Глава 89 - Новое солнце
На разрушенном, пустом Сахалине, где жизнь была уничтожена, Абадон стоял среди руин, глядя на осколки некогда величественного города. Рядом, закованная в ледяные цепи, лежала Луна, её дыхание было едва слышным. Абадон, задумчиво оглядев пустошь, шагнул к пленнице. Наклонившись, он коснулся её плеча, пробуждая. Луна очнулась, её взгляд был полон отчаяния и решимости. Она резко заговорила:— Что тебе нужно? Отвечай! Ты собираешься отвести меня к Валентину? Если да, знай, я убью себя. Ты не сможешь использовать меня для шантажа Никаласа. Оставь его в покое! Абадон молча махнул рукой, и ледяные оковы рассыпались в пыль. Его голос прозвучал неожиданно мягко:— Знаешь, я давно забыл, что такое любовь. Моё сердце уже много лет сковано холодными шипами. Но недавно я стал замечать странные перемены в себе. Я скорбел по павшим товарищам… а затем, неожиданно для самого себя, решил спасти врага. Он поднял взгляд к небу, словно искал там ответы на свои терзания.— Что это? — продолжил он. — Сможешь объяснить? И ещё... Она. Она не даёт мне покоя. Я вижу её везде, слышу её голос. Может, я сошёл с ума, а может, это мой шанс искупить грехи. Луна нахмурилась.— Ты спас меня? Зачем? Кто эта "Она", о ком ты говоришь? Абадон ответил после короткой паузы:— Моя сестра. Даже после смерти она пытается направить меня. Её образ не даёт мне покоя. Её слова звучат в моей голове. Она хочет, чтобы я очистил душу. Он перевёл взгляд на Луну:— Мне не нужна сила Никаласа. Напротив, я хочу сразиться с ним, чтобы понять, что движет им. Он потерял всё, но не сломился. Почему? Что это? Глупость или отвага? Луна, тяжело дыша, прошептала:— Это любовь, Абадон. На её слова он слабо улыбнулся.— Зови меня Абису, — тихо произнёс он. В следующую секунду Абадон взмахнул рукой, создавая вокруг Луны ледяной купол. Её крик остался внутри, заглушённый стенами. Всё стихло, и тишину разорвал звук открывающегося портала. Из него появился Никалас. Его глаза полыхали ярким красным светом, а лицо выражало ярость и решимость. — Отпусти её, Абадон! — прогремел голос Никаласа. Абадон обернулся, на его лице появилась холодная, но мягкая улыбка.— Отпущу. Но сначала... сразимся. В бою люди раскрываются лучше всего. И, возможно, мы сможем поговорить. Абадон поднял свой меч, покрытый инеем, сверкающий холодным светом. Никалас, не говоря ни слова, обнажил два клинка, готовясь к схватке. Клинки звенели, искры разлетались в стороны, когда Никалас и Абадон сошлись в яростной схватке. Их удары казались молниями, разрушающими остатки разрушенного города. Абадон, удерживая свой ледяной меч, заговорил: — Помнишь нашу первую встречу, Никалас? — Как я могу забыть? — процедил сквозь стиснутые зубы Никалас, его удары становились всё сильнее. Абадон слегка улыбнулся.— Именно тогда начался твой путь святорыцаря. Тогда тебя спас Нестор. Ему пришлось постараться, чтобы вытащить тебя из лап смерти. Повезло тебе. Никалас прорычал, продолжая наступать.— Не смей упоминать Нестора! — А позже, — продолжил Абадон, уклоняясь, — я всё-таки получил шанс сразиться с ним один на один. Прекрасный бой... хотя я убил его. Ты видел это своими глазами, не так ли? Эти слова обожгли Никаласа, как раскалённое железо. Ярость заполнила его сердце. Он взмахнул мечами, и черные крылья распахнулись за его спиной. Его удары стали неистовее, воздух вокруг них дрожал от магии. Абадон выдохнул морозный туман, и поле боя покрылось ледяной коркой. Но Никалас не сдавался. Он поднял руку, произнося древние слова заклинания:— Сверхновая! Взрыв