- Я уже всё ответил Хранителям! - воскликнул парень, ударив по прутьям. - Последним помню лишь то, как сидел в таверне и выпивал. А потом... потом, наверное, напился до бессознания и как-то загремел сюда! Я тебя полгода не видел, Вивиан! С того момента, как сбежал, ясно? Меня здесь держат незаконно! Вы... вы лжете... я не мог похитить тебя.
- Ты ненавидишь меня. Правда?
- Да! Ненавижу за то, что какая-то человечка, у которой в родословной затеснился блондин-психопат и умершая хрен знает сколько лет лиринка, украла мои цели и планы. Ты же не знаешь, да? - буквально, прорычал Олинар, сжав прутья до побелевших кулаков. - Твой отец угрожал всем нам! Использовал наши слабости и манипулировал, чёрт возьми! Я не хотел убивать тебя, это лишь... это лишь его внушение. Я пытался бороться, но твой старик сильнее. Думаешь, я сбежал потому, что испугался? Нет-нет, крошка, как бы не так! Я освободился! В тот момент, когда ты убила Мэирса, я стал свободным. Переехал в столицу, где живет мой брат - Эви, и жил там. Пока... пока какого-то хрена не оказался здесь!
Девушка опешила от такого заявления. Всё это время она думала, почему же Олинар ненавидит её. Что такого она ему сделала? Не она. Её отец. Он сделал всех тех бедняг своими пешками, управляя их желаниями и чувствами. Возможно, на тот момент Оли был зол на кого-то, поэтому так просто поддался соблазну отомстить всем тем, кого он не любил. Это был и Маркус, который грозился оставить ведьмака на втором курсе, и Неирид, что использовала его страхи против него, и... Ви. Та, которой всё сходило с рук, и с приходом которой весь мир, буквально, изменился. Это бесило Олинара. Но девушка знала, что в глубине души парень ненавидит себя. Ненавидит себя за слабость.
- Я помню, - прошептал ведьмак. - Помню звёзды. И свет. Когда он погас, я увидел незнакомца в белом плаще. Не видел его лица. Но почему-то звёзды крепко засели в голове.
Вильетта задумалась. Звёзды? Белый плащ? Как это поможет ей в разгадке тайны? Да любой лирингиец может носить белое одеяние! А что означают эти звёздочки? Может, наваждение? Ведь Оли могли не просто загипнотизировать, а опоить. У ядов забвения специфические эффекты.
- Слушай, Ви.. льетта, - с надеждой посмотрел на девушку Олинар, крепче обхватив прутья. - Мне дали пять лет заключения. Это ничто для лирина, они пролетят быстро. Но мой брат... мой Эви живет в столице, и он будет волноваться, если я пропаду. Я знаю, что ты живешь в Главграде. Можешь ли передать Эвенару, что со мной всё в порядке? Я скажу, где он живет.
Ви замерла, не зная, как преподнести правду. Она не могла смотреть в эти серые глаза, наполненные надеждой и грустью, отведя взгляд. Хуан хотел уже сказать за неё, но девушка покачала головой, глубоко вздохнув. Она сама должна сказать это Олинару.
- Я знакома с Эвенаром, - тихо начала она. - Вы с ним держали меня в той хижине.
- Что? Нет! Эви никогда бы так не поступил, он и мухи не обидит!
- Знаю, - с грустной улыбкой кивнула лиринка. - Он хотел меня освободить, и в одну ночь даже сделал это... Кхм, Оли, послушай. Да, я знаю, что Эвенар так называл тебя. В общем, он был очень добрым лирином, и просил меня защитить тебя от твоего "покровителя". Я поклялась, что ты будешь жить. Но я не смогла... - из глаз потекли жгучие слёзы. - Я не смогла уберечь его. Эви мёртв.
Парень отшатнулся назад, как от пощёчины. Он смотрел на девушку таким взглядом, словно ожидал услышать: "Это шутка, расслабься! Всё с твоим братом хорошо!", но вид Вильетты говорил об обратном. Когда ведьмак понял это, он стал мотать головой, хватаясь за неё, выдирая каштановые волосы. По щекам бежали слёзы, а с губ срывалось лишь одно слово. Нет. С каждым разом голос становился всё громче и громче, пока не перешел на крик. Брюнет упал на колени, громко плача и крича. На эти звуки примчался и тюремщик, начав выяснять, что здесь происходит. Хуан разобрался с ним, вкратце всё поведав. Грейс же смотрела на рыдающего парня, не находя слов поддержки или скорби. Да и как сказать, что Эвенар умер из-за неё и Хуана? Тогда смыслом жизни Олинара станет лишь желание мести. Он потеряет крупицы счастья, став Никем. Вильетта не хотела разрушать очередную жизнь, поэтому промолчала.
Ридчелл увёл девушку из этого ужасного места. Та успела лишь шепнуть: "Прости", смахнув слёзы с глаз. Наверняка Оли не услышал её, продолжая убиваться по брату. Но это слово - единственное, что могла сказать ведьма. На большее сил и смелости не хватило.
Хуан отвёл Вильетту в большую, богато украшенную таверну, заказав еды и немного выпивки. Со вчерашнего вечера лиринка ничего не ела, но всё равно ковыряла принесённую котлету без особого аппетита, а любимое печенье уже доедал Дэв с позволения хозяйки. Та взяла в руки бокал с вином, бездумно крутя его в замерзших ладонях.