Внезапно, в уши ударил истошный крик, утробный, я подскочила, озираясь по сторонам, тяжело дыша.
-Лиза? – Светлана Викторовна обеспокоенно взглянула на меня, везде была тишина, повернулась обратно к телефону.
Крик раздался вновь, отчаянный не человеческий, горло сжалось, в спазме. Я забегала глазами, Кро! Дошло до меня!
Я выскочила из-за стола, в дверь, Кро звал, царапая воздух, у директора, там! На пути кто-то попался, и был безжалостно оттолкнут в сторону, чем ближе я приближалась к приёмной, тем сильнее исходил звук. Я ворвалась в приёмную, Марина, скучающе сидевшая за компьютером, подскочила, короткий взгляд и она вновь села.
- Не смей! – Закричала я, не отдавая отчет, вырываясь в кабинет Мурмуса.
Криков уже не было, Максим стоял по среди кабинета, обернувшись, оскалившийся увидев меня, с зубами острыми и длинными как иглы, глазами, горящими жёлтым… И Кро… его не было. Были только ошмётки, оставшиеся от его энергии, летающие вокруг, Мурму…
Сожрал его! Я отшатнулась, припав спиной к стене.
-Лиза! – Прорычал зверь, убрав острые клыки, лицо вновь стало человеческим, сделав шаг на встречу. А мои ноги словно вросли в землю.
-Вам туда нельзя. – Раздался голос Марины из приёмной.
-Ждут. – Кто-то противно хмыкнул, и тут же дверь директорской распахнулась, на пороге встал белобрысый.
Человек растянул губы, посмотрев в мою сторону, и стянув головной убор.
-Здравствуйте, Мария Павловна, - чуть слышно произнёс он, обдав кислым сигаретным запахом. – Максим Владимирович…
Не-е-ет, не получится, к горлу подкатил ком гнева за Кро, за мерзкое дыхание этого человека, желавшего нажиться за мой счёт. Я остро почувствовала, как невидимые нити потекли из моего тела, прошли сквозь его одежду, его мясо, кости, оплетая, добравшись до самого сердца, опутав, проникая и сжимая, ме-е-е-дленно…
Белобрысый нервно сглотнул, что-то почувствовал, рука забралась под кожаную куртку, интерес к Мурмусу сместился. Да, человек всё понял, я держала, его сердце отсчитывало последние удары, с каждым последующим стуком всё тяжелее. Мужчина одёрнул горловину свитера, жарко, стало тяжело дышать, он сглотнул вновь, полыхнув не здоровым румянцем и ... я сдавила нитки.
Сердце человека сделало последний истошный удар и всё. Два жадных глотка воздуха, глаза выпучились, выйдя из орбит, на лбу выступил пот, и он осел, хватаясь за грудь, секунда и, мёртв.
Я перевела взгляд на Максима, красная пелена спала, он чуть удивлённо поднял бровь, ничуть не обеспокоившись, став свидетелем моих тёмных делишек.
-Да кто ты… - мне стало не по себе.
-Максим Владимирович… - в кабинет протиснулась секретарша, споткнувшись о белобрысого, – Господи! Господи! – Завизжала Марина.
Я очнулась, отшатнувшись переступив безжизненное тело, и опрометью бросилась за дверь.
- Лиза!
В кабинет, сердце готово вот-вот выпрыгнуть, теперь моя шкура была на кону.
- Л-лизонька, а что случилась? - Викторовна, открывшая рот.
К шкафу, чуть не вырвав дверцы, схватила пальто, сумку. Он шел за мной! Прочь, все прочь! Я чувствовала приближение с каждым шагом и загривок вставал всё сильнее. Сотовый был на столе, слишком далеко, слишком мало времени. Раздался окрик.
-Прочь! – На пути попался нерасторопный сотрудник, оттолкнула, и к лестнице.
Я бежала. Быстрее, через несколько ступеней. Времени мало, я слышала тяжёлые шаги, настигающие.
Двери, в лицо ударил холодный октябрьский ветер, в запасе было несколько секунд, я огляделась, заметив отъезжающий автобус, бросилась к нему, успев на последнюю ступеньку, через секунду двери плотно закрылись. Я спряталась за спинами людей, облегченно выдохнув, колёса автобуса тронулись, а мимолётный взгляд в окно заметил не успевшего Максима.
9
Прощай. Сердце больно сжалось, конец сказочки. Меня затрусило, и поняла, что стою только в платье, в замшевых лодочках, промокших насквозь. Посиневшие руки, не чувствуют холода, всё ещё сжимаю пальто и сумку.
Автобус ехал в неизвестном мне направлении, за окном мелькал чужой пейзаж, к холоду прибавился озноб, щёки пылали. Надо поесть. Когда пользуешься энергией, особенно в таких масштабах, надо жрать, это правило. Не жрешь- сдохнешь. В этом деле хорошо выручает глюкоза, на первое время.
Я вышла на безымянной остановке, зайдя в первое попавшееся кафе.
- Только кофе, самый сладкий, полейте сиропом, и шоколадом, - с двери протараторила официанту, протянув зелёную купюру, усевшись за самый дальний столик, – быстрее.
Через минуту, принесли мой напиток в большой чашке, отвратительный на вид. Как только юноша ушел, я высыпала в чашку весь сахар, что стоял на столе. Размешав, и заткнув нос, одним глотком ополовинила чашку. Мерзко… но стало лучше. Ушел шум из головы, да мысли перестали биться о коробку.