия остались руины. Насаждениями давно не занимались, а горшки, в которых ранее стояли молодые деревья, разрушились, давая корням прорасти в землю. Беседки, искусно сделанные лучшими мастерами, стали домом для насекомых, птиц и мышей.
Шаг за шагом Эдгар приближался к поместью, но, увы, прежние проходы, которые он использовал ещё в детстве, заросли. Теперь путь преграждала стена. Благо мужчина знал, что в некоторых местах она не столь широка, а это хороший шанс. Шанс пройти через природную преграду.
Через пару минут он всё же смог найти нужную часть стены. Тяжело вздохнув, Аберкорн отвернулся от преграды, а после двинулся на неё спиной вперед. Если бы в руках его не покоилась девушка, он мог просто пробраться через заросли, но сейчас была совершенно другая ситуация. Он никак не хотел навредить Элизе, а достаточно острые ветки кустарника «Рапирчатая Венера» легко бы поранили ее тонкую, пусть и склонную к регенерации кожу.
Шаг, ещё один шаг. Острые шипы, словно иголки, втыкались ему в спину, руки и ноги. Они разрезали верхний слой кожи, заставляя красную жидкость сочиться из ран. Эдгар старался не придавать этому значения, всё же подобное было не в первый раз. А Элизе действительно стало плохо, поэтому мужчина спешил.
Глава 4 "Тени прошлого"
— Эдгар! Эдгар! Эдгар!
Элиза мчалась по коридорам поместья, преодолевая один пролет за другим, пробираясь все ближе и ближе к нужной ей двери, кабинету. Она живо распахнула створку лёгким толчком ладони, залетая вовнутрь, и, не обращая внимания на мужчин, бросилась к объекту поиска, с ходу его обнимая, утыкаясь лицом в торс, будто довольный кот.
— Нашла, — пропела она сладким голоском.
— Элиза Миранда Антуанетта Аберкорн! Немедленно покиньте мой кабинет! Женщинам, пусть и маленьким, тут не место! — басистый голос отца заставил девочку низко опустить голову, сильнее сжимая подол в кулаках.
— Ричард, позволь я провожу её к няням, — послышался ласкающий слух голос Эдгара. И когда отец Элизы коротким кивком дал добро, тот взял её за руку, выводя из кабинета, тихо закрывая за собой дверь.
— Я, кажется, говорил не делать так, Лиз. Ты ставишь меня и отца в неловкое положение, — его голос был холоден, в нем слышалось явное раздражение. — Ты не можешь вести себя так. Сходи и займись полезным делом, если так скучно, и не слоняйся по дому, будто беспризорница.
На этих словах мужчина отдал малышку в руки нянечки, наказав той не сводить с неё глаз, а сам скрылся в кабинете.
В тот момент сердце девочки тронула печаль. Он отверг её, и постичь причину этого детскому уму было не под силу. В какой-то момент Элиза замкнулась в себе, превращаясь из задорной и озорной девчонки в маленький нелюдимый комок, играя теперь в полном одиночестве, а Эдгар посещал её все реже, уделяя внимание работе и семейному делу, но не ей, далеко не ей.
В шестнадцать Элизу обратили. Это воздействовало на неё впоследствии не самым лучшим образом. Дёсны зудели, глаза жгло, а в ушах постоянно стоял непонятный гул. Стараясь уйти подальше от лишних шумов, девушка все глубже и глубже удалялась в лес, который, как и прочие земли вокруг, принадлежал её семье. Не замечая того, она перешла на бег, неизвестно кого догоняя или выслеживая, но четкий стук быстрого сердца и пьянящий аромат страха и крови не давал ей остановиться или хотя бы осознать происходящее. В погоне за кем-то она резала руки и ноги, раня их беспощадно, пока в какой-то момент её впервые удлинившиеся клыки не вонзились в жилистую шею жертвы, к которой она приникла, жадно поглощая тягучую кровь, марая губы, щёки, шею... Лань билась за жизнь недолго, её сердце с каждым глотком стучало все медленнее, а вскоре и вовсе замело, тогда к Элизе и пришло осознание.
Да, вампиры по природе своей хищники, но первая отнятая жизнь давалась многим из них непросто. Попытки привести животное в чувство не увенчались успехом, а окровавленные руки, лицо и грудь заставляли себя ненавидеть. Она рыдала над трупом убитого животного, размазывая грязными руками кровь по лицу, ненавидя себя за содеянное. В тот момент и появился Эдгар, а может, он был рядом с ней и раньше, незаметно наблюдая — девушка этого не знала. Но так же как и сейчас, под дождем в поместье, он обнял её, прижимая к своей груди, тихо гладя по волосам утешая. Это была её первая охота, но далеко не единственная...