Феникс поднялся ввысь, и с каждым взмахом крыльев огонь становился ярче. Он не просто парил, он становился частью самой планеты, становился её дыханием. Он вспыхнул в последний раз, как огромный салют, разрывая небо в миллиарды огненных искр, которые вспыхнули и растворились в темном, потрескавшемся небе.
И вот, когда последний луч поглотил всё вокруг, остатки барьера начали рушиться. Пламя Феникса сгорело в последний раз, и с ним исчезла часть Огнегорья. Не оставив ни следа, ни звука. Оставался лишь пепел.
Так закончилась эта траурная церемония — с подрывом силы, с последней вспышкой яркости, и с безмолвной памятью о том, кто был потерян.
Глава 49 -Тени пророчества
На угрюмой планете Z царила вечная ночь. Мертвенные сумерки укрывали её скалистые поверхности, из которых зловеще струился дым, а земля казалась живой, но пропитанной тлением. На этой планете, глубоко под её поверхностью, в мрачной пещере, где стены излучали слабое фиолетовое сияние, собрались силы тьмы. Валентин, король вампиров, возглавлял свою зловещую Четвёрку, разрабатывая следующий шаг в их тёмных замыслах. В центре пещеры, окружённый тронными сидениями из чёрного обсидиана, Валентин возвышался над остальными, его фигура была подчёркнута алым плащом, спадающим до самого пола. Его глаза горели багровым светом, а голос был как холодная сталь. Абадон сидел по левую руку от Валентина. Его лицо выражало гордость и жестокую удовлетворённость. Он медленно вращал в руках кристалл, который, казалось, шептал ему о грядущей тьме. "Убийство Нестора", – думал он, – "доказательство моей мощи и преданности Валентину". По другую сторону сидел Котсу, его фигура была скрюченной, а в руках он держал странный сосуд, заполненный густой, отвратительной жидкостью. Эта субстанция шевелилась, словно была жива. Он пил её с наслаждением, издавая хриплый смех, будто эта мерзость приносила ему истинное удовольствие. На противоположной стороне сидел Винланд. Его спокойствие выделяло его среди остальных. Лицо было скрыто тенью капюшона, но его глаза, холодные и отстранённые, наблюдали за каждым движением. У ног Винланда лежала маска, сделанная из человеческого черепа, как символ всех тех, кого он погубил. Рядом с ним Джузаф методично обрабатывал клинок. Остриё его меча блестело в слабом свете, когда он наносил масло, пропитанное тёмной магией. Его движения были выверенными, словно эта подготовка была для него священным ритуалом. Валентин заговорил, его голос был густым и властным:– Я горжусь каждым из вас. Мы как никогда близки к величию. Древние в замешательстве, а наши враги ослаблены. Планета Вульгард принесла нам множество мёртвых тел великанов, которые станут нашими новыми воинами. Но самое главное – это победа над Нестором. Его смерть должна пошатнуть их уверенность. Он сделал паузу, его взгляд стал суровым:– Но мы потеряли значительную часть своих владений. Планета Мор уничтожена Амоном. Тёмная Цитадель теперь непригодна даже для нежити. Однако есть ещё кое-что, что вызывает у меня беспокойство. Луна... Она не отвечает на мой зов крови. Все замерли. Валентин продолжил, его тон стал ледяным:– Либо Амон каким-то образом излечил её вампиризм, либо... – Он сделал паузу, его глаза сузились. – Среди святорыцарей есть вампир. И не простой, а полукровка. Это значит, что пророчество начало сбываться. Абадон хищно улыбнулся, его голос прозвучал язвительно:– Я думаю, это может быть Николас. Вокруг него постоянно происходят странные события, и Амон заботится о нём слишком сильно. Валентин сдвинулся на троне.– Дитя пророчества. Сахалинец. Это... интересно. Узнайте всё о его родителях. Мне это нужно. Он посмотрел на Котсу.– Как продвигается работа с Шаром Осквернения? Котсу ухмыльнулся, облизывая свои тёмные губы.– Я могу активировать цепи мироздания ещё раз. Но не больше. Этот трюк больше не сработает – Амон догадается. Джузаф прервал его:– Даже если он поймёт, что к чему, у него сейчас выше крыши забот. Он не успеет остановить нас, тем более после разрушения Мор он ослаб и не до конца восстановился . Думаю, сейчас самое время для атаки. Валентин поднялся с трона, его плащ зашуршал по полу.– Решено. Мы атакуем Сахалин. Приведите мне Николаса живым. И по возможности невредимым. – Он бросил взгляд на Абадона. – Ты понял, Абадон? Абадон нехотя кивнул, в его глазах вспыхнуло разочарование.– Раз ты так хочешь, будет тебе твой принц целёхонький, – усмехнулся он про себя.
Глава 50 - Запутаные чувства