Днем их видно особенно хорошо.
Тамири зажмурилась, цепляясь за тонкие нити собственной сверхъестественной связи с Нимму. Хваталась отчаянно, искала путь, искала варианты. Сэл панически искала подсказки в ее лице. Она культистка могущественной сущности, она обязана что-то придумать!
Нет времени.
Думай, думай, думай!
Тамири, кажется, была почти близка к разгадке, но неестественный жар выжег ее мысленную вязь. В последний момент она успела распахнуть свои двухцветные глаза, успела нырнуть в сторону, позволяя сгустку пламени оцарапать только ее оголенное плечо. А потом она увидела.
Тамири чувствовала его так тесно, так четко сегодня. Ходила вокруг да около, не понимая на самом деле, о ком идет речь, ведь сделки происходили между Нимму и девушками. Но вот он — вот он, во плоти.
Землисто-смуглый, почти мертвенный. Прилизанная прическа кроваво-красных волос растрепана, лицо искажено гневом. Некрасивый, нечистокровный, даже дорогая одежда этого не исправит. Но — эти глаза.
Ни одно едкое пламя, ни одно кислотное озеро не жгло так, как эти желтые глаза.
Никогда и никому Тамири Лир не пожелала бы внимания этого существа.
— Йахеанн! — взревел он. — Я прощу тебя, если вернешься сейчас!
Он безумен. И у них лишь доля секунды.
И тогда подсказка Нимму непрошеной каплей легла в ее ладонь. Тамири бросила взгляд на Сэл, на Шей, которая держала ее за руку, близко к себе. И тогда она выбросила вперед ладонь.
— Это будет стоить тебе твоей любви.
И Шей поняла ее без пояснений. И без мгновения промедления схватилась за руку в ритуальном рукопожатии.
А потом грязная земля подпольного рынка Сееты ударила их в спины.
Сэл вскрикнула, слезы брызнули из глаз. Дыхание перебило, она всхлипнула и завыла, ощущая, как расплывается по спине пятно будущего гриссианского синяка. Она не могла шевелиться, не могла остановить едкие слезы, текущие из глаз, и она задыхалась.
Сбоку раздался лающий кашель Шей, с другой стороны — сдавленный стон Тамири. Она ушибла плечо, по которому расплывается такое знакомое Сэл алое пятно. Генетические болезни полукровок — разнообразие куда меньшее, чем в расовом сочетании.
Но у них времени собраться и встать — вдруг какая-то тень заслонила весь окружающий свет из-за рытых торговых палаток, и над Сэлейлин внезапно оказалось встревоженно-озадаченное лицо Сурана.
— Проклятье, Сэл! — воскликнул он, падая на колени рядом с ней. Коснулся ее плоской груди и надавил, от его рук по коже распространился холод, и Сэлейлин резко, хрипло вдохнула, хватая ртом воздух. Потом она закашлялась.
— Я работаю, ищу нам порталиста, а ты вдруг падаешь мне на голову. Говорил же — мы, кажется, меняемся ролями, — его улыбка была, как всегда, уверенной и наглой, но не отражалась во взгляде. Он не упускал времени и серьезно оценивал состояние Сэл. — Встать можешь?
— Могу… разве что сесть.
— Что случилось?
— Преследователь нашел нас, — тихо проскулила Шаэтум и перевернулась набок. — Пришлось… действовать подручными средствами.
— Я вижу…
Самообладание у Сурана всегда было отменным. Он не выглядел сколько-то взволнованным, когда бегло осматривал Шей и незнакомую ему полукровку, когда вернулся взглядом к Сэл и ее очевидным новым травмам. Последовавший за этим осмотром вздох — намеренная демонстрация, что он все держит под контролем.
И так же спокойно, как вздыхал, Суран как мог осторожно взял Сэл на руки — как принцессу. Сколько раз он уже носил ее так? Сколько раз уже держал на руках, как драгоценную ношу?
— Спина, да? Возьмись за шею, чтобы не так сильно мне на руку опираться. Сейчас поправим, я нашел целителя.
— Ты, лицемер, еще ничего не нашел.
Иллюзия безопасности рассыпалась как иней с оледенелой травы поутру. Шей, держась за грудь, хмурясь и не в силах перестать морщиться, смотрела куда-то за спину линея, а Тамири, бросив туда же один беглый взгляд, только отвернулась, хмурясь.
За спиной Сурана, особенно через плечо, сразу не разглядеть маленькой женщины в черном, слишком уж она низкая в сравнении с линеем. Явная полукровка, но здесь, в темном и «нехорошем» квартале Сееты, это — не такая уж удивительная картина.