Глава 94 - Судьба
Цитадель казалась пустынной, тишину нарушали лишь тяжёлые шаги Никаласа, раздававшиеся эхом в мрачных коридорах. Его лицо было мрачным, а взгляд — холодным и сосредоточенным. Внутри него бушевал хаос, но снаружи он оставался воплощением решимости. Он знал, куда идти. Глубоко под цитаделью, в сырых и зловонных подземельях, находилась камера, в которой держали Валентина, короля упырей. Никаласу нужно было добраться до него любой ценой. Когда он приблизился к массивной железной двери, охраняемой двумя вооружёнными стражами, те скрестили копья перед его лицом. — Никалас, мы не можем пустить вас внутрь. Приказ Амона, — строго произнёс один из них. Никалас не ответил. Он стоял неподвижно, словно оценивая их, а затем произнёс низким, холодным голосом: — Уберите копья. Один из стражей решительно качнул головой: — Простите, святорыцарь, но... Договорить он не успел. Рука Никаласа двинулась с такой скоростью, что казалось, он просто сделал жест в воздухе. Оба стража замерли, прежде чем из их горла хлынула кровь. Они рухнули на пол, держа руки у шеи, но Никалас даже не взглянул на них. Его лицо оставалось ледяным. — Я просил, — тихо сказал он, проходя мимо мёртвых тел. Кровь потоком стекала по каменному полу, но он шёл вперёд, не обращая на это внимания. Внутри него всё уже было решено. Он спустился в самый низ, туда, где воздух становился ледяным, а стены дышали сыростью и древней магией. В конце тёмного коридора его ждал Валентин. В тусклом свете факелов Никалас увидел фигуру, сидящую на холодном полу камеры. Тёмные цепи сдерживали каждое движение пленника, но его глаза, красные, как кровь, горели, словно огонь. Валентин поднял голову и медленно улыбнулся. — Вот ты и пришёл, Ники, — прошептал он, его голос был сладким и ядовитым. — Я знал, что ты придёшь. Я ждал тебя. Никалас остановился перед решёткой, его руки сжались в кулаки. — Ты мне нужен, — произнёс он твёрдо, без колебаний. Валентин хохотнул, его смех эхом разнёсся по коридорам. — О, конечно, я тебе нужен. Но я хочу услышать, что именно ты собираешься попросить. Ведь я знаю, Ники... ты готов идти на всё. Никалас молча смотрел на Валентина, в его глазах мелькнула тень, но он не отступил. — Это не просьба, Валентин. Это приказ, — сказал он, открывая камеру. Валентин продолжал улыбаться, словно предвкушая что-то захватывающее. — Тогда давай, святорыцарь. Удиви меня. Тёмная комната была пропитана запахом сырости и магии. Валентин сидел на полу, скрестив ноги, словно ожидая старого друга. Вокруг него мерцали слабые отблески факелов, отбрасывая на стены причудливые тени. Никалас вошёл и без лишних слов сел напротив него, тяжело вздохнув. — Как можно снять проклятие вампира? — резко спросил он, не отводя взгляда. Валентин медленно улыбнулся, обнажая острые клыки, и разразился низким смехом. — Значит, Луна не справилась... Как я ждал этого момента, Ники, — он смотрел на Никаласа с каким-то странным удовлетворением, словно всё это было частью давно задуманного плана. — Отвечай, упырь! — Никалас перебил его, гневно сжав кулаки. Валентин слегка наклонил голову, будто поддразнивая его. — Обычным способом? Никак, — он замолчал, наслаждаясь напряжением в воздухе. — Но есть кое-что. Ты можешь обратиться к Затмению. Его магия создана поглощать. Всё, что поглощено, становится частью его самого. — Что ты имеешь в виду? — Никалас нахмурился, его голос стал холоднее. — Если ты поглотишь силу Луны через Затмение, она станет человеком. Но цена... — Валентин сделал паузу, наслаждаясь каждой секундой, — ты сам станешь вампиром. Полностью. На сто процентов. Никалас сжал зубы, но продолжал слушать. — И, знаешь, я не думаю, что это конец, — продолжил Валентин, его глаза горели алым огнём. — Ты уже стал частью этого баланса. Судьба твоя предрешена, Ники. — О чём ты, упырь? Говори! — Никалас едва сдерживал ярость. — Нежити нужен король, — Валентин прошептал эти слова так, будто наслаждался их вкусом. — И всё это ведёт к тебе. Эти слова будто прокатились по комнате эхом, наполняя её холодом. Никалас поднялся, сжав рукоять меча так, что побелели пальцы. — Хватит, — произнёс он низким, почти угрожающим голосом. Валентин только усмехнулся, продолжая смотреть на него. — Ты уже сделал свой выбор, Никалас. Ты просто ещё не осознал этого. Мгновение — и лезвие меча Никаласа сверкнуло в тусклом свете факелов. Секунда — и голова Валентина отделилась от тела, падая на холодный пол. Его губы всё ещё кривила та же зловещая усмешка, а слова, которые он успел выдохнуть перед тем, как стать пеплом, словно врезались в сознание Никаласа: — Всё-таки я увидел, как ты сломался... Тело и голова Валентина обратились в прах, уносимый сквозняком. Никалас медленно убрал меч и, не сказав ни слова, развернулся. Он открыл портал, его лицо оставалось бесстрастным, но внутри него всё клокотало. Он шагнул в портал и исчез, оставив за собой лишь мёртвую тишину.