— Может в ваших силах его изменить. И, к вашему сведению, в таких вещах, как Вы, не ошибаются, — мягко сказал Грач. Теперь он не казался столь пугающим.
Кэм смотрел в глаза губернатору и пытался понять, что за ними скрывается, действительно ли он видит в них правду и желание помочь, или же его заставляют это увидеть.
— Я собственную жизнь не могу изменить, о каком мире вы говорите? — нервы были на пределе.
— Хорошо, не волнуйтесь. Отложим этот вопрос, но одну формальность исполнить придётся, — Грач дал знак амбалу, сидящему в кресле.
— Какую формальность? — только и успел сказать Кэм, подняв непонимающий взгляд на Грача.
— Кэмерон, это необходимо, — губернатор вдруг резко встал.
Кто-то схватил его сзади, крепко прижав к своей твёрдой груди спиной. Сильно брыкаться не получалось, но парень не оставлял попыток. Хотя, что могло это тощее слабое тело, против горы мышц.
— Что происходит? Отпустите меня! — кричал Кэм, сопротивляясь. Он судорожно пытался найти глазами способ, чтобы вырваться.
Тут подошла Азраэль. Её какая-то безумная весёлость, сменилась каменным выражением лица, но даже она не смотрела ему в глаза, будто не могла себя заставить. Девушка лёгким и быстрым движением вспорола себе запястье, а потом схватила Кэма за левую руку железной хваткой и повторила тоже, что и собой. Азраэль вложила нож себе в рот, чтобы освободить распоротую руку, и соединила места их порезов.
Слишком поздно Кэм понял, что происходит. Грач уже начал произносить слова клятвы крови на латыни. Из места где его кровь соприкасалась с кровью Азраэль, тело начало наполняться энергией и теплом. Казалось, что не кровь наполняет его жилы, а жидкое железо, но это было чертовски приятно. Через несколько секунд он потерял сознание провалившись в темноту.
Глава 6
Морской бриз с каким-то особенно приятным запахом трепал его волосы. Ноги уже подкашивались от усталости, но Кэмерон продолжать бежать к своим родителям. Мама стояла рядом с отцом, обнимающим её за талию. Таким счастливым Кэм его ещё никогда не видел. Улыбка сама возникала, когда ты смотрел на милое лицо Лоры Рейвен. Ты буквально чувствовал доброту, исходящую из её серых глаз, она пронизывала тебя насквозь, и мир переставал казаться таким плохим.
Мокрый песок под ногами усложнял задачу. Ступни проваливались в него по щиколотку. Кэм не помнил, чтобы песок действительно был таким тягучим на пляже, где он проводил дни и ночи. Небо тоже было странным. Никаких ярко-алых, пламенно-оранжевых и солнечно-жёлтых цветов там не было. Кэмерон будто смотрел на всё через сиреневый фильтр. Фиалковое небо с разводами фиолетового и аметистового, песок цвета индиго и его кожа тоже приобрела бело-сиреневый цвет.
Кэм поднял глаза, чтобы посмотреть долго ли ему бежать до его родных, но на их месте увидел совсем другое. Там стоял мужчина лет тридцати. Цвет медно-рыжих волос был ярким пятном на окружающем фоне. Следующее, что выдавало в нём высшее существо были глаза. Кэм увидел подобное у Азраэль, необъяснимая сила и мудрость сочетались в них делая их поистине особенными и уникальными. Только вот у принцессы в них горела жизнь, свобода и смысл. У незнакомого зеленоглазого мужчины Кэм видел невыносимую усталость и боль, его взгляд был каким-то рассеянным и потерянным, будто он уже не знает, что значит жить.
— Найди истину, — приказал мужчина, и от звука его голоса внутри Кэмерона всё сотряслось. Это словно стало толчком, чтобы снова начать падать во тьму.
Тьма вновь перенесла его, но на этот раз она была лишь перед глазами. Кэм позвал своё тело, и оно с радостью откликнулось. Птицы переговаривались друг с другом разными красивыми трелями. Он глубоко вздохнул, надеясь ощутить знакомые скипидар и морскую соль, но вдруг почувствовал приятный запах хвои и свежескошенной травы. Подрагивающими кончиками пальцев Кэм почувствовал под собой гладкий и прохладный дорогой шёлк. Тогда воспоминания обрушились на него. Он сейчас где угодно, но не дома. Открывать глаза было страшновато. Кто знает, может его заставят принести ещё несколько клятв?
Наконец, решившись, он поднял веки. Глаза быстро привыкли к солнечному свету. Белый потолок с большой хрустальной люстрой по центру было первым, что он увидел. Кэм приподнялся на локтях. Высокие окна были распахнуты, впуская свежий воздух, легкий ветерок трепал тонкие белые занавески. Стены были покрашены в сапфирово-синий. Он повернул голову вправо и увидел несколько стеллажей, сверху до низу заполненными однотипными чёрными книгами. Рядом стоял столик с недоигранной шахматной партией, возле него два резных стула с позолотой и синей обивкой.