— Это зелье продлит твою жизнь еще на сто лет. Ты останешься королём опять на целый век, ведь ты оставил наш секрет при себе. Но помни, Дан, тебе придётся заплатить за это свою цену.
Король гномов схватил зелье, пальцы его тряслись от волнения.
— Я готов на всё, лишь бы быть на троне. Мой сын был слишком нетерпелив. Не мог бы дождаться своей очереди, рвался к власти! — Он произнёс это почти со злостью, в его голосе сквозила горечь и презрение.
Валентин усмехнулся.
— Тогда живи, Дан. Но помни: мои услуги в следующий раз обойдутся тебе дороже, чем ты думаешь.
С этими словами король упырей растворился в темноте, оставив старого гнома, сидящего на кровати с зажатым пузырьком, наедине со своими мрачными мыслями.
Глава 25 - Возвращение домой
После отдыха на Дворфине, Никoлас и Сокол приняли решение покинуть эту суровую планету скалистых гор. Перед отъездом они направились в тронный зал, чтобы попрощаться с королём Даном Мароном. Тронный зал был просторным и массивным, полыхая зелёным огнём светильников, отбрасывающих отсветы на своды из чёрного камня. Увидев гостей, Дан Марон поднялся с трона и приветствовал их величественным, но тёплым взглядом.
"Прощай, друзья," — сказал Марон, сдерживая в голосе нотки сожаления. — "Дворфин будет скучать по вам."
"Мы ещё вернёмся, король," — с лёгкой улыбкой ответил Никoлас. — "Должны же вы будете оценить наш рост в бою."
Гномий король усмехнулся и вынул из-за трона маленькую шкатулку, покрытую орнаментом из серебряных вкраплений. Открыв её, он достал две цепочки из редкого дворфинского титанита, мерцающего оттенками зелени и синевы.
"Не могу отпустить вас без прощальных даров," — произнёс Марон. — "Эти цепочки сделаны из титанита — материала, который мы добываем из тел древних големов. Каждый из них умирает лишь спустя столетия, и на его каменной плоти мы выплавляем титанит четыре недели подряд, пока он не станет чистым металлом. Этот материал — честь и слава нашей нации."
Сокол осторожно взял цепочку в руки, восхищённо разглядывая её. "Это… поистине великое искусство, король Марон. Благодарю вас," — он поклонился, на что Марон лишь отмахнулся, явно смущённый.
"Я буду носить её всегда," — добавил Никoлас, надевая цепочку на шею. — "Пусть этот дар напоминает мне о гостеприимстве дворфов и нашем общении."
Прощаясь, Марон в последний раз посмотрел на них, и в его взгляде читалась неподдельная грусть. Он развернулся и кивнул слугам, которые открыли перед принцами портал на Сахалин.
Когда Сокол и Никoлас уже направились к порталу, Сокол бросил на друга весёлый взгляд. "Ну, готов ли ты к всеобщему поклонению дома? Не терпится вернуться?"
Никoлас улыбнулся, но в глазах читалась и легкая неуверенность. "Ещё как! Хочу увидеть, как на меня посмотрит учитель. Он-то точно не станет льстить."
Сокол усмехнулся, похлопав его по плечу. "Если честно, готовься: он точно найдёт, что тебе указать — учителя такие. Но зато ему будет чему удивиться!"
Они вошли в портал, и перед глазами Никoласа замелькали световые всполохи, сменяясь знакомыми пейзажами Сахалина. В сердце его было волнение: он вернулся домой, готовый к новым испытаниям и к встрече с близкими.
Как только они ступили на сухой песок Сахалина, Никoлас вдохнул полной грудью. Горячий, слегка обжигающий воздух наполнил его лёгкие, и сердце забилось быстрее от радости. Этот суровый, сухой климат, на который многие жаловались, был для него лучшим на свете.
"Я дома," — с трепетом произнёс Никoлас, оглядывая знакомый, пусть и не блистательный, но такой родной пейзаж.
Сокол окинул взглядом поселение и слегка нахмурился, поражённый бедностью окружающего. Вместо величественных дворцов здесь стояли простые домики из песчаного камня, сложенные грубовато, но прочно. Однако, несмотря на скромность, лица людей, которые собирались вокруг, излучали тепло и радость. Эти люди, казалось, не нуждались в роскоши, их сердце принадлежало этой земле.
"Этой земле нужен сильный и заботливый король," — подумал Сокол, наблюдая, как жители приветствуют своего принца, едва сдерживая улыбки.
Вдруг к ним навстречу направился пожилой человек в сопровождении стражников из Огнегорья. Это был Симидзу Кано. Его лицо озарилось светом при виде Никoласа.
"Добро пожаловать, Никки," — приветствовал он, слегка подшучивая. — "Давно не виделись. Я погляжу, ты сильно изменился: подрос, плечи шире стали, да и броня куда внушительнее старой. Видимо, моя посылка Нестору дала плоды."
Никoлас, увидев своего учителя, тут же кинулся к нему, крепко обняв, как будто они не виделись целый век. На глаза юноши навернулись слёзы.