нувшись от разрушенных ворот города, и оказался прямо позади Моры. Он не терял времени, стремительно поднимая свои клинки для атаки. Однако Мора, чьи чувства были обострены до предела, быстро среагировала. Она увернулась от удара меча, скользнув в сторону, и, мгновенно поймав его руку, откинула Никаласа в сторону, как ветку, сбитую порывом ветра. Но Никалас не сдался. В полёте он сгруппировался, сжался, и произнёс заклинание: — Падение звёзд! В этот момент с небес начало падать сияющее множество звёздных стрел, как тысячи светящихся метеоров. Мора уклонялась от каждого удара, её тело двигалось как животное, грациозно избегая смертельных вспышек, но для Никаласа это было всё сложнее. Он чувствовал, как его силы иссякают, а враги только игрались с ним, наслаждаясь его слабостью. В отчаянии он снова попытался послать сигнал через телепатию, но на этот раз ему никто не ответил. В его груди было всё больше тревоги, но он знал, что не может сдаться. — Это конец... — пробормотал он про себя, когда вдруг его глаза наполнились решимостью. Никалас резко призвал звезду. Силой мысли он вызвал сверхновую, огромную сферу, которая начала разжигать свет. Он вложил всё, что у него было, в этот финальный удар. Сверхновая вспыхнула, излучая такие волны энергии, что земля под ногами потрескалась, а небо окрасилось в багровый цвет. Мора, охваченная светом, вскрикнула от боли, её тело было покрыто ожогами, и она отлетела назад, как дымящийся обугленный кусок. Её тело стало иссушенным, а голос вырвался с шипением: — Это ещё не конец, Никалас... И вот, как если бы вся тьма и ужас мира вдруг сосредоточились в одном месте, Лидия сделала шаг вперёд, её смех был полон насмешки. — Теперь мой черёд, — произнесла она, её глаза полыхали неестественным светом, а её тело начинало наполняться могуществом тени. Никалас, истощённый, стоял, ощущая, как его силы стремительно иссякают. Он знал, что в этой битве он не может победить, но с каждым моментом решимость и отчаяние становились всё более неотъемлемой частью его существа. Лидия, обвивая Никаласа цепями, с легкостью пробила несколько деревьев, вытягивая его к себе. Но Никалас, ощутив холодную тяжесть стальных оков, напрягся и с яростным усилием разорвал их, вызывая магическую бурю вокруг. В его голове вспыхнуло воспоминание — банши боятся воды. Он схватил два клинка и мгновенно окунул их в ближайший водоём, чувствуя, как их лезвия поглощают влагу и наполняются силой. С каждым взмахом они становились острее. Он рванулся к Лидии с бешеной скоростью, а она, как всегда, уворачивалась с издевательским смехом, легко отклоняясь от его ударов. Её тело мелькало, как призрачный свет, и она отступала, словно наслаждаясь каждой секундой этого "играющего" сражения. Но Никалас не был готов сдаваться. Вдохнув, он произнёс: — Млечный путь! Магия вспыхнула, и небо как бы открылось для него, словно звезда сама нисходила в этот мир. Сгусток космической энергии вырвался из его мечей, прорезая пространство и направляясь прямо в Лидию. Поток энергии был настолько мощным, что звёздный свет осветил землю, как солнечный луч в ночи, обрушив всё на её тело. Лидия испарилась, оставив за собой лишь струйки дыма и пепел, а её фигура исчезла в воздухе. Тёмный момент длился лишь мгновение, но Никалас почувствовал, как в воздухе изменилось что-то. Он обернулся, и там, где стояли правители Бездны, Лидия уже стояла с ними, с холодной усмешкой на лице. Она повернулась к своим союзникам. — Звёздная магия... — прошипела она, её голос был полон презрения. — Как же она меня раздражает. Азарок, стоявший в стороне, шагнул вперёд. Его фигура была как тень, его аура сгущалась вокруг него, и в его руках появился меч, чёрный, как сама ночь. Он смердил смертью, и его клинок испускал холодный, зловещий свет, похожий на туман, что мог поглотить всё живое. Он замахнулся и произнёс: — Сейчас я покажу, как надо биться с звёздными рыцарями. Его слова эхом разнеслись по полю боя. Всё вокруг словно замерло, предвестие страшной битвы. Никалас знал, что это будет не просто сражение — это будет столкновение сил, где один из них должен будет упасть. Азарок сблизился с Никаласом