Никалас с интересом посмотрел на Нестора:
— Нестор, ты говорил, что Лунреанцы когда-то были частью нашего мира, а теперь у них совершенно другая культура. Почему они решили обосноваться здесь, под землёй, и оставить свет?
Нестор, шедший впереди, обернулся и кивнул:
— Давняя история. Во времена Раскола, когда эльфы и люди страдали от бедствий, некоторым удалось сбежать на эти луны. Здесь они нашли приют и возможность начать всё с чистого листа. Однако, чтобы укрыться от тех, кто преследовал их даже сюда, они построили свой город под землёй, решив, что лучше жить в темноте, но в безопасности.
Сокол, поражённый монументальной архитектурой, провёл рукой по холодному, гладкому камню стены, осмотрев резные руны.
— Эти знаки… что они означают? И разве жить в вечной ночи не стало для них тяжким бременем?
— Напротив, — продолжил Нестор, — для Лунреанцев ночной свет стал частью их души, а руны — напоминанием об их героическом пути. Они создали свой собственный язык символов, вписав его в мрамор, словно утверждая право быть здесь. Эти руны — древние клятвы верности и памяти о тех, кто когда-то сражался за их свободу.
Никалас, глядя на величественные арки и внушительные статуи героев, спросил:
— Они действительно почитают своих предков, не так ли?
— Почитают, — кивнул Нестор. — Их культура основана на уважении к предкам и поклонении трём лунам. В каждом доме, в каждом зале есть статуя или изображение героя, который внёс вклад в их народ, — добавил он, указав на изящные статуи, стоящие у каждой арки. — И каждую ночь они читают молитвы, благодаря лунам за своё существование.
Сокол нахмурился, осматривая звёздные узоры на потолке, выполненные в блестящих камнях.
— Их религия связана с этими лунами? Значит, они поклоняются не божествам, а светилам?
— Да, — Нестор улыбнулся. — Они считают, что три луны — это три разных пути, ведущие к мудрости и силе. Каждый Лунреанец выбирает, какая из лун ближе его душе, и проходит обряд, символизирующий это. Светила для них — воплощение баланса и знания. А этот свет на потолке, как ты заметил, символизирует звёзды, которые направляют их.
Никалас огляделся и заметил, что свет из фонарей по всему дворцу был особым, словно пропитан лунным сиянием. Он спросил:
— Нестор, а как они создают такой свет? Это магия или что-то ещё?
— Их алхимики умеют извлекать частицу лунного света и заключать его в кристаллы. Эти фонари горят без огня, но свет их живой, и его сила никогда не угасает, пока он остаётся под защитой трёх лун. Именно так они создают свою атмосферу вечной ночи.
Пройдя дальше по коридорам, они оказались в зале, украшенном витражами с изображениями ночного неба и сцен битв. В центре стояла огромная статуя, высеченная из лунного мрамора, изображавшая одного из первых Лунреанцев — эльфа, облачённого в доспехи, держащего в руках меч и щит, символизирующие защиту своего народа.
Сокол остановился, вглядываясь в лицо статуи.
— Этот эльф… Он, кажется, смотрит прямо на меня. Будто живой.
Нестор улыбнулся: — Это и есть цель искусства Лунреанцев. Их мастера создают такие образы, чтобы каждый почувствовал, что с ним всегда рядом их защитники.
Наконец, они добрались до дверей тронного зала, и Нестор тихо сказал:
— И здесь, в сердце Трехлунья, находится правительница Лунреанцев святорыцарь — Луна. Она возглавляет их с мудростью и честью, как когда-то это делали её предки.
Когда Никалас, Сокол и Нестор вошли в тронный зал, их уже ждали. В центре зала стоял массивный стол из тёмного лунного мрамора, заставленный древними рукописями, свитками и книгами, от которых исходило мягкое сияние. Атмосфера в зале была тихой и величественной, словно сама история здесь задержала дыхание.
За столом, внимательно изучая старинный пергамент, сидела Луна . Она выглядела величественно и мудро, её длинные золотистые волосы плавно спадали на плечи, а глаза, цвета лунного света, были сосредоточены на тексте перед ней. Рядом с ней сидел невысокий старец, казавшийся измождённым, но исполненным знаний и опыта. Его руки дрожали, когда он перелистывал страницы, однако взгляд оставался острым и внимательным.
