— Ты жалок, — выплюнул Драко, умело скрывая ураган эмоций внутри, сердце обливалось кровью. Он смотрел в глаза гриффиндорца и не видел там прежнего Поттера, который бы боролся до самого конца.
— Трахнешь меня, как последнюю шлюху? — фыркнул Драко равнодушно, но его губы предательски дрожали.
— Не сегодня, — облизнув губы, ответил Поттер прямо в шею Малфоя, грубо поглаживая спину слизеринца шершавыми обжигающими ладонями. — Ты не сможешь отказать мне, сладкий, — лукаво ухмыльнулся Гарри, смотря на блондина как хищник на добычу. Его голос звучал уверенно и ровно, с лёгкой хрипотцой.
— Съебись с моих глаз, Поттер, — процедил сквозь зубы слизеринец, и со всей силы оттолкнул от себя Гарри от себя, чувствуя себя ничтожеством, Поттер, в которого он так сильно верил, сдался, даже не став бороться за свои чувства.
— Как грубо, Драко, где твои манеры? Уизли ты целовал, куда охотнее и позволял себя лапать, — зарычал Поттер, и Драко впервые за эти двадцать минут, услышал в голосе гриффиндорца гнев и ревность, а это означало, что не всё потеряно. Он, Гарри, ревновал его к Уизли, а значит всё ещё что-то чувствовал к нему.
— Было больно видеть, как я прижимаюсь к его телу своим, накрываю пухлые губы и сладко целую, а он пробирается мне по рубашку, поглаживает спину и я выгибаясь, прижимаясь ближе и ощущая, как сильно он меня хочет? — Драко провоцирует его, подходит к нему грациозно и ловко, словно пантера, сверкая серые глазами. Он знает, к чему это может привести, если его предположение неверно, но сейчас точно не отступит. Малфой видит, как загораются гневом изумрудные глаза, руки крепко сжимаются в кулаки, а Поттер до крови прикусывает нижнюю губу, подавляя животный рык. Его трясет, желваки на его лице играют, а дыхание сбивается.
— Давай же, Поттер, сделай мне также больно, как было больно тебе, — шепчет он на ухо гриффиндорцу, едва касаясь мочки своими губами.
— Ты просто шлюха, Малфой, — рычит Поттер, горящими глазами глядя в серые напротив и чувствуя, как сердце бешено бьётся в груди, и грозится сломать ребра.
— Почувствуй это, Поттер, почувствуй эту боль, — Малфой проводит кончиками пальцев по челюсти гриффиндорца.
Гарри рычит, хватает его за запястье и сжимает до такой степени, что кость громко хрустнув, кажется, ломается.
— Чувствуешь? — тихо спрашивает он, игнорируя адскую боль в запястье. Он не даст Поттеру снова шагнуть за край, он не отпустит его, даже если придется разбиться в лепешку из-за этого…
Неожиданно в комнату врывается Снейп, и Гарри поднимает глаза, встречаясь с темными очами, которые теперь смотрят на него обеспокоенно.
Драко не успевает опомнить, как Гарри отпускает его руку и кидается на Снейпа. Он не утруждается доставанием палочки и с размаху бьёт его по лицу, разбивая сразу одним ударом нос и губу.
— Гарри, — хрипит тот, — прости, так нужно было, я сделаю всё, чтобы вернуть тебя, только не теряйся в этой тьме, борись с ней, как бы сложно тебе не было. — говорит он, но Гарри лишь смеётся словно безумец и на этот раз ударяет профессора в солнечное сплетение и тот падает на колени.
— Поттер, остановись! — кричит позади Малфой, и воспользовавшись положением Гарри, подходит к нему максимально близко и обнимает со спины.
— Твоё сердце бьётся быстрее, когда я рядом, — Драко коснулся его грудной клетки и Гарри замер, положив свою руку на его, — когда я касаясь тебя твоя кожа покрывается мурашками, — Драко провел кончиками пальцев по теплой коже и Гарри проследил за его действием, — а когда я целуя тебя ты дрожишь, — сказал он и прижался тонкими губами к солоноватой коже на шее Поттера.
— Почувствуй это, — шепотом говорит Драко, медленно поворачивая парня к себе лицом и отводя его подальше от Северуса.
Секунда. Гарри закрывает пустые глаза и резко открывает их.
