Глава 81 - Живадан против Верзивула
В центре Зоотопа бушевала битва, в которой столкнулись два величайших существа — Верзивул в облике волка и Живадан, ставший ликаном. Оба были поглощены кровью, их тела изрезаны ранами, но ни один из них не был готов сдаваться. В глазах обоих горел огонь борьбы, и лишь смерть могла бы их остановить. Верзивул, почувствовав, как силы иссякают, вдруг издал ужасный вой. Его глаза сверкнули магическим светом, и, прорычав заклинание, он произнёс слова, которые несли в себе древнюю и могущественную магию: — Осколок души! Охотничьи угодья! Кровавый пир! Лес Фенрира! Вокруг них воздух сотрясся, пространство начало искривляться, и вот уже обрывки реальности исчезли. Вместо обугленной земли и трупов, как по волшебству, перед ними возник тёмный лес, в тени которого скрывались опасные и ужасные существа. Из леса на помощь своему хозяину вышел гигантский волк — Фенрир, во главе своей стаи. Волки с яростными глазами и оскаленными клыками бросились в атаку, будто призванные самой смертью. Живадан удивлённо замер, но вскоре в его глазах загорелась искра. Он знал, что этот волк —особый фамильяр, и его магия не может остаться без ответа. Он сжал зубы и поднял лапу, вонзив её в землю. Почва под его ногами вздрогнула и изломалась, расползаясь в стороны. — Осколок души! Кровавая луна! Владение падальщиков! Кайот! Мрак окутал лес, поглощая свет. Лишь красная луна, как капля крови на чёрном небосклоне, осветила сцену. Вскоре тьма проглотила пространство, и из неё стали появляться Каеты — страшные твари, чей рев эхом отдавался в ночи. Они были свирепы, как стая голодных хищников, но во главе этой стаи был один, который выглядел больше и ужаснее остальных. Магия Живадана привела к борьбе стаи на стаю. Волки Верзивула и его фамильяр казались сильнее, их атака была смертоносной, как молния, и силы Каетов начали таять. Один за другим они падали, погибая в схватке, сражённые мощью Фенрира и его волков. Живадан, несмотря на свою мощь и опыт, чувствовал, как его стая сдаётся. В этот момент, словно из тени, выскочил Верзивул, как дикое животное, и со своей безжалостной тактикой набросился на Живадана. Гигантский волк Фенрир ворвался с ним в бой, и, в мгновение ока, жертва была найдена. Молниеносно, как только истинные охотники могут это сделать, они изорвали горло Живадана, его ноги были откушены плоть была поделина на куски. Король ликанов хрипел, его жизнь ускользала, но с каждым ударом по умирающему телу, в его глазах можно было увидеть лишь горечь и отчаяние. Он понимал, что победа Верзивула была неизбежна, и смерть пришла к нему как старый враг, с которым он давно был знаком. Когда тёмные силы покинули поле битвы, и оставшаяся стая Каетов исчезла в лесу, Верзивул вернул свою человеческую форму, глядя на умирающего Живадана. Он остановился, взирая на свою победу и на жертву, которой она досталась. — Умри как пёс, Живаданский зверь... Битва была славной, но она окончена...По крайней мере для тебя это конец. Вой волков разнёсся по полю боя, возвещая о победе. Весь Зоотоп был освобождён, и его тёмные враги были повержены. Верзивул, весь в крови, ослабленный, рухнул на землю, его тело теряло последние силы. Волки Зоотопа, подхватив его, осторожно понесли к ценителям, чтобы его магия была использована в следующих великих сражениях. Этот лес, как и сама битва, запомнился на века.
Глава 82 - Урук Хан против Твина Злотоборода
На планете Тан-Тан столкнулись две необузданные силы. Твин Злотобород, король Тан-Танцев, стоял против Урук Хана, величайшего вождя огров. Их битва была эпической. Оба соперника едва держались на ногах, но каждый удар, каждая искра их столкновения напоминала о том, что такие поединки встречаются лишь раз за эпоху. Топор Урук Хана, массивный, как полуденная скала, глухо звенел при каждом ударе о булаву Твина. Однако Твин был не просто воином. Со стальным взглядом он выхватил из-за спины второй оружие — моргенштерн, шипы которого сверкали, как звёздные осколки. — Стойкости тебе не занимать, — выдохнул Твин, его голос был тяжёлым, как металл. Урук Хан лишь ухмыльнулся, вытирая пот с лба. — Ты тоже недурён. Давно я не чувствовал равного боя. Вокруг бушевала война. Тролли и огры сокрушали линии Тан-Танцев, но гоблинов Урук Хана становилось всё меньше. Однако люди Твина держались, защищая своего короля до последнего вздоха. Внезапно Урук Хан сократил дистанцию, его улыбка стала более зловещей. — Ты заслуживаешь высшей чести, Злотобород. Ты увидишь моего фамильяра, хранителя моей крови. Я не призывал его сотню лет. И ты умрёшь от его силы. Урук Хан поднял топор высоко над головой и зарычал: — Осколок души! Поле боя вождей! Великое татами! Явись, Орочий бог — Урамаса! Мир изменился. Пространство вокруг сжалось, превращаясь в арену, залитую красным светом. Небо заволокло бурей, и из сгустка энергии возник гигантский орк, орочий бог Урамаса, с топором, схожим с оружием Урук Хана. Твин прищурился. Он понимал, что его магия разрушительна, но если поле не выдержит, пострадают его войска. Величие его силы не оставляло выбора. — Уходите! — крикнул он своим людям. — Я заберу их всех на себя! Тан-Танцы послушались, их сердца дрожали от гордости за своего короля. Моргенштерн и булава Твина засияли ярким светом. Его изумрудные глаза пылали решимостью. — Вперёд! Лучше все разом, чем поодиночке! Каждый удар его оружия вызывал взрывы, разрывающие землю. Но Урук Хан и Урамаса продолжали атаковать. Их плоть обжигалась, но натиск не слабел. — Ты великолепен, — признал Урук Хан. — Но этого недостаточно! Твин выдохнул, стиснув зубы. Его тело дрожало, но он знал, что пришло время раскрыть свою истинную мощь. — Осколок души! Музыка войны! Вспышка солнца! Черепаха погибели! Пространство снова изменилось. Песчаная пустыня поглотила поле боя. Твин оказался на спине гигантской черепахи, покрытой рунами. Её глаза горели магическим светом. — Давай проверим, на что мы оба способны, — прошептал он. Черепаха открыла пасть, и миллионы взрывов начали сотрясать землю. Песок превратился в стекло, воздух наполнился жаром. Татами Урук Хана было разрушено, его магия пошатнулась, но он стоял, истекая кровью. Когда всё стихло, оба соперника лежали без сознания. — Это было... величественно, — прошептал Урук Хан, смеясь сквозь боль. Он поднялся, шатаясь, его правая рука была оторвана. — Но я всё ещё стою. Он взял свой топор, подняв его над головой, чтобы нанести последний удар. Но рука Твина схватила его за ногу. — Рыцарь умирает без сожалений, — произнёс он с улыбкой, и вспышка света озарила поле. Мощный взрыв поглотил обоих, оставив лишь пепел, который ветер унёс в далёкие горы. Тан-Танцы молчали, а затем взревели: — Наш король отдал свою жизнь за нас! Слава Твину Злотобороду! Их сердца были разбиты, но их дух остался несгибаемым. На Тан Тане войны не умирают они становятся Легендами ....