— Так мы будем говорить о культе бога Эрро? — я наивно распахнула глаза.
— Конечно, и о нем тоже, — улыбнулся принц.
— Тогда, думаю, можно. Я спрошу у Данайи.
— Я буду ждать тебя в шесть вечера в молебном зале храма.
— Я подойду, — я нежно улыбнулась принцу, глядя из-под опущенных ресниц. Эш ответил мне очаровательной улыбкой и распрощавшись ушел. Когда принц отошёл я буквально почувствовала как каменеет моё лицо. Он был красив, карие глаза, каштановые волосы, галантный и благородный. Так почему же так хочется разреветься?
Утром мы начали подготовку храма к посещению, я выполняла свои обычные обязательства, но чувствовала себя словно во сне.
— Ты в порядке? — шепнула подошедшая Данайа.
Я утвердительно кивнула.
— Зайди ко мне, как управишься здесь.
Верховная жрица вышла из молебного зала. А я почувствовала как Энго буквально прожигает меня своим взглядом.
— Что? — я резко повернулась и со злостью посмотрела на жрицу.
— Я разве что-нибудь сказала тебе, Мирабель? — фыркнула Энго.
— Не сказала, но ты смотришь так, как будто я убила всю твою семью до седьмого колена.
— Ну простите, как получается, так и смотрю… Я не обязана тебя любить.
— А я и не прошу меня любить.
— И знаешь, Мирабель, ты мне даже не нравишься!
— Ну что же поделаешь, Энго, не у всех в этой жизни хороший вкус, — я закончила подливать розовое масло в канделябр и покинула молебную.
В кабинете Данайи я пересказала весь разговор с принцем.
— Прекрасно, надень сегодня самое свободное платье и широкий пояс, пусть не будет видно ничего кроме талии, шеи и запястьев.
— Такая жара… Можно хотябы без рукавов?
— Нет, Мира, сегодня он впервые увидит тебя в храме, ты должна ему запомниться максимально невинной.
Я недовольно посмотрела на наставницу: ей шестьдесят, она в этой жизни понимает гораздо больше моего.
— Ладно, — протянула я.
— И зайди покажись.
Через несколько минут я стояла в белом воздушном облачении, максимально скрывающем моё тело. Данайа велела мне сесть и заплела возле лба объёмную неровную косу, сзади сделала замысловатый пучок и у висков достала несколько прядей. Затем надела на меня обруч жрицы.
— Ты красавица!
— Спасибо, вот только принц придет в шесть часов!ты слишком рано меня приготовила… — вздохнула я.
— Ничего страшного, главное не лежи, чтоб прическу не испортить.
— Я хотела сегодня сходить в храм Халла, — вздохнула я, подпирая подбородок рукой.
— Ну так иди, в чем проблема?
— В принце, он же придет.
— В шесть вечера. Сейчас даже полудня нет. Иди.
— Спасибо, — я улыбнулась Данайе.
— Одна пойдешь или с Нонной?
— Одна. Хочу иметь возможность уйти, когда посчитаю нужным.
Я вышла из храма и пошла по мощенной светлым камнем дорожке, мимо ходили люди, торговцы предлагали свои товары и услуги. Жара стояла невыносимая. В храм Халла я зашла через общий вход, хотя могла бы зайти и сзади. Там уже были посетители, многие из них как-то странно на меня смотрели. Я подошла к свечам, запах, витавший в храме усилился, я почувствовала, как кто-то подошёл ко мне очень близко.
— Нужно было заходить через задний вход, — сказал Рэддем не громко.
— Почему я не могу быть здесь?
— В целом можешь, но жрица Эрро, молящаяся Халлу вызывает много вопросов и недоумения.
— Я не молилась, — я развернулась лицом к Рэддему, мы через чур близко стояли друг к другу.
Рэддем сделал шаг назад, чтобы увеличить расстояние.
— Пойдем, — жрец увел меня из общего зала в малый, куда обычным людям не было доступа, — ты сегодня необыкновенно хороша, — без флирта сообщил Рэддем.
— Сегодня принц должен посетить храм Эрро, — равнодушно ответила я.
— Тогда почему ты здесь?
— Он приедет в шесть.
— О, так у тебя грандиозные планы на вечер, — усмехнулся Рэддем.
— Нет у меня никаких планов, просто с ним побеседую…
— А может, хватит с ним просто беседовать?
— В каком смысле? А что ещё с ним делать?
— Мирабель, ты же не можешь всегда с ним беседовать, это ни к чему не приведёт.
— И что я должна сделать?
— Ну, поцелуй его, хотя бы…
— Ты в своем уме? — я чуть не захлебнулась от возмущения.
— Согласен, первой не стоит так радикально поступать, но в чем я уверен наверняка, нужно больше физического контакта, — Рэддем присел на край стола, — за руку его возьми, случайно коснись бедром… Это отлично будоражит воображение! Глядишь, и он посмелее станет!