— Выполняйте приказ, — тихо сказал Эш, подперев рукой голову.
Когда маги закончились, принц велел Рэддему проверить Ходза. Верховный жрец Халла невозмутимо вышел вперёд и положил перед Ходзом кристально прозрачную сферу. Я любовалась невозмутимостью и безразличием с которыми действовал жрец, он посмотрел в глаза Ходза и улыбнулся, показав ямочки, я отвернулась. Ненавидеть Рэддема, я должна его ненавидеть. Ходз кричал и бился в конвульсиях, истекая кровью, а затем сфера, лежавшая перед ними наполнилась черным дымом.
— Что… Что это означает?! — воскликнул советник.
— Что Ходз что-то скрывает, но не факт, что именно он причастен к недугу императора. Он просто всем врёт.
— Это неправда! Это иллюзия! — заорал Ходз.
— Иллюзия? — Рэддем приподнял брови удивлённо, — творить иллюзии могли только чародеи, но всех чародеев истребили более пятнадцати лет назад.
Я подумала, что мы могли бы стать неплохой актёрской труппой: я, Рэддем и Данайа. Так что если бы не родились магами, стали бы отличными лицедеями.
— Как узнать? Можно как-то узнать, почему сфера почернела? — спросил принц.
— Да, можно попытаться, но совершенно не факт, что Ходз выживет, — спокойно сказал Рэддем.
— Неважно. Выясни, — твердо сказал принц.
— Как прикажете, ваше высочество, — Рэддем поклонился, — я тогда лучше заберу его в храм? Там будет эффективнее…
— Да.
— Я буду применять магию, ваше высочество.
— Я понимаю.
— Контроль…
— Применяйте, сколько нужно, главное выясните…
— Вы совершаете ошибку! — закричал неистово Ходз, — он вас обманывает! Он что-то замышляет!
К вечеру весь этот цирк разошелся. Эш покинул тронный зал, а я догнала принца:
— Эш!
— Любимая, — устало сказал принц, но явно рад был меня видеть.
Я обняла его, поцеловав в щеку, принц прижался ко мне и уткнулся лицом в мои волосы.
— Я могу что-нибудь сделать? — участливо спросила я.
— Просто… Будь рядом, когда это возможно.
— Сейчас возможно?
— Да, я иду навестить отца, пойдем со мной?
В комнате царил полумрак и запах трав. Император лежал на кровати. Его рот был перекошен и слегка открыт. Он походил на юродивого, руки, лежавшие поверх одеяла были неестественно скрючены. Глаза полуприкрыты. Гошар говорил, что тело императора будет парализовано, но сам он будет оставаться в своем уме.
— Отец, — Эш потрогал руку правителя. Он скосил глаза на сына, явно собираясь что-то сказать, но из уст императора вырвалось лишь еле внятное мычание, — доктор Свайк, — обратился принц к человеку, сидящему у кровати, — есть какие-то новости, перемены?
— Мы взяли анализы, ваше высочество, пока никаких результатов. Что выяснили на этом собрании? Виноваты маги?
— Ходз говорит неправду, но пока неясно, имеет ли он к этому отношение, — устало ответил принц.
— Извините, ваше высочество, императора осматривал целитель?
— Нет, юная леди, его лечим мы, врачи, этого достаточно, — надменно произнёс доктор.
— Но как решили, что маги причастны к этой ситуации?
— Это сказал Ходз, что такое возможно, — ответил Эш.
— Но он классический маг, мы не можем определять наличие магического воздействия на организм! Для этого нужен маг-целитель.
— Есть разница? — всё так же надменно спросил врач.
— А есть разница между вами и стражником? — язвительно спросила я.
— Что за глупый вопрос?!
Я улыбнулась одними губами врачу и отвернулась.
— Император не допускал к себе магов, — сказал врач, — никаких целителей.
Да и хорошо, подумала я. Мало ли, какие целители могут сюда прийти. Ещё извлекут скорпиона, и император станет ещё злее.
Эш сел на стул возле кровати отца, второй подставил для меня. Я присела рядом. Вообще-то я бы предпочла лечь в свою кровать и поспать, наконец, бессонная ночь, напряжённый день… Чувствовала я себя отвратительно, ещё и не ела ничего уже сутки. Но вид императора Саймона приносил мне немало радости.
— Вы здоровы? — услышала я голос доктора и встрепенувшись, осмотрелась по сторонам, — жрица?
— Вы мне? — решила уточнять на всякий случай.
— Вам, — доктор внимательно на меня смотрел, и Эш тоже.
— Нормально, да…
— Выглядите неважно, — констатировал врач.
— О, это просто тяжёлый день. И я очень волнуюсь за его величество.
— Точно? А то может, эпидемия какая-то, нужно быть внимательными сейчас, — доктор подошёл ко мне, — позвольте, я вас осмотрю?
— Господин доктор, — сказала я, — в этом нет необходимости. Меня разбудили очень рано, когда императору стало плохо, это примерно часа в три ночи, и вот с тех пор я на ногах, в буквальном смысле слова. Ещё и не ела ничего… Это усталость.