— Да ладно! — подорвался Фредерик и, оказавшись перед Тревором, выпучил и без того большие глаза. — Серьёзно? Вы сейчас реально не шутите? Всё это кажется немного бредовым, ведь такого просто… не может быть?..
Он задал именно вопрос, наполненный сомнением и недоверием, и, подозрительно сощурив глаза, пытался разглядеть в лице Тревора хоть какой-то намёк на обман.
— Почему не может быть? — вопросил тем временем Тревор. — Ты видишь и слышишь нергарри, для других людей их тоже нет и не может быть, но для таких как мы это ощутимая реальность. Так почему ты подвергаешь сомнению существование сверхсил?
Фредерик задумался, а Тревор тем временем обошёл его и двинулся дальше.
— И какими сверхсилами обладают те ребята? — догоняя его, полюбопытствовал бывший мафиози.
— На собрании я тебе всех представлю и расскажу о каждом.
— А почему утверждаете, что мой… да-ар, — ещё скептически протянул это слово Фредерик, — заключается в умении слышать этих существ?
— Точно сказать не могу, но никто из нынешних и предыдущих команд не мог и не может слышать нергарри, только видеть, — пояснил Тревор. — Обычно дар проявляется в определённый момент жизни сам по себе, как реакция на сильный стресс или напротив всепоглощающее счастье. У тебя в жизни происходило что-то необычное?
— По мимо голосов и видений, нет.
— Тогда либо проявится позже, либо не проявится вообще, в этом случае дар будет заключаться в умении слышать.
Они спустились по лестнице на другой этаж, где был расположен кабинет психиатра, у двери которого стояли личные телохранители Розалин.
— Сейчас я проведу тебя в больничное крыло, — продолжал Тревор. — Там тебе поставят чип, проведут полный медосмотр, врач выпишет нужные лекарства, а после я покажу тебе где что здесь находится и твою личную комнату.
Он хотел сказать что-то ещё, но не успел, как из кабинета психиатра внезапно, попрощавшись с Мартой, вышла улыбающаяся Розалин.
Едва она сделала шаг вперёд, как натолкнулась на взгляд Фредерика. Улыбка тут же сползла с её уст, глаза в ужасе расширились, телефон выпал из руки, и она застыла, забыв как дышать. Фредерик, увидев девушку, тоже на мгновение забыл как дышать, но по другой причине: губы его медленно расползлись в счастливую улыбку, в глазах блеснули слёзы, и, шагнув ей навстречу, он тихо назвал её имя.
Розалин по началу не поверила, что видит его перед собой, думая, что это плод её больного воображения и снова параноические иллюзии, но в следующую секунду девушку смыло в истерическую агонию. Она завизжала как помешанная, слёзы брызнули её из глаз, словно ливень, она рухнула на пол и, схватившись за волосы, продолжала кричать одно единственное слово — «нет».
И хотя, когда Фредерик сделал к ней первый шаг, Тревор остановил его, сама реакция Розалин заставила парня оцепенеть. Продолжая мгновение наблюдать за припадком девушки, он в следующую секунду хотел броситься к ней, но Тревор тут же скрутил парня, а из кабинета психиатра выбежала Марта.
— Уведи её и успокой, — быстро сказал женщине Тревор, и та, кивнув, тут же взялась за бьющуюся в болезненной истерике Розалин. — А ты пошли вперёд, — добавил он уже Фредерику.
Не отводя глубоко озадаченного взгляда от девушки, парень, подталкиваемый Тревором, безжизненно и медленно поплёлся вперёд.
— Роза… — тихо простонал Фредерик её имя, и слёзы, излившись из глаз, в которых безмолвно застыла боль, впервые оросили его щёки. — Роза… Роза…
Тревор грубо подтолкнул его вперёд, и парень, не сопротивляясь, чуть ускорил шаг.
Когда директор привёл его в больничное крыло, первое время Фредерик, замкнувшись в себе, никак не реагировал на проводимые с ним манипуляции, а на вопросы врача отвечал автоматически. С глаз его непрестанно текли слёзы, на которые он даже не обращал внимания, сидел сгорбившись, понурив лохматую голову и плечи, на которые словно давило что-то невыносимо тяжёлое и болезненное.
Тревор всё это время просто молча наблюдал за Фредериком, никак не реагируя и не комментируя произошедшее до тех пор, пока, медперсонал бюро, закончив осмотр, не отпустили их.
— Когда я снова смогу увидеть её? — вдруг тихо спросил Фредерик, когда они вышли из больничного крыла.
— Исключено, — слово ожидая этого вопроса и не сомневаясь о ком речь, коротко ответил Тревор.
— Но почему?
Фредерик остановил директора тем, что встал прямо перед ним.
— Это ведь ты похитил Розалин три года назад, — утвердил Тревор.
Осознав, что директор был осведомлён об этом инциденте, Фредерик ничего не ответил, лишь опустил глаза в пол.