Гарри молчал, слушая размеренный ровный голос слизеринца и понимал, что быть может он прав, но даже если так, Поттер не может контролировать свою темную сущность рядом с Северусом. Он понимал, что попросту не сможет выдержать следующего выброса, если Северус снова причинит ему боль или оттолкнет.
— Спасибо, Драко. За чудесный вечер в компании обаятельного Малфоя. — Гарри криво усмехнулся, смотря в серые глаза, которые в полутьме казались темнее.
— Обращайся. И не смей сдаваться, Поттер, иначе я надеру тебе зад.
========== 19. ==========
Северус.
В тот вечер я впервые почувствовал страх спустя долгие годы, страх за Гарри, который был буквально на грани между жизнью и смертью. Я оцепенел, смотря в зеленые потухшие глаза, в которых была ненависть и боль ко мне. Я довёл Поттера до такого состояния, я был виновен в его очередном срыве. Если бы Драко тогда не оказалось рядом случилось бы непоправимое.
Я сказал себе в ночь, что больше не допущу подобной ошибки, не позволю себе такой слабости. Но с каждым днём было всё труднее сдерживаться, чтобы не взглянуть на Гарри, который теперь ни на шаг не отходил от Драко.
Меня бесило то, что мальчишка игнорирует меня, не пререкается со мной как прежде, а беспрекословно выполняет всё, что я ему говорю. В изумрудных океанах больше не было того задорного огня, неугасающего никогда. В словах больше не было того вызова, той смелости и безрассудности.
Гарри Поттер будто стал безжизненной марионеткой, которую заставляют что-либо делать, а сам — не способен сказать лишнего слова.
— Поттер, руту обыкновенную нужно растереть в порошок, а не нарезать! — рявкнул холодно я, желая услышать дерзкий ответ или гневный взгляд горящих глаз.
— Прощу прощения, профессор, я сегодня рассеян. — ответил безжизненно Поттер, смотря в мои глаза своими болотными океанами, в которых я видел вновь пустоту.
Стиснув челюсти до хруста, я сглотнул ком в горле и сел на своё место, уткнувшись в книгу и желая, чтобы урок поскорее закончился. Наконец прозвенел звонок и все ученики покинули кабинет, кроме Малфоя, который бросив странный взгляд на меня, удалился, прихватив в коридоре Поттера. Сердце предательски сжалось, когда Гарри улыбнулся Малфою мягко и легко.
Плюнув на всё, я сорвался с места и спустившись в подземелья, вошел в свои покои, шепнув запирающее и достал бутылку огневиски, открыв и сделав два больших глотка обжигающе приятного горла напитка. Голова слегка закружилась, перед глазами поплыло, а мысли временно затуманились, как и разум.
Но с каждым выпитым глотком я, будто слышал голос Лили, которая снова читала нотации и желала сделать всех лучше, делясь своей добротой. Сердце заскрипело, когда перед глазами возник образ Эванс, девушки, которую я когда-то любил больше жизни и до сих пор люблю. Гарри же был похож на обоих родителей. Его доброта досталась от матери, упорство и упрямство от Джеймса, смелость — от Лили, геройство — от отца. Я любил всё в Гарри, начиная его вечно пребывающими в беспорядке волосами до упрямства, которое словно было в крови.
Мысли эхом повторились в голове и только сейчас я осознал о чём подумал…
— Я ведь сломаю тебя, Гарри.
Раздался холодный шепот в мертвой тишине, и в черных глазах заблестели слезы.
Он любил, но знал, что это неправильно. Он хотел быть счастливым, но боялся сломать жизнь Гарри. Северус просто боялся любить, потому что знал, что значит терять любимых…
Гарри
Я сдерживался из последних сил, чтобы не ответить на этот презрительно надменный голос, который проникал под кожу, словно яд. Прикусив язык, я продолжил игру, игру, которая мне отнюдь не нравилась, но Малфой считал, что если Северус поймет, что теряет, он признается.
Я чувствовал, как на уроках Северус смотрит на меня, но упрямо игнорировал его пронизывающий, изучающий взгляд.
