Анна раздумывать не стала, сняла первую попавшуюся бутылочку– небольшую, изящную, со стеклянной пробкой.
- Теперь отмоешь и выставишь в ночь.
- А она от мороза не треснет?
- Ни! Стекло здесь прочное, надёжное. Выдержит.
- Баб Онь, это всё… всерьёз? – наконец решилась спросить Анна.
- А то! Не шутят такими вещами.
- Просто всё так странно. Я будто внутри былички оказалась…И почему-то всему верю…
- То моя травка тебя поддерживает, чтобы ты не дивилась да не боялась. Вы, городские, отвыкли давно от необычного. Не верите, не хотите замечать. А у нас всё по простому – помним и знаем всех наперечёт. Стараемся мирно жить, блюдём границы, правила выполняем.
- Какие правила?
- Да разные. Вишь в уголке сосновая ветка подвешена? Ссохлась вся, а тронуть нельзя. Я её раз в год меняю. Аккурат под новогодье. Так положено. Чтобы суседушка не серчал.
- У вас и домовой живёт?!
- Чшшш… - прошипела бабка. – Не любит он прозванье это. На суседушку откликается. Под веткой его самое любимое место. А так-то и везде ходит, за всем приглядывает.
- А как же кика?
- А что кика? Она помощница моя первейшая. В отличие от остальных, не таится, показывается.
Сосновая ветка вдруг качнулась и завертелась кругом, посыпались вниз высохшие иглы.
- Глянь-ка! Суседко знак подаёт. Ну ка, пошли отсюда, проверим, что там.
В комнатах было тихо. Сумрачный день клонился к вечеру, к окнам льнула темнота. Баба Оня задёрнула цветастые занавесочки, обошла дом. Оглядела всё внимательно, прислушалась.
- Вроде, спокойно. Не пойму, к чему знак-то был?
- Да может просто сквозняком ветку качнуло? – предположила Анна и попросила хмурившуюся бабку, - вы мне больше травок не давайте. Я выросла на быличках да сказках, все ваши чудеса приму, всему поверю и без них.
- Хорошо, Аннушка. Больше не стану. Только оберег тебе доделать нужно. И от Светки защита. И вообще…Время тёмное теперь…
В сенях загрохотало, вихрем влетела давешняя кика, подскочила к бабке, зашептала ей что-то, ткнула пальцем в сторону Анны.
- Да что ты?! Вот напасть! - всполошилась бабка. - Откуда вести-то? Удельница на хвосте принесла?...
- Что-то случилось? – Анна с любопытством наблюдала за происходящим. Кика выглядела обычной старушонкой. Только маленькой совсем, вёрткой, суетливой. И всё никак не получалось рассмотреть её лицо, она словно специально отворачивалась от Анны, пряталась.
Кика шепнула что-то ещё и подпрыгнув, ухнула под пол.
- Ты собери всё нужное! – Крикнула ей вслед бабка и, повернувшись к Анне, сказала:
- На дальней дороге, что к нам ведёт, бука видели. Нехорошо это. Опасно. Надо подготовиться.
Глава 5
Той же ночью Анне не спалось. Несмотря на рябиновую веточку - временный оберег, припрятанный под подушкой, сон не шёл. Она подсела к окошку, смотрела как тихо падает снег, искрит крошечными звёздочками в мягком лунном свете. Тогда-то и увидела, как пробежала через двор баба Оня, как подошли к ней незнакомые женщины, кто с кочергой, кто с ухватом, кто с метлой в руках. Собрались кучкой, поговорили о чём-то. После выстроились цепочкой и с бабкой во главе двинулись вдоль улицы. Каждая потрясала своей необычной ношей да странно ступала - медленно, высоко поднимая ноги. И показалось Анне, что они след в след стать стараются, оттого так идут.
Анна решила подглядеть за ними, но у самой двери наткнулась на кику. Сидя на порожке, проворно сплетала та веревочку в длинную косицу да наговаривала что-то тихонько, себе под нос. На Анну кика не глянула, нарочно повернулась боком, будто пряча свою работу. И Анна вернулась к себе, не решилась заговорить с бабкиной помощницей, поостереглась.
За завтраком баба Оня выставила перед гостьей огромный золотистый омлет. Принесла солёных бочковых помидорчиков, нарезала толстыми ломтями свежайшую булку. Пригласила:
- Ешь, деточка, набирайся здоровьичка. Вы, городские, такие худющие все.