-Где она? – Прохрипел с желтым глазом, так что шкура у него встала дыбом.
-Там, - он кивнул в сторону спальни.
Желтоглазый был главный, определил подбитый, не произнеся ни слова, Матвей, так же достаточно опасный субъект, двинулся в указанном направлении. Девушка была на полу, связанная намертво по рукам ногам, ещё и скручена в бараний рог и привязанную верёвкой к тепловой трубе. Чем так напакостила эта особа, подбитый не знал, но лучше бы ей тогда заняться суицидом, а не побегом.
Матвей достал нож, перерезая верёвки на ногах и от трубы. На губах девушки была запёкшаяся кровь, она с трудом разлепила веки и хрипло завыла, когда её поднимали на ноги.
Разум зафиксировал новое лицо. Но это не имело никакого значения. По телу прокатилась глухая боль, когда ставили на ноги. Они подкосились, готовые вот-вот сложиться. Но вовремя подхватили.
Кажется, мы пошли, шатко переступая, я заметила, что обута в один ботинок. Потом перешли порожек спальни, ещё ноги, одна пара, потом вторая.
- А на здоровье, будет компенсация? – Подал голос младшенький. Кто-то шикнул на него.
Нет, миленький, будешь ещё долго страдать отдышкой. Я бы посмеялась, но из груди вырвался хрип.
Что-то заставило оторвать глаза от пола и поднять голову, заметив своего милого. В чёрном пальто, знакомый желтый свет в глазу и острые черты лица. Меня потащили дальше, к выходу. Открыли дверь и в лицо ударил ледяной ветер, взбодривший мозги, и снег, перед ногами.
Нет, не хочу, я упёрлась носком и ботинком, будет мокро и… и холодно, кости затрещали.
-Матвей, – рыкнул Малис.
Помощник тут же остановился, заметив единственный ботинок. К тому же девушка была в тонком свитере. Матвей не раздумывая снял свою куртку замотав в неё объект, подхватил и перенёс через порог, затолкав на заднее сидение автомобиля.
Елена поставила перед собой коробку, крепко перевязанную лентой. Для ритуала всё было готово, только оставалось решиться.
-Серж! – Лена громко позвала брата, - подойди, побудь рядом.
- Если она мертва, утянет за собой, – брат присел на подлокотник кресла, скрестив на груди руки и с опаской посмотрев на глиняную пиалу.
-Нет, - Лена не могла знать наверняка, но чутьё подсказывало, что Маша ещё в мире живых. - Ничего другого не остаётся. Я искала всеми способами, и эта инфузория, Лин, делась куда-то. Полагаю, что желтоглазый все-таки добрался. Но она жива. Надеюсь, мои силы меня не подводят.
Лена глубоко вдохнула, рядом был брат, и развязала ленту. В коробке находился срез волос Маши. Самые обыкновенные каштановые с лёгкой волной. Лена ласково их пригладила и отделила небольшую прядь, убрав остальные вновь под крышку. Она поиграла прядью, пропуская между пальцев и будто в ответ, волосы заскользили сами. Рядом стояла пиала с которой Лена зачерпнула немного красной жидкости, и провела по локону, от чего тот стал более упругим, кровь впиталась, локон сделался с тугим завитком.
В пиале была кровь Маши с толчёными травами и её собственная для слияния. Лена взяла в руки чашу запрокинув часть содержимого в рот, не глотая и поднесла пальцы с локоном. Как по волшебству, волос энергично отреагировал, метнувшись внутрь и Лена с усилием приняла его, проглотила, запив остатками жидкости.
Часть Марии теперь была с ней, Лена откинулась на спинку кресла, ощущая, как её наполняет слабость, глубокая тяжелая расслабленность, присущая в данный момент Маши, это её чувства, её состояние. Она отдалась, поглотившись принадлежностью подруги.
Сон она спит.
-Проснись! – Толчок.
Темно. Что-то заставило шевельнуться, преодолеть грань. Веки медленно раскрывались, пропуская тонкую полоску света. Монотонный гул. Я увидела колени, свои, а на них мирно покоящиеся руки. Ниспадающие волосы. Снова заволакивало всесильной дремотой.
-Проснись! – Стукнуло по голове.
Кажется, тело больше не принадлежит мне, голова сама начала подниматься, руки, что там с руками? Я ли, но они начали подниматься, рассматривая серебряные браслеты на запястьях, скреплённые цепью. Ничего нового, я отвернулась, заметив овальный иллюминатор. Это уже интересней. Напротив, сидели двое мужчин, один с чёрной бородой, другой же гладко выбрит и лысый, я его уже видела, но не помню.
Сейчас, я со всем разберусь, дайте только немного времени, я приду в себя, только минуточку.
-Шеф, – один из них подал голос наклонившись, и внимательно рассматривая.
Шеф, сидящий в другом ряду, за спинами, развернулся, заметил мои шевеления. Это оказался Максим. На душе стало теплее, он встал со своего места, пересев рядом, нахмурил брови и развернул лицом к себе.