– Что ты с ним сделала? – рычу ей в ответ понимая, что его имя больно бьёт мне по затылку, будто обухом.
– Важнее то, что сделала с ним ты, воровка, – скалится она. – Твои рукава по локоть в его крови. Но меня очень забавит и смешит то, что даже после его очищения вы всё-ровно остаётесь кровными врагами.
– Я расскажу ему всё, и ты пожалеешь, Дора, – забористо выдыхаю ноздрями и разжимаю в кармане руку, чтобы успеть достать нож, потому как больше всего я хочу сейчас полоснуть эту дрянь.
– А скажешь – умрёшь, – довольно ухмыляется Дора, обходя меня вокруг.
– От чьей, это, руки? – крепко стискиваю зубы считая последние мгновения до конца своего терпения.
– От его. По-твоему, я так глупа, чтобы возвращать ему жизнь, не убрав хоть малейшее воспоминание о тебе? Память к нему вернётся только тогда, когда он найдёт виновника своей гибели…и убьёт его.
Моё лицо теряет все наслоившиеся эмоции. Это конец…
Глаза краснеют, вновь вспоминая тот миг, когда своими руками я вогнала в сердце Фрея стрелу. Я убила его…
– Ну? Позвать его и расскажешь, кто ты есть на самом деле? Узнав только о том, что ты северная птица он заколет тебя не раздумывая.
– Ты закляла его…зачем?
– Потому что он только мой! Я подняла его из могилы – не ты! Я должна была стать его невестой – не ты! И я ей стала. А теперь, если уж ты здесь вместо своего отца, делай, что от тебя требуется и проваливай с этой земли.
Пальцы вновь сжимаются в кулак и трясутся, наполняясь гневом. Это чувство пожирает меня, пронизывает каждую клетку. Что я могу сделать сейчас? Всадить этой мерзавке нож в горло вряд ли поможет. Нет. Сеять беспредел в чужом доме я не стану точно. Намертво закрываю рот, не издав боле не звука и удаляюсь прочь.
Зайдя в терем, первым же делом я нахожу Олега. Он, торопясь отворяет мне дверь, потому что я громко и без перерыва бью в неё.
– Марьяна? Что с тобой? – тревожится воин, впуская меня внутрь. – Ты здорова? Сама не своя с тех пор, как мы прибыли сюда.
– И этому есть причина. Фрей жив.
– Как? – складки на его лбу в раз разглаживаются от ещё большего удивления. – Как это возможно?
– Дора… его… их прислужница. Это она…
– Не может такого…
– Может, – подвожу Олега к окну тыча пальцем в стекло. Олег присматривается сквозь него до тех пор, пока среди работяг, что трудятся на открытой поляне, не выискивает змея, который сейчас двигается вдоль розария.
– Мать честная… хоть и выглядит по-другому, но да, это он…
– Он…он не помнит меня, – чем больше начинаю думать о нём, тем всё больше слёз стелет мне глаза.
– Эй, расскажи ему всё! Напомни о себе!
– Дора закляла его. Что же мне теперь… – смахиваю рукавом солёную воду, которой на щеках стало слишком много. – Он всёвспомнит, когда убьёт… меня, – впиваюсь пальцами в своё лицо, хочу скрыть эту позорную слабость, что без остановки льётся из глаз.
– Вот же ж бес… – туго тянет Олег. – Иди сюда, – подходит он ближе и обнимает меня по-дружески гладя по плечу. – Мы разберёмся. Обещаю, мы во всём разберёмся. Странно только… что Чертополох не сказал нам с Айкой об этом.
Замираю на миг, сглотнув слюну. Чертополох. Воспоминания о том дне снова настигли меня. Слова Юста… «…всё подстроил этот старик и исход битвы уже знает.» Выходит, он был тогда прав. Чертополох знал, что Фрей умрёт. И так же знал, что умрёт Олег, ведь именно он надоумил моего отца и Захара на женитьбу. Что происходит?
Зубы скрипят от понимания. Но как же поздно оно посетило мою голову.
– Ты куда, Марьяна? – наблюдает Олег, как я покопавшись в кармане сумки бросаюсь вон из терема.
– Расскажешь потом, как прошёл ужин с князем.
– А как же ты?
– Мне надо навестить…старого друга, – совсем недружелюбно процеживаю я и гоню лошадь к первому бору Тёмного леса.
***
Мысли, касающиеся старца, с каждой минутой рождаются всё доходчивей. Когда я достигаю места, где кедры смешиваются с Тёмным лесом, то первым же делом нарушаю здешнюю тишину, крича во весь голос его имя:
– Яким! Яки-и-им! – но ответом мне служит лишь собственное эхо. Этот хитрец будто издевается надо мной, прячется за могучими стенами деревьев. Тогда решаю позвать его по-другому. – Не хочешь выходить, значит? Ладно, – закрываю глаза и всем нутром взываю свою магию. – Предстань передо мной дух лесной, хозяин мест здешних, покажись мне, ибо я вызываю тебя на свет!
В это же мгновение сухая трава под ногами забурлила, словно выкипающая похлёбка на печи. Белый дым поднимается всё выше, и я вижу руку, крепко держащую посох.