Было чертовски трудно находиться рядом с ним, ощущать запах кофе и разных трав, было сложно успокоить бушующее в груди сердце и приказать себе не чувствовать, но, кажется, у меня получалось, вот только контролировать темную сущность внутри, с каждым разом было всё сложнее и если бы не Драко, который всегда мог успокоить, я бы давно потерял себя в омуте злости, ярости, желания отомстить, причинить боль.
— Всё в порядке? — Драко дотронулся до моего плеча, вырывая из мыслей и заставляя вздрогнуть. Я поджал губы, слабо кивая и смотря на встревоженное лицо.
— Стаканы на столе говорят об обратном, — хмыкнул Малфой, хмуря светлые брови.
Гарри кинул взгляд на кофейный стол, где несколько минут назад стояли два стакана со сливочным пивом, но теперь от них остались лишь осколки, а содержимое разлилось по столу и полу.
— Я не могу контролировать себя, — устало выдохнул Гарри, проводя руками по темным волосам и откидываясь на спинку дивана, посмотрел на потолок, на котором было звёздное небо: луна ярко светила, а звёзды переливались, сверкая, как настоящие бриллианты.
— Ты должен научиться, Поттер. Ты должен жить ради себя. Думать только о хорошем и игнорировать то, что злит тебя и выводит из себя.
Драко говорил размеренно и уверенно. Гриффиндорец чувствовал его взгляд на себе, но не хотел смотреть в серые глаза, смотря в звездный потолок, и смаргивая подступающие слёзы.
— Спасибо, Драко. За всё, что делаешь для меня. — Гарри поднял голову, наконец заглядывая в глаза грозового неба. Несколько месяцев назад он и подумать не мог, что они с Драко — такие разные личности, но оба со сложной судьбой станут друзьями.
Но всё изменилось и теперь Драко был единственным, кто близок Поттеру.
***
Гарри не помнил, как вошел в покои Северуса кое-как держась на ногах. Он не помнил сколько выпил и с чего вдруг оказался здесь, но его будто тянуло к Снейпу и он не мог сопротивляться, мозг отказывался слушаться после выпитой порции алкоголя.
Заплетаясь в собственных ногах, Поттер поплелся на ощупь в спальню Северуса, но неожиданно щелкнув, включился яркий свет, заставляя Поттера щуриться и пытаться сфокусироваться на чем-то определённом. Но чем-то, а точнее кем-то определенным стал Северус Снейп, который смотрел на него удивленно несколько секунд, но, видимо, почувствовав запах спиртного, его взгляд стал укорительным.
— Се-е-е-ев, — протянул Гарри с пьяной улыбкой глядя на Северуса, волосы которого были взлохмаечны видимо после сна, а из одежды на профессоре, были лишь пижамные шелковые штаны и рубашка темно-зеленого цвета.
Поттеру хотелось зарыться пальцами в черные локоны, притянуть Снейпа ближе к себе, что чувствовать его дыхание на своей щеке, чувствовать тепло его тела, слушать стук его сердца.
Гарри смотрел своим расфокусированным взглядом в темные опьяняющие глаза и не мог сдержать желания быть ближе, коснуться тонких бледно-розовых губ, пробраться пальцами под тонкую ткань, провести пальцами по позвоночнику, чувствуя каждую косточку, наблюдая за тем, как Северус вздрагивает и теплая бледная кожа покрывается мурашками, а в глазах цвета виски загорается желание…
Поддавшись вперед, Гарри воспользовался удивлением Северуса, накрывая бледно-розовые тонкие губы своими. Северус поначалу отпирался, пытаясь оттолкнуть гриффиндорца, но в итоге, ответил, позволяя Гарри целовать себя.
Отстранившись спустя несколько минут, Гарри снова широко улыбнулся припухшими ярко-розовыми губами. Сердце в груди бешено билось, а дыхание было тяжелым и неровным.
Ноги Гарри стали ватными и он чуть было не рухнул на пол, но Северус вовремя поймал его за локоть, а через секунду, заглянув в горящие зеленые глаза потянул Поттера за собой в спальню.