– В темноте видят только ведьмы, – с особой небрежностью и подозрением бросает мне Фрей.
– Иные считают, что все женщины ведьмы.
– В этом имеется нечто правдивое. Готов поклясться, я увидел огненную искру в ваших холодных глазах. Будто их серый лёд на мгновение поглотило пламя. – серьёзно подмечает Фрей, чем заставляет мои щёки гореть. Благо, на улице достаточно темно, и он не увидит проступившего румянца. Похоже, Фрей и вправду увидел больше, чем требуется, но хвала богам, не заметил, как нелепо я щёлкала пальцами в попытках развести огонь. Что же твориться с моей магией? Почему спустя столько лет я не могу контролировать ни её ни эмоции? Они, как клубки с нитками расползаются в разные стороны и путаются.
На моё задумчивое молчание полоз делает одобрительную улыбку, но, кажется, не желает больше находиться в моих “объятьях”.
– Слышал, вы пытались спасти ту девицу, по которой сейчас упиваются все дворовые? – медленно накрывает он своими ладонями мои костяшки заставляя ослабить хватку на его вороте. Я поддаюсь, опускаю руки вниз и попутно ищу, что ответить.
– Верно. То была змея, – вновь восстанавливаю напряжение между нами упираясь в него острым взглядом. Теперь моя очередь смотреть с подозрением.
– Вам известно, кто я, княжна?
– Известно. Князь Лель рассказал мне о вас и… и-и-и… вашей…
– Моей невесте, – сухо продолжает Фрей, тем самым облегчая мои потуги сказать эти слова самой. Он враз выправляется, оставляя меланхоличный вид не тронутым, но нельзя не заметить, что мой вопрос встревожил полоза. – И что? Я у вас под подозрением? – скалится Фрей.
– Не вы. Я видела вас в облике змея. Даже, если бы сильно хотела, то не смогла бы обвинить вас. Ваши размеры… – случайно вырывается у меня изо рта. Больно прикусываю язык. Перед глазами яркими картинками всплывают детали нашей ночи, проведённой вместе.
Какие ещё размеры? При чём тут размеры? Боги! Какой позор! Почему, когда он рядом, я говорю и делаю всякие глупости?!
Фрей слегка вскинул брови от удивления и наверняка расхохотался бы, не увидь он моего замешательства. Поэтому пожалел меня и не стал зарывать присущими ему колкостями, а просто дал закончить мысль.
– Ваш облик, – быстро поправляю себя. – Вы крайне отличаетесь от того, с кем мне пришлось сражаться в лесу.
– Вот как? Значит вам придётся попотеть, чтобы найти того, кто убил несчастную служанку. Но мой вам совет: отступите, – наклоняется он над моим ухом, отчего я дёргаюсь, будто мне противны его прикосновения, а Фрей, заметив это, осекается делая шаг назад. – Отступите, княжна. Вы слабы для подобного. Не умея защищать даже себя, вы рвётесь спасать других. В конечном итоге ваша слабость сыграет с вами коварную шутку, и вы… умрёте.
Нет! Он всё-таки смеётся сейчас мне прямо в лицо, оставаясь абсолютно равнодушным.
Фрей не верит мне или… он не верит в меня. Потому что не знает или потому что теперь не хочет знать? А что, если Дора затуманила его разум на столько, что они теперь заодно и вместе изводят народ этого города? Сердце отказывается верить в это, но трезвый ум уже накинул мантию подозрения.
Больше змей не сказал ни слова.Двумя пальцами он затушил фитиль фонаря и стал протискиваться между мной и плотно натянутыми ветками винограда. Холодные капли, отскочившие от листьев, будто пощёчиной окропили мою одежду и лицо, заставляя вспомнить о том, зачем я здесь. Выждав, пока светлая макушка Фрея исчезнет из виду, направляюсь к трактиру.
Выйдя из лабиринта виноградной тропы, я почти сразу попадаю в трактир. Звуки и крики опьянённых гуляк мешаются с инструментами и треском наполненных напитками чаш. Где-то в кустах даже успевают махать кулаками.
Бардак!
Кричу я в своей голове и продвигаюсь дальше, стараясь найти жениха Алинки, но вместо этого, я почти носом утыкаюсь в знакомую покатую спину, сидящую на табурете напротив трактирщика, который задорно подливает напиток понурому и явно нетрезвому Олегу.
– Олег? – окликиваю его, недовольно толкая того в плечо. Он спокойно оборачивается и его хмурые брови расползаются в разные стороны, а усталое серое лицо слегка наполняется румянцем.
– Княжна! – радостно вскакивает воин. – Наконец-то! Ты очнулась!
– У тебя нездоровый цвет лица. Ты много выпил? – обеспокоенно притрагиваюсь к его мертвецки холодной щеке. – Боги, что с тобой? Ты будто не живой! – продолжаю осматривать друга, но тот перехватывает моё запястье и усаживает рядом.