Возмущённые старейшины переглянулись, их раздражение перешло в нескрываемую ярость. Суровый минотавр с затейливой бородой, подчёркивающей его древний статус, рявкнул:
— Ты понимаешь, в каком ты положении? Твои поступки тянут на казнь! Ты угрожаешь всему, что мы защищаем тысячелетиями. Существование таких, как ты, ставит под сомнение сам порядок!
На этот раз Амон посмотрел прямо в глаза минотавру, и его выражение вдруг стало холодным и серьёзным. В его взгляде плескалась нечто пугающее — уверенность, не знающая сомнений.
— Казнить? Вы можете попытаться, — сказал он, перехватив взгляд старейшин. — Да, я виновен и заслуживаю заточения. Я готов понести наказание, но только такое, которое соответствует моим проступкам. Вы можете считать меня выскочкой или безрассудным, но даже заточение не заставит меня испытывать страх перед вами. Я — Амон, и я не позволю вам просто так вычеркнуть меня из этого мира.
Минотавры опешили от его дерзости, их лица исказились от ярости и непонимания. Один из них, не выдержав, воскликнул:
— Что ты себе позволяешь, Рики Амон?! Мы владыки этого мира, и ты не имеешь права бросать нам вызов!
Амон посмотрел на них, его глаза блеснули ледяным огнём. На его лице не осталось ни следа насмешки, лишь хладнокровная уверенность.
— Вы можете осуждать меня сколько угодно, но вы слепы к тому, что я пытался донести. Моя жажда власти и свободы — это не просто игра, это путь, ведущий к истине, к слабостям вашей самой системы. И если это побудит вас пересмотреть свои методы, то я, возможно, уже добился своей цели.
Последние слова Амона повисли в воздухе, словно камень, брошенный в тёмные воды. Минотавры замерли, их взгляды выдали растерянность и скрытый страх перед словами, которые звучали как пророчество.
Минотавры обменялись напряжёнными взглядами, затем отвели Амона в сторону, чтобы обсудить решение. Амон, оставаясь на месте, беззаботно смотрел в потолок, слегка стуча ногой, словно выражая своё нетерпение. На его лице было написано раздражение, которое он даже не пытался скрыть.
Наконец, главарь минотавров, прервав тягостное молчание, поднял свой массивный жезл и торжественно возвестил:
— Решение принято. Рики Амон, за свои преступления ты будешь заточён на нижнем уровне тюрьмы, на неопределённый срок. Вопрос твоего освобождения будет решаться нами, когда мы сочтём нужным. Посмотрим, как долго ты сможешь выдержать своё заточение.
Амон лишь усмехнулся, его голос прозвучал с неприкрытым облегчением.
— Наконец-то, — протянул он. — Ведите уже. Может, там хоть удастся поспать как следует.
С этими словами он слегка пожал плечами и, не дожидаясь приказа, шагнул вперёд, готовый следовать за охранниками, как будто не ожидал ничего, кроме приятного отдыха.
Оставшись одни, минотавры переглянулись, и один из них, задумчиво нахмурив брови, первым заговорил:
— Как ты думаешь, он действительно виновен? — Его голос был полон сомнений. — Мне кажется, он кого-то прикрывает.
Второй минотавр скрестил руки на груди, слегка прищурив глаза.
— Не знаю, — ответил он. — Но что-то здесь точно не так. Слишком всё просто для него... И слишком легко он согласился на наказание.
Главный из троицы, суровый и властный, громко фыркнул, возвращая внимание всех к делу.
— Если так, тогда нам стоит проследить за его последним учеником. — Он взглянул на остальных, будто ожидая, что они поддержат его мысль. — Кажется, его ученика собирались выдвинуть в святорыцари?
— Верно, — кивнул первый. — Надо дать ему такую возможность — это и впрямь хорошая идея. Держать его под рукой и наблюдать, что он предпримет дальше.
Главный минотавр решительно кивнул, его голос прозвучал твёрдо и бескомпромиссно.
— Тогда отправим его на задание. Пусть проявит себя... А там посмотрим, на чьей стороне он в действительности.
На этих словах суд на Амоном подошёл к концу.
Глава 20 - Путь свято рыцаря
Николас неспешно прогуливался по территории школы, когда заметил идущих к нему Тайгу и Сануку. Тайга махнул рукой и, подойдя ближе, усмехнулся:
— А вот и ты! Мы тебя обыскались. Пошли, нас ждут у директора. Что-то про Амона.
— Что-то серьёзное? — насторожился Николас.
— Ха, не знаю, но судя по лицу Осаму, да, — ответил Тайга, скрестив руки. Санука молча кивнул, но взгляд его был напряжен.
Они втроем направились в кабинет. Директор Осаму сидел за огромным столом, его лицо выражало сосредоточенность и лёгкую усталость. Он жестом пригласил их присесть и, дождавшись, пока они устроятся, заговорил: