- Ничего страшного, каждому своё, - отмахнулась.
- Он не сладкий, - буркнул длинноволосый по нос.
- Так ты сладкоежка? - хмыкнула, - Доберёмся до города и угощу какао, уверена, этот напиток придётся тебе по душе.
- Что такое какао? - полюбопытствовал Талис, в отличие от брата, с удовольствием потягивая отвар.
- Вы не пили какао? В горах такого нет? - удивлённо переводила взгляд с одного дроу на другого.
- Может и есть, но мы такое не пробовали, - ответил Тал, ничуть не смутившись.
Так, ладно Талис был стражем, который особо ласки господской не видел. Но разве Ашер не был любимчиком женщин, раз Матриарх так отзывалась о нём? В моём понимании, о нём должны были заботиться, баловать и все в этом роде. Этакий гаремный мальчик, которого хочется холить и лелеять. Но что-то в этой истории не складывается.
- Завтра купим и попробуете, - решительно заявила, - А сейчас пора отдыхать, до рассвета осталось недолго.
Талис вновь помыл котелок, а Ашер набрал ещё немного веток, чтобы огонь согревал остаток ночи. Быстро расправившись с делами, мужчины забрались в телегу, почти с головой укрываясь одеялами.
- А где вы будете спать? - высунулась голова Талиса, и златоглазка поймал мой взгляд.
- Я не буду спать, отдыхайте.
- Но разве вампирам не нужен сон?
- Нужен, но я могу потерпеть до города.
- Но вы же будете измотаны, - продолжал мужчина, поглядывая на меня с беспокойством.
- Предлагаешь лечь рядом? С твоего края или посередине? - решила поддеть.
Нужного результата добилась, мужчина смутился, что-то пробубнил себе под нос и наконец-то лёг. Вот только зашуршал, двигаясь ближе к молчаливому брату. Хмыкнула, понимая, что сделал. Всё-таки предлагает лечь не посередине, а с его края.
Глава 14
ГЛАВА 14.
Талис.
Я лежал с закрытыми глазами ещё около часа, но Кайла так и не забралась в телегу. Сквозь сон почувствовал, как поверх одеяла кладут шкуру, и окончательно уснул.
А утро наступило болезненно. Малейший дневной свет казался ярким солнечным лучом, и глаза неимоверно слезились и покалывали. Потребовалось время, чтобы привыкнуть. Пока мы с Ашером были беспомощнее котят, Кайла вновь сделала всё сама, даже не пытаясь попросить помощи. Напоила и запрягла лошадей, затушила догорающие угли костра, и уже была готова отправляться. Мы её тормозили, и от осознания собственной беспомощности, становилось гадко.
- Предлагаю перекусить уже в дороге, часов через пять уже будем в городе, и сможете поесть нормальную пищу, - озвучила дальнейший план.
Возражений, естественно, не последовало, и мы отправились в путь. Было так непривычно смотреть на цветной мир. В горах мало красок, по большей части всё серое и чёрное. Поэтому, с любопытством и интересом рассматривал даже лес: деревья с цветными листьями, пожухлую траву, неглубокий прозрачный ручей на стоянке, с множеством камней разной формы и цвета. И магия. Такая желанная и недоступная для мужчин моего народа. Кайла владела ей в совершенстве.
Я замер и едва дышал, когда она показывала Ашеру свои стихии. В этот момент испытывал к брату черную зависть. Его поведение никогда не будет мной одобрено, но в какой-то мере, я его понимаю. Он привык подстраиваться под других, выведывать их желания, предугадывать действия и во всём угождать. Именно так он и жил эти годы.
И сейчас, таким методом приближается к Кайле. Разговаривает с ней, у то время, как я не могу и слова вымолвить от волнения. Кажется, если начну поддерживать диалог, непременно спрошу "- Вы меня помните? Узнали?".
Но я понял, что Кайла не узнала меня, ещё в Жертвенный день, когда Матриархат подарила нас. "Подарила", как же нелепо это звучит. Но к сожалению, такова реальность мужчин в горах. Мы - расходный материал, и не более.
- Как ваши глаза? - поинтересовалась Кайла спустя час пути.
Солнце постепенно восходило, становилось в разы светлее. Но сегодня я видел в разы лучше, чем вчера, о чём и сообщил. В глазах всё ещё стояла пелена и периодически они слезились, но в целом, не всё так плохо.
- Станет больно, надевайте повязки. Не пытайтесь переусердствовать, иначе повредится зрение, - нравоучительно изрекла девушка.
К сожалению, сегодня она не прикоснулась ко мне. Мы проснулись без повязок, никакой помощи не требовалось, и это вызывало досаду. Вчера, когда её прохладные пальцы в кожаных перчатках дотронулись до меня, едва сдержался, чтобы не подставить голову для ласки. Каждый раз вздрагивал от её холодных прикосновений, но как же я их желал.
Ещё будучи подростком, когда случилось землетрясение и я оказался за пределами гор, прикипел к Кайле всей душой. Помню те дни так чётко, будто они были совсем недавно, а не пятьдесят лет назад.