сверкающей звезды осветил всё вокруг, оставляя глубокие вмятины на замороженной земле. Абадон отступил на шаг, его ледяной доспех покрылся трещинами. — Как же ты вырос, Никалас, — с лёгким восхищением сказал Абадон. — А помнишь, кто показал тебе истинную магию Осколка души? Никалас застыл на мгновение, вспоминая. Он понимал, к чему клонит Абадон. Но времени на размышления не было. Абадон резко сократил дистанцию, его голос прозвучал словно гром:— Осколок души: Ледяное кладбище, покои Гидоры! Пространство вокруг замёрзло, покрывая всё непроглядной снежной бурей. Из тумана появилась огромная белая змея — Гидора. Её глаза горели ледяным светом, пасть открылась в угрожающем рыке. Никалас почувствовал холод, пробирающий до костей, но страх уже не мог остановить его. — Теперь я не тот, кто был тогда, — сказал он, поднимая мечи. — Я святорыцарь. Его тело начало меняться. В форме вампирского дракона его силы достигли пика. На кончике одного из его мечей зажглась звезда, пульсируя ярким светом. Вторым мечом Никалас начал рисовать сложные руны, которые светились ослепительным золотым сиянием. — Это тебе за Нестора, Абадон, — шёпотом произнёс Никалас, его глаза горели алым пламенем. Абадон, глядя на сверкающие руны, рассмеялся, будто приняв вызов с восторгом:— Давай, Никалас! Жги! Покажи, на что способен! Гидора, словно защищая своего хозяина, обвила Абадона, становясь щитом. Но Никалас уже закончил заклинание. Он поднял оба меча, назвав его имя:— Пульсирующая звезда Пульсар! Мощный шар, состоящий из двух хвостов энергии, вырвался вперёд, сокрушая всё на своём пути. Взрыв ослепил всё вокруг. Взметнулся свет, и разрушенный город на мгновение превратился в пылающее солнце. Схватка продолжалась, удары мечей звучали всё реже, но мощнее, эхом отражаясь от ледяных стен. Абадон вновь пошёл в наступление, а Гидора бросалась на Никаласа, стараясь поймать его в свои кольца. Холод усиливался, замедляя движения Никаласа, и каждое его дыхание отдавалось болью в груди. — Теперь скажи мне, Никалас, — Абадон с силой отбил его удар, — что ты чувствовал, когда Валентин уничтожил твоего учителя вместе с этой планетой? Никалас замер. Боль пронзила его сердце. Эти слова, словно стрелы, задели самое уязвимое. — Что ты хочешь узнать, Абадон? — с трудом выговорил он, чувствуя, как ледяной туман обволакивает его тело. Абадон шагнул вперёд, его голос звучал холодно, как и магия, исходящая от него:— Отвечай! Гидора взмахнула хвостом, и Никалас отлетел в сторону, тяжело ударившись о замёрзшую землю. Но он поднялся, пошатываясь. — Что я чувствовал? Боль... — он перевёл дыхание. — Боль утраты. Абадон вновь взмахнул мечом, пытаясь заставить Никаласа раскрыться.— Тогда как ты с этим справился? — продолжил он, на этот раз более настойчиво. Никалас резко встретил взгляд Абадона, отбив очередной удар.— Я не боролся... Боролись мои друзья. Боролась моя любовь. Они вытащили меня из мрака! Абадон вскинул руку, выпуская ледяные стрелы, но Никалас отбил их своей магией, создавая вокруг себя звёздное поле. — Любовь? — хмыкнул Абадон, его голос дрожал от скрытой боли. — Какой бред. А что, если я убью Луну? Что тогда? Эти слова заставили Никаласа взреветь. Его сила обрела тёмный оттенок, и туман вокруг стал густым, почти непроницаемым. — Тогда я разрушу тебя и этот мир! — прорычал он, его глаза алели гневом. Абадон улыбнулся, не отступая.— Значит, мы с тобой похожи. Мы оба... всего лишь люди. Никалас метнулся к Абадону с неистовством, мечи оставляли за собой светящиеся полосы. Но в моме