Абадон сжал кулаки, но сохранил спокойствие. Он прекрасно знал, что Паутина не заинтересована в открытой войне. Однако, она предложила сделку, которая его заинтересовала:
— Но… Абадон, если у тебя есть контракт, мы могли бы обсудить выгодные отношения. Ты человек слова, и мы можем за миллион золотых устранить любого твоего врага. Как тебе это?
Абадон, усмехнувшись, ответил:
— Моих врагов я уничтожу сам. Пока мои силы достаточны.
Девушка из тени снова заговорила, её голос был провокационным:
— А может, ты хочешь вступить к нам в ряды? Подумай. Валентин имеет власть, но здесь ты будешь свободен… Воистину свободен. Ты ведь этого хочешь? Твоя сестра бы пожелала того же.
Абадон вздрогнул, его взгляд потемнел. Он резко повернулся к женщине:
— Так это твоих рук дело?! Эта иллюзия?!
Женщина, улыбаясь, ответила:
— Да, но это не совсем иллюзия. Моя способность позволяет призывать призраков — души неупокоенных, тех, кто не ушёл в чистый мир. Я взглянула в твоё сердце и смогла материализовать её.
Абадон не позволил ей договорить. В его глазах зажглась ярость, и он срывался на неё, в мгновение ока рванув меч в её сторону. Но тени тут же отпрыгнули, как одна. Мощный удар расколол пещеру, и камни посыпались на землю, создавая облако пыли.
Абадон стоял посреди разрушенной пещеры, его гнев был невыносим. Он рычал, сдерживая свои магические силы.
— Как ты могла! Побеспокоить дух моей сестры?! Я вас всех порву!
Его магия льда начала заполнять пространство, создавая опасную атмосферу вокруг.
Лёд под ногами Абадона начал хрустеть, а метель, как предвестник его силы, стала подвластна его воле. Он мог контролировать её, создавая вокруг себя щит из бушующего бурана, который ворвался в пространство, словно живая стихия. Абадон, дрожа от гнева, с каждым шагом углублял бурю, но даже этого было недостаточно, чтобы успокоить его ярость. Он бросал осколки льда в разные стороны, разрывая их ударами магии и усиливая метель до предела.
Кирито, наблюдая за происходящим, обратился к девушке, которая раздражила Абадона.
— Нана, зачем ты так? — его голос был строгим, и он смотрел на неё с осуждением.
Нана тихо выдохнула и ответила:
— Лучше отступить. — Остальные теневые фигуры кивнули в поддержку её слов. Все они начали исчезать, растворяясь в темноте, оставив Абадона одного с его разрушительным гневом.
Абадон продолжал разрушать всё вокруг, отчаянно пытаясь найти выход из своей боли. Но вскоре его энергия иссякла, и он, осознав, что никто не оставался рядом, упал на колени. Его взгляд метнулся вверх, к бескрайнему небу, затянутому бурей.
— Натали… — прошептал он, его голос был полон горечи и сомнений. — Неужели я не там, где нужно?
Он долго сидел в тишине, пока гнев не утих. Абадон, выдохнув, встал, полностью осознавая, что его место — не в прошлом, а в новом пути, и открыл чёрный портал. С быстрым шагом он направился в Тёмную цитадель.
Когда он появился в тронном зале, Валентин сидел в своём кресле, спокойно потягивая бокал с кровью. Он взглядом встретил Абадона и, не меняя позы, спросил:
— Ну, как всё прошло?
Абадон, подавляя внутренний огонь, ответил:
— Они отказались. Передали, что не хотят иметь с вами никаких дел. Нанимать их теперь бессмысленно.
Валентин на мгновение нахмурился, но тут же его лицо вновь стало холодным и безразличным. Он махнул рукой, как бы отмахиваясь от проблемы.
— Ничего, скоро все, кто против нас, познают боль. А ты, Абадон, молодец. Хорошо поработал. Можешь идти отдыхать.
Абадон, не сказав больше ни слова, развернулся и покинул тронный зал, его шаги звучали тяжело и медленно, как шаги человека, который всё больше осознаёт свою тьму, но продолжает идти вперёд.
Глава 35 - Чаепитие
Амон ступил на землю Сахалина и замер, оглядев местный пейзаж. Город был словно живой — повсюду суета, здания, что только вчера казались серыми, сегодня излучали яркие, теплые цвета. Этот мир бурлил энергией перемен. Амон усмехнулся. Интересно, как долго продлится этот покой?
Он мягко растворился в воздухе, превратившись в лёгкую пыль, и через мгновение оказался у двери большого дома. Уже вечер, и в воздухе ощущалась прохлада, но Амон не спешил. Стража, увидев его, сразу проводила внутрь — не дождавшись вопросов. Вскоре он оказался в покоях принца. Никалас спал. У его ног сидел и неспешно листал книгу Симидзу Кано.
— О, Амон, — старец поднял взгляд, удивлённо приподнимая брови. — Сильнейший маг, собственной персоной. Какое счастье, что ты заглянул ко мне! Чем обязан такой чести?