Моргает несколько раз подряд, хмурит брови, хочет что-то сказать, но Драко не даёт ему произнести и слово. Он медленно касается его нижней губы языком, затем верхней и наконец целует пухлые губы, поглаживая напряжённую шею.
Северус наблюдает за ними, чувствуя, как больно всё сжимается в груди, и как сердце замирает, будто перестав биться.
«Прости, я не смог сберечь его и его любовь, Лили», — шепчет он в мыслях, а в темных глазах блестят слёзы, которые он никогда не осмелиться пролить в чьем-либо присутствии.
Его разбитые нос и губа нещадно болят, из носа льется алая кровь, также как и из губы, но ему всё равно, он потерял единственное, чем так сильно дорожил по собственной ошибки, он мог доверить всё Гарри, но вместо этого врал ему…
В следующую минуту в комнату врываются Гермиона, Рон и Макгонагалл, которые крепко сжимают в руках палочки, на из лицах читается решимость, но уже слишком поздно. Драко спас Гарри, сломав Северуса, а Северус сломал Драко, влюбив в себя Гарри.
Северусу было плевать, когда ему помогли подняться и повели в больничное крыло, он еле шевелил ногами и думал о Гарри, которого окончательно потерял.
— Гарри! — крикнула Гермиона, кинувшись к Поттеру, но на миг замерла, заглядывая в зелёные глаза и хмуря темные брови.
Гарри слабо устало улыбнулся и крепко обнял Гермиону, прошептав тихое «Прости» ей куда-то в макушку, следующим его обнял Рон, которого Гарри не простил за то, что тот касался его Драко, но не мог не обнять, потому он как никак его друг и если быть честным с самим собой, Гарри скучал по нему.
И лишь Драко стоял в стороне, наблюдая за воссоединением золотого трио и понимая, что теперь он лишний. Подняв свою палочку, которая закатилась под кровать, он кивнул Минерве и тихо ушёл.
***
— Дерьмовый день? — раздался голос позади, Драко даже не обернулся, итак понимая, кто стоит за его спиной.
— Не то слово, — фыркнул Драко и сделал глоток из бутылки, которую около часа просто держал в руках. Он понимал, что алкоголь не сможет унять той боли внутри, но не мог больше чувствовать. Он до сих пор слышал равнодушный, пустой голос Поттера в своей голове и видел перед собой зелёные безжизненные глаза, помнил каждое сказанное им слово и его рвало на части от этого, хотя он прекрасно понимал, что это был другой Гарри и всё могло быть куда хуже.
Его запястье нещадно болит от каждого движения, но эта боль, хотя бы немного заглушает то, что творится внутри.
— Я допустил ошибку и поплатился за неё, но теперь всё кончено, я больше не позволю себе чувствовать. — прошептал Драко едва слышно, всё ещё чувствуя вкус губ Поттера на своих губах и ощущая, как бешено бьётся сердце при его упоминании, даже в мыслях…
========== 32. одно целое ==========
Гарри проводит ночь в когда-то своей гриффиндорской спальни, но он не спит. Он лежит на спине и просто смотрит в потолок, мысли о Драко, Северусе о том, что произошло с ним, сводят с ума, по коже пробегают мурашки, а внутри всё холодеет. Он до сих пор не может поверить в то, что Северус оказался предателем, что он воспользовался им, чтобы Дамблдор был доволен, но отчего-то сердце продолжало биться быстрее от мыслей о нём, а в голову пробиралась мысль «а что если он врал мне, чтобы защитить и одновременно врал Дамблдору, чтобы защитить Гарри?» Но Гарри отгонял подобные мысли, дабы не тешить себя надеждой, ему не хватало темных пронзительных глаз Сева, всегда прохладных рук, тонких губ, которые он любил целовать так, что они становились алыми. Не хватало вечных замечаний и слов, что всё будет хорошо.
И в этот момент, вспоминая Снейпа, он чувствовал себя жалким, потому что посмел любить и его и Драко одновременно, ему было противно от самого себя. Он никогда не мог даже представить, что станет таким, или сможет любить двух людей сразу.
Он вспомнил Драко, его губы на своих губах, изящные тонкие пальцы, которые гладили его шею, серые глаза, смотрящие с желанием и чувствовал тепло, но сердце не трепетало, а стоило вспомнить, как Рон касается Малфоя – внутренности горели адским огнем, а гнев и ревность растекались по венам.