Невидящими глазами я уставилась на витрину горящую золотом и ткнула, в первое, что показалось не таким вычурным.
- Вот эти? – кто-то переспросил, я кивнула, может и не эти, но мне всё равно. Витрина открылась и из неё было извлечено изделие. Это оказались серьги. – Примеришь?
Нет.
Меня подвели к прилавку, к красивому зеркалу на тонкой ножке, в кружевной оправе, приложив к уху серёжку. От одного прозрачного камушка, наверное, бриллиантика, отходила одна тоненькая цепочка, с таким же по форме, но меньшим камушком.
Я кивнула, поспешно отвернувшись и закусив нижнюю губу. Где-то вдалеке, Малис расплатился и больше настаивать не стал.
- Возьми воды, - между магазинами я увидела автомат с напитками, потянув за рукав Малиса, вот чего хотелось.
Краешком глаза я заметила, что демон не стал утруждаться карточкой, просто щёлкнув по нему пальцем и нужная пружина повернулась, вывалив бутылку.
- Если не хочешь, не буду заставлять.
Сделав большой глоток, я вновь кивнула, и мы развернулись к выходу. На смену пика восторга пришла подавленность и нервозность. Мы вышли на улицу и залезли в прохладный салон автомобиля. Я прижалась к Малису, положив голову и обхватив руками, безразмерно благодарной, что он без лишнего увёл оттуда. Мы сидели молча, и странное ощущение проходило, я успокоилась. Руки сами потянулись, обхватив его и я уткнувшись носиком в плечо тихонько засопела.
-Прости, не знаю, что накатило, - после нескольких минут я подала голос, всё не отрываясь от него.
- Твоё душевное спокойствие волнует меня не меньше физического. – Он перевёл взгляд, так что от самой шеи до пяток побежала ледяная волна - говори.
- Одежды вполне достаточно, а побрякушки дарить мне, они всё равно останутся у тебя. Возможно я не та девица, которыми ты привык общаться, которые только и ждут подарков с оленьими глазёнками. – наговорила какой-то ерунды, в которую даже ребёнок не поверит, и мысленно отвесив себе подзатыльник.
- Это главная причина? – и Малис кажется не принял в серьёз ни одно слово.
- Нет. – я громко выдохнула, - Иногда кажется, что всё это часть твоего плана, заставить поверить, что всё как прежде, и в один момент услышать, какая я наивная дурочка. И убьёшь меня окончательно. Который день ты делаешь это целенаправленно. Игрушки тоже ломаются, а я уже вся трещу по швам, держусь на тоненьких ниточках. Вообще у с мужчинами у меня всё трудно, -нервная улыбка, преподношу сокровенное на блюдце, - какой бы хорошей я не была, лавровую ветвь получает другая, всегда. Лиза. У Маши только секс без обязательств, одинокая квартира с серым диваном. Я смирилась с этим, так проще. Я сама оплачиваю свою жизнь, свои тряпки, развлечения и выбираю мужчин.
- Тогда как мне доказать, что это не игра, нет тайных замыслов? Ты ведь моя, от своих слов не отказывался никогда. И не сомневайся, что нужна мне именно ты, не та Лиза, там ты была собой, забыв о роли, я знаю и мне видней, хоть это ты и не приняла. Не она была счастливая, ты. И не её я жду, ищу и вылепливаю, а тебя. По вредничали и хватит, здесь твой новый дом, рядом со мной. И если я могу потратить на тебя неприличные деньги, то позже не выставлю счёт.
- Ничего не надо, - я глубоко вздохнула, ведь и в мысли запросто залезет, - только не хочу больше того Малиса, жестокого. Демона. Там, в Питере я ведь просила, что не надо ко мне… - в воздух вырвался короткий нервный смешок, - и жутко накосячила, с каждым разом всё глубже и не могла остановиться. Прости, всё так быстро менялось, что я не могла остановиться увязая в собственной лжи. В Питере, я и в правду испытывала к тебе чувства, такие не нужные, не уместные, от которых я зареклась на веки вечные и нарушила собственные заклятия. Я ведь только работать могу. А после того, как ты чуть не прикончил Скоромятова, даже страшно было подумать, что ты со мной мог сделать. Разрешилось, блин. – в пиджаке милого выпирал краешек портсигара, на деюсь он не возражает, мысли ведь читать умеет. А пальчики уже, без разрешения проникли под предмет гардероба и извлекли заветную коробочку, засунув в зубы сигаретку и предложив вторую Малису, и они обе дружно воспламенились.
- Я ещё в Питере говорил, что ты моя женщина. И до сих пор это так, чтобы не было между нами, - демон выпустил в потолок струйку дыма, - и злился прежде всего на себя, что позволил чувству завладеть над делом, по которому прилетел в «Глобус». А потом что до тебя до касался другой. Как бы там ни было, своего решения я не изменил, своими действиями, я убрал всё лишнее, и оно больше не вернётся, ты это прекрасно понимаешь. Про Мухаба ты должна была сообщить, это касалось твоего здоровья. И только благодаря тебе его голова существует совместно с туловищем. Мне до сих пор дурно от писанины врача.