Времена были интересные, так что бабулины приключения на этом только начинались. Хотя она редко чего рассказывает. Говорит, что мала я ещё. Так, иногда фотоальбомы старые вместе рассматриваем. Запомнилась мне фотка, где она в чёрной кожаной куртке с наганом в руке стоит, а рядом красавец-военный – белый китель, грудь в орденах, а усищщи – мамочки мои, как их забыть! – одной рукой её обнимает, а другой саблей вверх тянется. Вроде как салютует. И улыбаются оба счастливые! А на обороте той фотокарточки надпись поблёкшими чернилами «Юле от Сёмы на долгую память!» И сердечко, стрелой пробитое, нарисовано.
***
В общем, доехали мы. Идём через жэ-дэ вокзал, а со всех сторон таксисты зазывают. Бабушка одному их них – высокому темноволосому парню крепкого телосложения – наши сумки в руки:
– Отвезите нас, пожалуйста, молодой человек, по адресу улица Звёздная, дом семь.
– Отчего ж не отвезти, – смеётся тот, – любой каприз за ваши деньги.
– Средствами располагаем, не волновайтесь! – улыбается Джульетта Карловна. Любит она иногда как-то смешно выразиться, мол, это её веселит.
Сели мы в «Ладу Калину» строгой серой масти, да помчались покорять мою альма-матер будущую.
– В гости приехали? – спрашивает таксист, поглядывая на нас в зеркало заднего вида.
– Учиться, – говорит бабушка и добавляет с гордостью, – в школу для одарённых детей.
И зыркает на меня со значением. Помню, помню – обычным людям про чародеев знать не положено. Для их же блага – меньше знаешь, крепче спишь.
– Здорово! – одобрительно кивает таксист и продолжает мечтательно – Эх, школьные годы… Золотое время! Помню, как мы с пацанами классе в пятом или шестом, сейчас уже как скажешь-то, да и не важно это, короче, сбежали мы с уроков сразу после большой перемены, как пообедали, и понеслись на речку, решили первое в том году купание устроить, а уж конец учебного года был, май месяц, вода тёплая, и мы такие портфели побросали и давай…
Таксист тараторит без остановки и что-то есть в его голосе… Убаюкивающее… Кресло подо мной будто пластилиновое становится, я проваливаюсь куда-то вглубь него, в уютную мягкую, как вата, дремоту, из которой не хочется возвращаться… Краем глаза вижу, что бабушка уже отключилась и похрапывает, свесив голову на грудь. Чувствую: что-то не так, неправильное что-то происходит. Но голос таксиста словно плюшевый молот вбивает меня в сон всё сильнее и сильнее. Подушечку бы мне… Ладно, бабушка тоже подойдет. Последнее, что я вижу, прежде чем положить голову ей на колени и улететь в мир грёз – это отражённые в зеркале сплошь угольно-чёрные глаза таксиста.
***
– Чего тебе нужно от нас, демон?!
Слышу бабушкин голос, едва разлепив веки. Оглядываюсь. И куда это мы попали? Какое-то серое пустое здание без окон. Склад, наверное, или что-то вроде того. Только в углу, где мы с бабулей на диване продавленом очнулись, кое-как всё обустроено. Стол, несколько стульев, холодильник старый облупленный. Мы по рукам и ногам связаны, а таксист, который совсем не таксист, сидит, гад, напротив нас и скалится довольно. Глазища чёрные-пречёрные, черты лица уж и не очень человеческие – как-то огрубели и заострились, что ли. Зубы, кстати, тоже. Заострились, в смысле. Видимо, расслабился демон за неимением необходимости личину удерживать. Ага, вон и кожа зеленоватым отливать начинает.
– Спокойно, ведьма… Скоро объявится Хозяин и всё узнаешь!
Голос у него уже не такой приятный и совсем не успокаивающий.
То, что нас связали на совесть, я сразу поняла, как только конечностями шевельнуть попыталась. Следующим на ум пришло, естественно, колдовством воспользоваться. Только вот ничего не получилось. И лишь повнимательнее взглянув на бабушку, я поняла, насколько серьёзно мы влипли! Сейчас на её шее, и на моей тоже, ошейник из голубоватого металла красовался. Ночной кошмар любого чародея! Двимерит! Тот самый, который способности магические блокирует!
– Бабушка! – пищу испуганно.
– Очнулась, – смотрит на меня ба, – Ничего не бойся, всё будет хорошо!
Легко ей говорить: «Не бойся!» Меня ещё ни разу демоны не похищали. Да и не-демоны тоже, если на то пошло. Очень трудно мне сейчас не бояться, особенно магии не чувствуя!
Тут воздух перед нами задрожал и в клубах вонючего дыма, от которого у меня глаза заслезились, появилась высокая фигура в чёрном балахоне. Из-под темноты капюшона глаза белым неживым светом мерцают.