с такой скоростью, что тот едва успел среагировать. Его удары были быстрыми и точными, каждый казался легким, но от того ещё более смертельным. Он издевательски фехтовал, двигаясь с грацией хищника, заставляя Никаласа с трудом стоять на ногах. В каждый момент, когда Никалас едва успевал отбить удар, Азарок насмехался: — Это всё? Где твоя сила, рыцарь? Как я покажу товарищам, как надо, если ты даже не сопротивляешься? Никалас стиснул зубы, его тело было покрыто потами, глаза пылали решимостью, но он чувствовал, как его силы истощаются с каждым новым ударом. Он едва держал на ногах, его мечи отчаянно отбивали удары, но это было невыносимо сложно. Азарок знал, как довести своего противника до состояния, когда он теряет силы, теряет фокус. В этот момент, словно в замедленном движении, Азарок совершил ловкое движение. Никалас почувствовал, как его собственная энергия уходит, словно кто-то выкачивал её из него. В следующее мгновение, прежде чем он успел отреагировать, чёрный клинок Азарока пронзил его живот. Никалас издал болезненный вскрик, его мечи упали на землю, и он оказался на грани потери сознания. Боль пронзила его, но он сдержал её, с трудом удерживая себя в сознании. Взгляд Никаласа затуманился, его дыхание стало тяжёлым и прерывистым. Он ощущал, как силы покидают его тело, и хотя его внутренний огонь ещё не угас, он понимал, что на грани этого сражения.Войны увидев поражение правителя ринулись в бой Кано ворвался в бой первый с яростью, не обращая внимания на потоки тьмы, которые сбивали его с ног, но он не сдавался. Его мечи сияли, отражая свет, как последние огоньки в этом океане мрака. Он атаковал с такой мощью, что каждый его удар оставлял следы в воздухе. Но как бы он ни пытался, магия Азарока обрушивалась на него, как чёрная буря, не давая ему добраться до врага. Заметив, что атаковать не удаётся, Кано резко изменил тактику, пытаясь пробиться к Азароку через магическое давление, его движения стали быстрее, опаснее, а его глаза горели отчаянием. Но было слишком поздно. Азарок, стоявший спокойно, с лёгкостью парировал все его усилия. В его руках Некро-клинок пульсировал тёмной энергией, поглощая свет и жизнь вокруг. В мгновение ока, клинок Азарока пронзил грудь Кано. Это было не просто смертельное ранение — этот удар был символом его конца. Кано, не успев осознать происходящее, почувствовал, как жизнь уходит из его тела. Его плечи сжались, как будто он пытался ещё хоть немного бороться с этим. Он взглянул на Никаласа, их глаза встретились на мгновение, и в его взгляде читалась не только усталость, но и прощание. Слова не были сказаны, но в этом молчании было всё. "Я сражался до конца". Кано упал на колени, его глаза тускнели, и последние силы покидали его тело. С последним вздохом он рухнул на землю, его руки беспомощно распрямились, и душа ушла в тьму. Никалас, который с трудом держался на ногах, увидел падение Кано и почувствовал, как его мир рушится. С каждым мгновением ему становилось всё хуже — его тело, истощённое до предела, не слушалось его, кровь текла из ран, он едва мог держать глаза открытыми. Каждый вдох давался с трудом, и всё вокруг теряло форму, расплываясь в темных облаках. Никалас знал, что он не выживет, что всё потеряно. Он видел, как его люди падают защищая его, и смерть его друга, наставника, была ударом, который отнял у него последние силы. Он не мог даже заплакать — его сердце было пусто, а сознание поглощалось болью. Он не знал, сколько времени прошло, но когда Азарок приблизился к нему, он почувствовал, как его разум тёмнеет. Он хотел крикнуть своим воинами чтоб те бежали но в горле образовался ком ,Азарок вырезал всех кто пришёл спасти Никаласа . Никалас упал на землю, и его взгляд стал бессмысленным. единственным звуком, который можно было услышать, была его едва слышная дыхательная пауза. Никалас ощущал, как его тело слабеет с каждым мгновением. Слёзы не катились по его щекам, они застряли внутри, где-то в глубине. Тьма, в которой он находился, становилась настолько реальной, что он уже не мог отличить, что было настоящим. Он увидел, как Азарок поднимает свой клинок, и время для Никаласа замерло...