Выбрать главу

- Соединительные союзы وَ ,فَـ , ثُمَّ служат для соединения однородных членов предложения, или относительно самостоятельных предложений в составе … - машинально повторила за очкариком.

Вернёмся к методам и средствам противодействию демонам. Библия упорно настаивает на молитвах, ритуалах и амулетах, я что против? Только на мой житейский взгляд пуля из свинца надёжней.

-Мария?

Может со святой водицей попробовать, кофе приготовить? Где только достать.

-Мария .., – Алим обреченно вздохнул, – Мария?

-Простите, - я встрепенулась, забегав глазами по учебнику, что очкарик от меня хочет? – Задумалась не о том, можете повторить?

- Вы летаете в облаках, весь урок, – очкарик отодвинул учебник, - что-то вас волнует?

- Нет, всё в порядке, только немного устала.

-Хм, - очкарик призадумался, почесав бородёнку, - мня это очень радует, это прекрасно слышать.

-Простите? - Я очень удивлённо посмотрела не этого я ожидала услышать от курчавенького, кажется, наш общий диалог имел разные смыслы.

- Мария, мы весь урок разговариваем на арабском и прекрасно понимаем друг друга, и построение предложений… это действительно меня очень радует.

-Правда! – Я удивилась, хоть что-то хорошее за сегодня, воскликнув слишком громко, поздно прикрыв себе рот, и чуть позже засмеявшись. Я действительно его понимала!

Алим ещё на немного отвлёкся от занятий, спрашивая о повседневной ерунде, я отвечала, понимая речь как русскую, и мы вновь продолжили урок. После окончания занятия, я позволила себе выползти из своего угла, верховный демон отправился в разъезды, оставив за дверями Мухаба. До обеда было рано, я остановилась у шкафа с книгами, которые господин директор недавно разрешил брать. Случайно или нет там оказалось множество книг на русском история, искусство, художественная литература. Но тяги к знаниям не возникло, лучше мирской перекур, пока никого нет. Малис часто курил в кабинете, нашлись сигареты, а рядом стояла и пепельница, и очень манящий низкий подоконник, на который я взгромоздилась, скинув босоножки. А там завораживающий вид на город, лентой дорог, который понемногу затягивается песчаными облаками. Я приложила раскалённое лицо к прохладному стеклу, всё могло быть иначе…

-Ой! – Я внезапно вздрогнула от прикосновения к ладони. Рядом оказался Малис, вытягивающий окурок из моих пальцев. Как он появился, что я не услышала дверь, с недоверием я покосилась на него, уж не колдовские ли это штучки, с чем чёрт не шутит? Он почему-то улыбнулся.

- Ты задремала. – Малис показал дотлевший окурок, скомкав и бросив в пепельницу. Ну, может быть, я похлопала слипшимися ресницами и похрустела позвонками. Он не злился, не серел и даже с лёгкой полуулыбочкой, - Алим такой интересный урок ведёт? – Произнёс Малис усаживаясь в своё кресло. Ссора забыта? Я поднялась, стоит убраться.

- Меня похвалили, работаю головой лучше, чем чищу картошку.

- Мне напомнить на каких ты условиях, -очень по-доброму процедило демоническое создание, с улыбочкой, подразумевающей перелом костей, - не вздумай морочить голову этому юнцу.

Я пожала плечами, подобрав свалившиеся тапки.

- И тебе совсем не страшно? – Внезапно тон сменился, директор повернулся в мою сторону, - я ведь демон.

Он хотел меня напугать?

- Врунгилёв, мой шеф, - я, остановила взгляд где-то на середине, в области ремня, где отражала свет стальная пряжка, засмотревшись на его руки. Которые доставляли столько нежности, мгновение и пальцы двинулись, будто позвали, я сглотнула, а внутри всё заходило ходуном, я кашлянула, - Саша называет меня исчадием ада, - поспешно продолжила мысль, - карой за все грехи. Так что не известно, кому не повезло.

Кажется, показалось, Малис пропустил мимо мои слова и смотрел в окно, второй рукой подперев подбородок, серьёзный, без намёка на… я вновь посмотрела, и не верно восприняла случайный жест. Вздох. А кисть вновь зависла в воздухе, замерев, чёрт, ну почему я так реагирую, даже дыхание затаилось, он ведь прямым текстом сказал, что на хрен я не втарахтелась, а по телу уже целый парад искр прошелся и плевать что он там говорил… Ладонь всё висела в воздухе, будто испытывая, и наконец, он не двусмысленно ткнул пальцем в ногу.