– А не идти можно?
– Не ходи, – я пожал плечами. – Будешь жить в Кампфе, заведешь семью с Пештой, родите деток…
– Мля! Влад! Фу-у-у-у!!! Ну что ты мне всю малину в клочья разорвал?!! Тьфу… – Алекс вздрогнул всем телом. Наверно, вспоминал. – Я лучше с вами на войну, чем на нее еще раз.
– Я на тебе, как на войне, а на войне, как на тебе… Как хочешь. Иди к кузнецам, сообщи о решении нашей компании, пусть выдадут тебе лучшие клинки для работы.
– Это я могу. Тебе чего взять? – Алекс едва с места не сорвался.
– Мне ничего. Шуту возьми метательные клинки, да доспехи Рону.
– Сам пусть тащит. Если что, высылай за мной Бориса. – Я кивнул и ощутил телом прохладное тельце пташки. Разведчик запрыгнул на лошадь и, развернувшись, умчался по улице.
Я поднялся на стену и посмотрел вниз. Войска врага все еще стояли у самой кромки леса, редкий жидкий дымок над деревьями выдавал реальные размеры армии, но не пугал. Если нам начертано судьбой – помереть в бою, – помрем с честью и гордостью. Вышел Рон и пошел собираться в путь. За ним вышли Шут и Медведь, но меня они не заметили, а пошли в сторону графского замка.
К наступлению сумерек мы собрали нашу маленькую армию мщения. Семьсот человек, четыреста лошадей. Туева гора стрел и стали на людях. В бой шли одни старики. Самым младшим в этой армии был, как ни странно – Алекс, хотя нервничал он, наверно, меньше других. Перед выступлением я накапливал силу в косу, из-за чего мир вокруг на некоторое время впал во тьму, где не было видно ни людей, ни факелов. Когда я закончил, все ахнули. Доспехи на мне усилились и окрепли, коса стала длиннее и еще страшнее. Только Алекс тихо подошел и сказал: «Научи… а?»
Ворота открылись почти без скрежета. Сначала вышли лучники, что выпустят первые стрелы и будут пускать свою острую смерть, пока мы не сольемся с вражескими рядами. Шут был с нами. Впервые он остался один из всего цирка. Я ехал во второй конной группе и стоял во главе колонны. Тоска по Борису начала меня давить, но я отомщу за гордую птичку, что ни разу не отступила от своей работы. Рон ехал за мной и молился на протяжении всей дороги.
Нас заметили и начали готовиться к встрече. Лучники встали наизготовку, прикрылись пехотными щитами, встали на одно колено, натянули луки.
– Два пальца левее на ветер! Три пальца на кроны! – кричал их взводный. – Пли!
Небо на мгновение закрылось плотными пучками летящих стрел. Залп повторился дважды, пока нам еще отвечали ответным огнем, а потом против нас вышла кавалерия. Я ударил Зевса пятками по бокам и первый ломанулся через колонны лучников, остальные помчались за мной. Позади шла тяжелая пехота, но мне уже было не до них. Впереди были приговоренные к смерти, и палач уже спешил к ним!
Две стрелы срикошетили от моего нового доспеха, третья вошла в шею Зевса, благо для него это невеликая рана. А потом был прорыв. С диким криком «Вам &#%@^!!!» мы ворвались в первые ряды латной группы рыцарей…
Первые же мои жертвы попадались на одно и то же – полное игнорирование доспехов моей косой. Потом моему коню подрубили ноги, злобные живодеры, и началась потеха. Коси, коса, пока косится! Я крутился как волчок на одном месте, высекая вокруг себя небольшую полянку, а затем смещался в сторону и продолжал. Один раз я конкретно слажал, зарубив одного из наших, но выделил полминутки и поднял его на ноги. Я воскрешаю очень болезненно, в отличие от убийства. Он, вероятно, обиделся, но виду не подал, ушел от меня подальше и всё. Проклятые лучники уже били куда попало, лишь бы стрелять. Меня за первые минуты боя ранили раз пять, и все по сочленениям доспехов, приходилось лечиться. А затем я увидел Рона…
Рон выступил самым что ни на есть Всадником апокалипсиса. Яркая фигура влетела в толпу сражающихся и раскидывала и своих, и чужих. Сейчас у него был не трезубец, а огромная палица, которая даже не касалась сражающихся, но весьма эффективно их разбрасывала. Закончил Рон, как и я – слетев с раненой лошади. Но я отвлекся и получил подлый удар под ребра со спины. Развернулся и прибил обидчика. А вот за ним был светлый паладин. Цель легитимная, но, увы, опасная.
Мы сошлись на маленьком пятачке, он со щитом и мечом, я с косой. Все как обычно. Он начал первым и сразу отскочил, когда острая коса прошлась по его щиту. Мы стали кружиться вокруг друг друга, я думал, как обхитрить эту светлую личность и обойти его святой щит, но случай он везде случай. Со стороны выскочил кровавый вихрь, Алекс резвился и, похоже, пользовался своими способностями по полной программе. Он подскочил к воину света и тупо вскрыл ему горло. И помчался дальше. Мне же легче, наша сила в единстве!