— Немногого, ваше величество, всего лишь прошу позволения подвергнуть Ходза той же процедуре, что и нас, — Рэддем говорил это таким непринуждённым тоном, словно просил разрешения убить клопа, — лишь для того, чтобы убедиться в чистоте помыслов мага, которому вы, ваше величество доверяете свою жизнь.
В зале повисла тишина. Присутствующие лишь переглядывались и не смели говорить.
— Справедливо, — произнес император после нескольких минут раздумий, — кто же сделает это?
— Пусть это будет Рэддем, — сказала Данайа, — он сделает это аккуратно, не причинив ментального вреда Ходзу.
— Вы… — хотел было поспорит Ходз, но осекся под суровым взглядом императора.
Ходз вышел в центр зала и хотел было встать на колени, но Рэддем остановил:
— Это ни к чему, вы не такого высокого роста, — в тоне жреца Халла смешались насмешка и угроза.
Рэддем достал откуда-то Орб и положил перед Ходзом, затем взялся руками за виски своего недавнего мучителя. В этот вечер в зале кричало много людей, но Ходз превзошел всех. Он бился в конвульсиях, ноги подкосились, он не упал лишь потому, что Рэддем держал его голову. Из глаз, носа, ушей и горла мага струилась кровь, затем произошло то, чего никто не ожидал — Орб помутнел. Это значило только одно, Ходз был не честен. Верховный жрец Халла отпустил императорского мага, и тот с грохотом упал на пол.
— Он правда думал, что Когзера убили магией, — спокойно сказал Рэддем, — но помыслы Ходза не совсем чисты, да вы и сами видите, ваше величество.
Рэддем поднес Орб императору. Правитель грозно сверкнул глазами на Ходза, по-прежнему лежавшего посреди зала.
— Как это понимать, жрец? В чем не чисты?
— Я не знаю, император, мог бы узнать, но тогда Ходз… Стал бы овощем. Я не мог позволить себе совершить преступление.
— Я выясню, своими способами, — серьезно пообещал правитель Империи.
— Не сомневаюсь, а теперь позвольте нам с… Коллегами идти по домам, эта процедура не была приятной.
— Разумеется.
Ко мне подбежала Данайа и крепко обняла:
— Как ты? Не отвечай, знаю, что ужасно… — она потянула меня за руку, чтоб я встала.
Я попыталась, но голова кружилась и, поднявшись на ноги, я снова рухнула. Меня подхватил кто-то, а Данайа крикнула:
— Рэддем!
Жрец подошёл к нам, вопросительно глядя на Данайю. Я оглянулась, чтобы увидеть, чьи руки поддерживают меня. Это был принц, он беспокойно переводил взгляд с меня на Данайю и Рэддема. Я резко дернулась от принца в сторону:
— Не трогайте меня!
— Мирабель, пожалуйста… — в глазах принца было столько вины и скорби! Но мне было всё равно, я ненавидела его в тот момент всей душой.
— Рэддем, помоги нам, возьми, Мирабель, — попросила Данайа, — простите её ваше высочество, она не в себе…
— Ничего… Мирабель будет в порядке? — похоже принц всерьез переживал.
— Да, да, наверное, — растерянно произнесла Данайа, — позволите нам отвезти её к целителю?
— Конечно! Распоряжусь, чтобы подали карету.
Принц отошёл, я стояла пошатываясь, словно пьяная, поддерживаемая Рэддемом. В глазах плыло и хотелось пить.
— Ты в своём уме так с принцем говорить? — прошипела Данайа.
— Да отлично всё, — легкомысленно и тихо произнес Рэддем, — пусть повинит себя и пострадает оттого, что Мира испытала невообразимую боль. Так будет хорошо. А ты можешь совсем притвориться обессиленной, — шепнул он мне на ухо, — чтоб его вина грызла посильнее, как голодная крыса.
— Идём к выходу, — сказала Данайа.
Я почувствовала, как теряю опору под ногами оттого, что руки жреца подхватили меня, словно пушинку.
— Было бы удобней, если б ты меня за шею обняла, конечно, но лучше пусть твои руки безвольными плетями болтаются внизу, так больше драмы.
Я посмотрела на Рэддема, наши глаза встретились на долю секунды, и он отвернулся.
Мы шли куда-то, я не особо следила за дорогой.
— Тебе самому-то не тяжело? — спросила Данайа, — тебе похуже пришлось, чем Мирабель.
— Я привычный, а вот она впервые. Первый раз всегда больнее, — на этой фразе он ухмыльнулся и подмигнул мне.
Я почувствовала, как густо покраснела. А Рэддем, довольный моей реакцией, улыбнулся ещё шире.
К нам подбежал принц.
— Ей совсем плохо, да?
— Боюсь, что да, ваше высочество, — печально сказал Рэддем, — но ничего, целители свою работу знают.
— Может, врача? — предложил принц.
— Вред причинен магией, врач будет бесполезен.
Рэддем посадил меня в карету, следом сели Данайа и Рэддем.
Карета тронулась. Данайа кивнула жрецу, и тот сделав какой-то жест руками спросил: