― У меня такое ощущение, что нас чем-то дурманят, ― пробормотала, опускаясь на корточки. Эти точки должны что-то значить! Это ритуал, я чувствую. Вот только что за символ изображают жертвы?
― М-да… Зато у нас есть маленькая зацепка, которой мы сможем надавить на засранца. Ритуалы, это серьёзно. Даже если это только теория, её отметать просто так нельзя.
Кивнула. Маленький плюсик среди гигантских минусов. Сильный шаман нам очень сильно не помешает.
― Знаешь, я всё больше склоняюсь к тому, что это как-то связано с Рождением, ― принялся рассуждать Дор, а я, выхватив карандаш у него из-за уха, коротко записывала пришедшие ему на ум идеи. ― Началось всё в самый первый день зимы, когда токи магии окончательно ослабли.
― И пелена скоро истончится… ― куснула кончик карандаша. ― Точно какой-то призыв. Хотя такие ритуалы давно никто не проводил. С чего вдруг кому-то заниматься такой дрянью?
― Может хочет призвать какого-нибудь демона, чтобы заключить контракт.
― Да про этих демонов несколько столетий никто и не вспоминает, потому что те перестали откликаться на зов наших предков-затейников.
― Это да, люди им крепко так надоели… Тогда может что-то другое?
― Что? Лично я не знаю, кого ещё кроме демонов можно призвать в этот мир. Уж точно не духов.
― Они и сами не выйдут на кровавый ритуал… Так, я пошёл к засранцу требовать степняка, а ты пока придумай, куда нам карту пристроить, чтобы всё время на виду была.
Напарник поспешил к начальнику. Я же задумчиво окинула взглядом небольшой кабинет. Что ж, длинная стена для карты у нас имеется, но она за диваном. Хотя какая разница, будем по дивану ходить чуть что. Потому что передвигать его некуда. В крайнем случае просто отодвинем его немного от стены, если неудобно будет.
Кивнув своим мыслям, насобирала по полкам стола кнопок и с трудом всё же повесила карту на стену. Порылась ещё и в полках напарника, отыскав ещё шесть кнопок, и тут же прикрепила ими бумагу к стене для надёжности.
3
Утро следующего дня встретило меня неизменным кошмаром. Однако в этот раз я чуть не опоздала на работу, проснувшись около семи утра.
― Ох ты ж, тёмная сила! ― выдохнула, забегая в наш кабинет. Не глядя кинула пальто на диванчик и опустилась за стол, тут же зарывшись руками в волосы. Мысли о том, что точки соединяются в какой-то знак, не давали мне покоя. И тем неприятнее было то, что я совершенно не замечала в их расположении никакой закономерности.
― Мирка, глаза имей! ― возмутился Дор, многозначительно кидая взгляды в сторону диванчика. Я медленно подняла голову. На диванчике восседал молодой орк, с презрением скидывающий с себя моё пальто.
― Прощения прошу, ― скривила губы в подобие вежливой улыбки. ― Не привыкла, что на нашем диванчике может кто-то сидеть.
― Принимаю извинения, ― лицо орка выглядело столь же добродушно, как и моё. Черты лица резкие, лицо вытянутое, непривычно бледное для этой темнокожей расы. Из-под пухлой губы выглядывают уголки клыков. Тёмные волосы собраны в низкий хвост, из которого небрежно выбилось несколько прядок. Глубоко посаженные глаза отливали фиолетовым. Фиолетовым? Никогда не думала, что такой цвет глаз существует.
― Мирка, это неприлично так разглядывать кого бы то ни было, ― прошипел Дор, склоняясь ко мне. А и вправду, что-то я засмотрелась на нашего гостя.
― Вы шаман, которого вытребовал заср… наш начальник?
― Да, ― о, до чего же неприятный хриплый голос! А сколько неприкрытого недовольства мною лично! ― Шерден, ― представился мужчина.
― Мирания.
― Неожиданно сильное имя для столь легкомысленной особы.
― Э, ― я удивлённо посмотрела на напарника. ― Меня только что?..
― Мирка, лучше не обращай внимания, ― Дор покачал головой.
― Но он меня…
― Мирка, прошу, ― с нажимом повторил напарник.
― Припомню, ― зло пробурчала, постучав по столу сжатым в руке стилусом. Как посмел этот орк оскорбить меня? Я что, похожа на ребёнка? Веду себя как дурочка распоследняя? Да кем он себя возомнил? Он меня даже не знает!
― Раз уж нам работать вместе, я бы хотел услышать, что вам удалось узнать, ― Шерден скрестил руки на груди. Невозмутимый, ведёт себя как хозяин кабинета. Небось ещё мнит, что сможет командовать нами. О, духи, мне он уже не нравится.