— Ненавижу тебя, Эш! — у меня была истерика, я ничего не соображала. Принц повернул голову в мою сторону, и только тогда в его глазах словно мелькнуло какое-то подобие понимания.
Я побежала с площади, за мной побежала стража, но я чародейка, я без проблем запутала им следы, они потеряли меня. Холодный ливень хлестал мои щеки, я шла куда глаза глядят, суматоха и паника, царившая вокруг приводили меня в отчаяние. Мои ноги не шли, тело не слушалось. Я упала на мостовой, рыдая под холодным дождём. С обеих сторон меня подхватили руки и куда-то повели. Сначала я решила, что это всё-таки стража нашла меня, но потом поняла, что слева женщина. Я повернула голову в её сторону: верховная жрица Айхилель, Сана, с другой стороны был Ив. Мы остановились возле какого-то дома. Сана постучала, дверь открыл Рэддем. Я не видела его выражения лица и его самого тоже, я поняла, что это он по запаху ладана, мускуса и дубового мха, позже по голосу.
— Сделай что-нибудь, чтоб привести её в порядок, — услышала я Сану, — Завтра ей предстоит выполнять свои обязанности.
— Мы пошли, пока время не вышло… — добавил Ив.
Рэддем взял меня за руку и завел в дом. С меня текла холодная вода, а тело сотрясали рыдания. Жрец повёл меня куда-то, а я безвольно плелась за ним. Он завел меня в маленькое помещение, и на меня сверху полилась горячая вода. Я чувствовала, как тёплые струйки текли по моему холодному телу, как одежда все сильнее прилипает ко мне. Мужчина одним резким движением разорвал моё платье, раздев до гола и оставил под горячим душем. Теплая вода приятно обволакивала, стекая по волосам. Я просто стояла, обхватив себя руками. Через какое-то время Рэддем снова появился передо мной, выключив воду, он обтер меня теплым полотенцем, а затем надев на меня черный тяжёлый халат, гораздо большего размера, чем мне требовалось, снова повёл за собой. Я повернула голову и увидела себя в зеркало.
— Халат… Чёрный… — дрожа заметила я.
Жрец внимательно посмотрел на меня:
— И что? Эрро обидится? Прочитаешь лишнюю молитву, простит…
— Я уже полгода ношу только белое… Ненавижу белый цвет… Ненавижу Эша… — на моих глазах навернулись слёзы.
— Меня ты тоже ненавидишь, и ничего… — устало сказал Рэддем, подводя меня к кровати.
— Я не ненавижу тебя.
— Перестала? — я кивнула, — и его перестанешь.
— Нет, его не перестану. Он мне изначально не нравился.
Рэддем достал из шкафа черную рубашку и протянул мне:
— А я изначально нравлюсь? — на его щеках заиграли ямочки от широкой улыбки.
— Нравишься, — кивнула я.
На его лице отразилось что-то непонятное.
— Так, Мира, переодевайся в рубашку, поспишь в ней. В халате неудобно будет. Я приготовлю что-нибудь согревающее.
Он вышел, а я переоделась в рубашку, которая невыносимо опьяняюще пахла Рэддемом.
Жрец вернулся, протягивая мне бокал с чем-то бордовым.
— Что это? — нахмурилась я.
— Я не целитель, так что это глинтвейн, хотя надо бы какое-то исцеляющее зелье.
Я отпила из бокала:
— Вкусно, — это правда было так.
— Ну так конечно, — усмехнулся жрец, потом серьезно добавил, — жалуйся.
— Что?
— Что болит? Завтра день будет сложный, ты просто обязана быть в форме.
— Душа болит. Вылечишь?
— Вряд ли… — серьезно ответил жрец, опустив глаза, — А помимо?
— Всё тело болит, как будто по мне слон прошёлся… Я завтра не то, чтобы стоять не смогу, с постели не встану…
— Ложись, сделаю массаж, — спокойно сказал жрец, — мышцы разомну, должно стать легче…
— Мы чародеи, мы же можем…
— Не можем, Мирабель, уверен сейчас они отслеживают каждый магический всплеск.
Я отставила пустой бокал и легла на живот. Рэддем начал руками разминать мою спину, сквозь рубашку. Это было больно и приятно одновременно. Тело постепенно расслаблялось, а в голову закралась навязчивая мысль о том, что рубашка была явно лишней. Он сел мне на ноги, моё лицо начало гореть от осознания, что на мне нет белья. Да и я почувствовала его твердую плоть. Руки Рэддема забрались под рубашку, я слегка прогнулась в спине и почувствовала его внутри себя. Продолжая массировать моё тело, жрец двигался ритмично и напористо. Я не сдерживала звуков, рвущихся изнутри к моим губам. Рэддем освободил меня от рубашки и положил руки на грудь, зубами впился мне в шею. Я чувствовала: он тоже по мне скучал, а я… Как же ждала его. Он развернул меня резким движением и снова вошёл, наши глаза встретились, он поцеловал меня жадно, глубоко. Только с ним одним могло быть так хорошо, я ощущала, что я полностью в его власти, подчинена ему, принадлежу ему одному: каждый вдох, каждый стук сердца, каждая клеточка моего тела… Руки и губы Рэддема блуждали по моему телу, он ускорил темп, оказываясь всё глубже. Тихий стон сорвался с губ Рэддема, мы одновременно дошли до финальной точки, чувство эйфории охватило меня. Никогда ещё я не была так счастлива. Всё, что произошло в этот день как будто стёрлось из моей головы. Были только я и Рэддем и наше тяжёлое сбившееся дыхание.