— Уже понял, поэтому попросил Тэмлин заменить её, — невозмутимо продолжил работу Тревор.
— Тебя совершенно не волнует состояние племянницы? — возмутилась Марта.
— Я ничего не могу с этим сделать, ты знаешь. С даром Фредерика мы сможем предугадывать планы нергарри и предотвращать разрушения и гибель сотни людей. Между прочим Розалин тоже слышит голоса нергарри, и если бы не давила свой дар таблетками, во Фредерике нужда отпала бы сама собой.
— Но Розалин…
— Я не могу ради неё одной жертвовать тысячами, Марта, — перебил психиатра Тревор, наконец взглянув ей в глаза. — Наша работа слишком серьёзная. Я не обесцениваю травму Розалин, но не могу позволить себе поставить её одну выше других.
— Но Фредерик очень опасен, — сделала последнюю попытку Марта.
— Как и почти все мои ребята, но нам удалось сделать из них людей. С Фредериком ты тоже должна будешь начать работать и выявить, каким расстройством он страдает.
На этих словах Тревор вновь уткнулся в экран, и Марта, понимая, что дальнейший разговор бессмысленен, покинула его кабинет.
Один из небоскрёбов центрального делового района Даунтаун Сиэтла принадлежал мафиозной группировке семьи Элломард, но в городе об этом мало кто знал. Там на самом последнем этаже находился большой кабинет, стены и потолок которого были выкрашены в чёрный цвет, а на полу лежал серый ковёр. Единственным освещением в ночное время здесь была расположенная на потолке в форме большой спирали линия ламп, а днём свет лился в панорамные окна, что занимали одну сторону всего кабинета.
За единственным чёрным столом сидела женщина в классическом белоснежном костюме. Закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку кресла, она сосредоточенно что-то просматривала на ноутбуке и порой пригубливала переливающийся красноватым светом виски, оставшийся на дне стакана, где уже виднелись кубики льда. На лежавший на столе сотовый в виде часов пришло сообщение, которое тут же открылось голографическим экраном. Женщина успела бросить на него беглый взгляд, как в кабинет внезапно постучали и тут же приоткрыли дверь.
— Госпожа Элломард, — почтительно склонил голову мужчина в костюме и затворил за собой дверь. — У меня плохие новости.
— Говори, — не отрывая от экрана ноутбука глаз, неприятно проскрежетала Кэролайн.
— Казнь вашего брата утром не состоялась.
— Что?! — рявкнула она, вскинув на мужчину яростный взгляд. — Почему не состоялась?!
— В тюрьму явился некий Тревор Миддлтон, директор какого-то исправительного учреждения для психически больных людей, — начал быстро пояснять мужчина, словно боялся, что Кэролайн пристрелит его. — Некоторое время он беседовал с вашим братом, после чего казнь была отменена, а самого Фредерика отпустили с ним. Как я понял, у этого человека внушительные связи, ибо ваш поверенный в тюрьме ничего не смог сделать против.
— Как такое возможно?! — ударив кулаком по столу, рыкнула Кэролайн. — Фредерик не должен был оказаться на свободе, он должен был быть уже мёртв! Ты узнал, где находится это учреждение?!
— Я попытался разузнать, но это оказалось непросто, это учреждение находится под особой защитой правительства Америки, вся информация по нему строго засекречена.
— Дьявол!
Некоторое время Кэролайн, сильно нахмурившись так, что на лицо легла мрачная тень, раздумывала, после чего захлопнула ноутбук, взяла в руки его, сотовый и лежавшие на столе ключи, и направилась к выходу.
— Мне не интересно, как ты это сделаешь, но разузнай, где находится мой чёртов брат, — бросила она мужчине, проходя мимо.
На утро, сразу после возвращения команды с очередной охоты на нергарри, Тревора в кабинете уже ждала Розалин вместе с Мартой.
— Зачем вы привели Фредерика сюда?! — сходу атаковала его племянница.
— Разве Марта тебе это уже не объяснила? — невозмутимо спросил Тревор, проходя мимо Розалин к своему столу.
— Объяснила! И я всё равно не понимаю, почему он вдруг стал настолько важен для вашей непонятной работы! Этот человек ужасный преступник, он похитил меня и испортил мне жизнь!
— Я помню об этом.
— И он не остановится! Вы видели, как он посмотрел на меня?! Он обязательно что-нибудь со мной сделает!
— Он не посмеет к тебе даже приблизиться, — сев в своё кресло, попытался заверить племянницу Тревор. — Ему это запрещено, а у тебя личная охрана.