Я сделал пару глубоких, шумных вдохов и уже повернулся к двери, когда услышал над нами глухой стук.
Сюзи застыла на месте, подняв голову вверх.
Я старался не дышать. Слюна текла по подбородку.
Он пришел откуда-то сверху, в этом не было никаких сомнений.
Они были там, наверху. Эти ублюдки были там, прямо над нами, где-то на втором этаже.
44
Я стоял неподвижно, все еще глядя в потолок.
Я закрыл глаза, чтобы сосредоточиться, но шум больше не повторялся. До меня доносился лишь стук дождя и редкий шум проезжающего транспорта.
Прошло две-три минуты. Я был уверен, что звук доносится справа от меня, со стороны потолка, где находился Пентонвилл.
По-прежнему ничего. Наконец я направился к Сьюзи, осторожно поднимая ноги, чтобы не повторить ошибку кого-то наверху. Сжав её плечо, я указал на правую часть потолка, а затем вопросительно пожал плечами. Она переместила руку ближе к центру, пошевелив ею, показывая, что не уверена.
Но откуда бы он ни пришел, мы оба знали, что это определенно человек.
Мы теряли время: там могли быть замки, препятствия, которые нужно было обойти, или сигнализация, которую нужно было обойти. Не стоило ей об этом говорить, она уже шла к всё ещё открытой двери. Я просто медленно повернулся, ткнул прикладом в плечо, большим пальцем проверил одиночный выстрел, и пошёл дальше.
Я свернул вправо от рамы и наклонился, чтобы увидеть примерно половину лестницы. Я поправил щеку на стальном стержне прицела и быстро взглянул на прицел. Круг и точка, к моему успокоению, были на месте. Когда я вышел на лестничную площадку и поднялся по левой стороне лестницы, Сьюзи прошла следом, прикрывая меня.
Я останавливался через каждые несколько ступенек и прислушивался, прежде чем подняться ещё на несколько. Света снизу было достаточно, чтобы разглядеть площадку второго этажа. На этот раз она простиралась влево и вправо.
Когда моя голова поравнялась с верхней ступенькой, я опустил левую руку, держа оружие поднятым к потолку и вернув предохранитель на место, чтобы избежать небрежного выстрела. Теперь мне нужна была хорошая, устойчивая позиция, с которой можно было бы смотреть влево и вправо вдоль лестничной площадки. Она тянулась метров на пять-шесть в обе стороны, пока с обеих сторон не оказалась перекрыта массивной противопожарной дверью с большой алюминиевой ручкой. Сминающаяся резина моих бахил тихонько скрипнула, когда я спустился по лестнице и поманил Сьюзи. Я не знал, что находится по ту сторону этих дверей, но уже сделал довольно точную догадку и хотел, чтобы она была рядом со мной, прежде чем мы продолжим путь.
Вскоре она лежала рядом со мной справа, указывая большим пальцем влево, куда, по её мнению, нам следует идти. Я кивнул и направился влево на лестничную площадку, держа оружие поднятым. Мне не хотелось, чтобы оно ударило её или, что ещё хуже, услышало металлический лязг двух орудий. Сьюзи заняла позицию позади меня, прикрывая другой вход и лестницу, пока меня не позовут.
Дверь была плотно прижата к стене, навесной слева, с прижимным рычагом и открывалась к нам справа. Я подошёл ближе, прижав СД к плечу, быстро моргая, чтобы смыть с себя пот, прежде чем удариться головой о дверь. Чтобы не ударить баллончиком по дереву, я приложился правым ухом, чуть ниже ручки, в том месте, где она соприкасалась с косяком. Несколько секунд я словно слушал большую раковину и не слышал ничего, кроме шума моря; затем где-то с другой стороны я услышал скрип двери и шаги, приближающиеся ко мне.
Я сделал два быстрых шага назад и сгорбился над оружием, напрягая глаза и больше не моргая. Что, если двое пройдут одновременно? Что, если будет только один, но его кто-то прикроет сзади? Всё сводилось к одному: если кто-то войдёт в дверь, я должен выстрелить. Не было времени следить за Сьюзи: она по моей реакции поймёт, что к чему, и поддержит меня.
Шаги стали ближе. Я надавил первым.
Шаги стихли. Я вздохнул и уставился на дверь, готовый уничтожить любого, кто появится передо мной через проекционный дисплей.
По-прежнему ничего.
И тут с другой стороны двери раздался знакомый звук: этот ублюдок мочился в ведро.
Казалось, это будет длиться вечно. Пот стекал по внутренней стороне правой перчатки и капал с левого века, жжя и затуманивая зрение.
Я сделал ещё один вдох и услышал бормотание. Это не был тот, кто мочился, а доносилось откуда-то издалека. Струя замедлилась и, после нескольких коротких струй, наконец остановилась.
Шаги затихли. Я отпустил курок и вернулся на своё место у двери, поставив предохранитель на предохранитель, держа палец на спусковой скобе. Я услышал кашель, а затем снова ничего, кроме шума моря.