Луна подняла голову, заметив гостей, и тепло улыбнулась.
— Добро пожаловать в Трёхлунье, — мягко сказала она, её голос прозвучал как шёпот ветра среди ночи. — Мы ждали вас.
Старец, прищурившись, перевёл взгляд на гостей, медленно окинув их с головы до ног, и кивнул, признавая их присутствие.
Все трое уселись за стол, ощутив прохладную, таинственную атмосферу зала. Луна, выпрямившись и сложив руки на столе, начала разговор.
— Сейчас перед нами стоит сложная задача — узнать всё возможное о тёмной стороне вселенной, — начала она, её голос был проникнут решимостью. — Это место, где обитает нежить и другие опасные существа, и это место, которое до сих пор остаётся для нас тайной. Для этого нам потребуется особая карта — карта тёмной стороны.
Луна осторожно достала свиток из переплёта и, развернув его, подняла над столом. Когда она произнесла тихое заклинание, над свитком появилось светящееся изображение — карта вселенной, окружённая мистическим сиянием. Границы её мерцали, звёзды пульсировали, а планеты, отмеченные красным светом, выделялись, обозначая владения тёмных сил.
— Мы с моим библиотекарем, — она кивнула на старца рядом с ней, — проверяем её подлинность и точность. Если всё совпадёт, то мы сможем открыть порталы на территории врага и отправить туда наших воинов, чтобы нанести ответный удар. У Альянса больше не будет повода только обороняться.
Сокол и Никалас обменялись напряжёнными взглядами. Никалас, слегка склонившись над картой, не скрывал удивления и беспокойства.
— Значит, у нас будет возможность ударить первыми? — спросил он, вглядываясь в светящиеся отметки на карте.
— Именно, — подтвердила Луна. — Враги уже обладают украденной картой звёздного неба Альянса, с точными координатами всех наших планет. Но теперь, если наши расчёты верны, у нас появится шанс обороняться не только на своей территории, но и разрушить их планы изнутри.
Нестор, следя за картой, кивнул, признавая серьёзность ситуации.
— Значит, наше преимущество — это внезапность и возможность манёвра, — задумчиво сказал он, его голос звучал как звук металла, скользящего по камню.
Луна кивнула, её лицо оставалось сосредоточенным, но взгляд выражал лёгкое напряжение.
— Этот план давно обсуждался на совете, — объяснила она. — У нас есть подозрение, что враг, который затесался среди древних, уже догадывается о нём. Поэтому прежде чем передавать окончательные координаты, всё должно быть тщательно проверено. Когда мы завершим проверку, я передам вам карту. А вы доставите её лично Рики Амону.
Никалас нахмурился, затем спросил:
— Но зачем для такого, казалось бы, простого задания послали сразу троих святорыцарей?
Луна усмехнулась и ответила:
— Разве не очевидно? Вы нужны здесь как телохранители. Враг может напасть в любую минуту, и в этом случае ваша задача — защитить нас.
Никалас задумался, постепенно осознавая смысл слов Луны. Нестор, заметив его выражение, улыбнулся и добавил: — Рики Амон всегда всё предусмотрит. Даже если нападение на место, где уже находятся четверо святорыцарей, покажется врагам глупостью, осторожность никогда не будет лишней.
Сокол кивнул в знак согласия, осознавая, что, даже находясь в сердце защитного круга, они не могут расслабляться.
В зале повисла глубокая тишина. Старец, внимательно изучавший очередной трактат, наконец поднял голову и одобрительно кивнул. Луна ответила таким же кивком, а затем протянула свиток Нестору.
— Карта верна, — сказала она. — Возвращайтесь в храм древних, Рики Амон уже ждёт вас.
— Уже уходим? — возмутился Никалас.
Нестор утвердительно кивнул, а Сокол усмехнулся и поддел Никаласа:
— Что, понравилось здесь? Не волнуйся, ещё успеешь насладиться обществом святорыцаря Луны.
Луна услышала это и тихонько рассмеялась, а Никалас, покраснев, принялся что-то невнятно оправдывать:
— Да вы что… да я просто… да это не то, что вы подумали…
Нестор, подавляя улыбку, хлопнул Никаласа по плечу:
— Пошли, времени у нас нет, — сказал он.
Луна, всё ещё с лёгкой улыбкой, активировала портал, и все трое растворились в сиянии магического света, отправляясь в новое путешествие с важной миссией.