— Планета Мор стерта со всех карт. Планета просто исчезла, словно растворилась в небытии.
Слова повисли в тишине, как грозовая туча, и каждый ощутил их вес. Нестор, стоявший у двери цирюльни, сжал кулаки. Его мысли метались, пока голос продолжал:
— Мы знаем, что фамильяр Жнеца был на свободе не более пятнадцати минут перед исчезновением планеты.
Слова древнего были холодны, но за ними скрывалась тревога. Нестор тяжело выдохнул, глядя в никуда.
"Амон..." — его мысли оборвались на этом имени. — "Слишком сильно перестарался. Но... это и хорошо." — Его взгляд потемнел, в голове вспыхнула мысль, которая не давала покоя: "Иметь в союзниках того, кто способен уничтожить целую планету одним лишь осколком души, — страшно, но бесценно. Его сила пугает. Она подавляет."
Тем временем древний продолжал, голос стал мягче, но всё ещё властен:
— Прошу всех, кто встретит Амона: остановите его. Ему нельзя так использовать осколок души. Это разрушает его изнутри и опасно для его жизни.
Сокол, хоть и был на грани потери сознания, едва слышно прошептал:
— Амон… разрушает планеты. Но… какую цену он платит?
Николас, лежа на соседнем ложе, закрыл глаза. Слова древнего оставили в нём тревожный след, но не страх. Он знал: Амон принимает свою силу и свои решения. Вопрос в том, как долго он сможет продолжать.
Тишина повисла. Каждый святорыцарь по-своему осмысливал сказанное, но общий вывод был ясен: Амон стал слишком опасен — не только для врагов, но и для самого себя.
Директор Осаму сидел за своим массивным дубовым столом, рядом стоял Верзивул, внимательно изучая старинный свиток. Осаму закрыл глаза, его мысли были заняты лишь одним: "Где сейчас Амон? Что он натворил на этот раз?"
Неожиданно в воздухе разорвалась тишина — перед ними открылся портал. Из него вышел Рики Амон, едва держась на ногах. Его лицо было измождённым, с него стекали слёзы. Одежда пропиталась чужой кровью, руки дрожали.
— Амон! — голос Осаму сорвался на шёпот. Осаму мгновенно оказался рядом, подхватив почти упавшего ученика. Амон, будто обессилевший ребёнок, жалобно уставился на него.
— Мальчик мой... — тихо проговорил Осаму, крепче прижимая его к себе. — Ты перестарался.
Амон попытался ответить, но вместо слов из его горла вырвался сдавленный всхлип. Он поднял руку, закрывая глаза, и заговорил, сквозь слёзы, голосом полным отчаяния:
— Осаму... Я опять это сделал. Я уничтожил планету. Опять...
Осаму лишь крепче сжал его плечо, но промолчал, позволяя Амону выговориться.
— Кто я? — продолжил Амон, его голос стал прерывистым. — Я же не бог… Почему мне дарована такая сила? Какое право я имею уничтожать цивилизации? Почему я?
Он отвёл взгляд, словно боялся увидеть в глазах Осаму осуждение.
— Я просто хочу сидеть и пить чай. Найти друга, который будет со мной не из-за моих сил, а потому что я — это я… Осаму, я мог бы уничтожить только зло, но… как всегда поддаюсь эмоциям и рушу всё.
Осаму почувствовал, как руки Амона обмякли. Амон шёпотом добавил, словно обнажая свою душу:
— Осаму… У тебя есть .... сладости?
Он закрыл глаза и обмяк в объятиях директора.
Верзивул тут же вскочил, вытащил из складок своей мантии пузырёк с лечебным зельем и начал осторожно поить Амона. В то же время Осаму призвал светлячков. Они слетелись, словно капли света, и начали залечивать изнемождённое тело мага.
Осаму смотрел на него, почти безмолвно, лишь одинокая слеза скатилась по его щеке.
— Ты больше, чем просто сила, Амон. И я найду способ тебе это доказать, мальчик мой.
Верзивул взглянул на Осаму, впервые за всё время его глаза выражали тревогу.
— Осаму, он разрушается. Ему нельзя так больше.
Осаму лишь кивнул, осторожно поправляя Амона, словно боясь нарушить его покой:
— Сначала мы вылечим его, Верзивул. А потом… потом мы найдём для него ответ. Даже если для этого придётся перевернуть весь этот мир.
---
Никалас открыл глаза. В комнате было тихо, лишь едва слышно шумел ветер за окнами. Он быстро ощупал своё тело — раны полностью затянулись. Не веря своему счастью, он вскочил с кровати и выглянул в окно. Рядом, у открытой двери, стоял Сокол, задумчиво глядя в небо.
— Ты живой? — весело спросил Никалас, подбегая к нему.
Сокол обернулся и слегка улыбнулся:
— Разумеется. А вот я думал, что ты не справишься.
Никалас ухмыльнулся, но заметил усталость в глазах друга. Сокол отвёл взгляд и заговорил, глядя в горизонт:
— Противник нам попался серьёзный. Джузаф был невероятно мощным магом. Пока ты спал, я узнал, что Амона нашли. Он в коме. Он напланете Сумеречных лесов, где за ним сейчас присматривают лучшие целители.