За четыре года, что Тэмлин провела бок о бок с Руне, они стали хорошими друзьями, впрочем как и с каждым из банды, однако с ним было всё же чуточку иначе. Больше чем к остальным, Руне проявлял к ней особенное внимание, на вылазках всегда старался держаться рядом и оберегать её. Они часто гоняли на мотоцикле по городу или на машине выезжали далеко за его пределы, чтобы провести время только наедине, и просто наслаждались музыкой, видами вокруг, разговорами и присутствием друг друга. Тэмлин и сама не заметила, как начала влюбляться в Руне.
Человеком он был добрым, но одновременно хладнокровным и даже жестоким, когда дело касалось тех, кто этого, по его мнению, заслуживал. По своему Руне был справедлив и, как заместитель своего брата в банде, он так или иначе заботился обо всех ребятах. Каждому Руне давал поручения в зависимости от способностей и наклонностей, никто в банде не голодал и не побирался, все старались, как могли, зарабатывать на жизнь, пусть другими нормальными людьми это воспринималось недобропорядочным. О Тэмлин же Руне заботился с особенным трепетом, из-за чего члены банды сделали свои выводы, и никто из парней или девушек не пытался с ней сблизиться.
Все эти четыре года Тэмлин не просто жила в доме братьев, она жила вместе с Руне в его комнате, и спали они на одной кровати, но невинно, как полагается детям, ведь он никогда не делал попыток прикоснуться к ней даже пальцем. Но спустя полгода после её шестнадцатилетия, когда они оба вернулись под утро после очередной вылазки, Тэмлин окончательно призналась сама себе, что больше не представляет своей жизни без него. В то раннее весеннее утро, когда их комната тонула в слабом неоновом освещении множества ламп, она впервые сказала ему о том, что чувствует, а Руне ответил ей нежной улыбкой и взаимным признанием. Его глаза излучали такое странное тепло, от которого Тэмлин бросило в жар, сердце билось так громко, что, казалось, было слышно за пределами их комнаты. И от испытываемого волнения первой влюблённости она попросила Руне поцеловать её.
Улыбка тут же сползла с его лица, и некоторое время Руне, словно не поверив своим ушам, не шевелился, наверняка раздумывая, правильно ли отвечать на столь внезапное желание. Тэмлин вдруг сама испугалась своей просьбы и, готовая бежать куда глаза глядят, подорвалась с кровати, но не успела сделать даже шаг, как Руне взял её за руку. Остановил он её очень ненавязчиво, казалось, Тэмлин могла просто вырвать ладонь, и Руне не стал бы держать её, но она застыла, не в силах пошевелиться от такого простого прикосновения.
Переплетая пальцы, Руне другой рукой ласково коснулся её щеки и медленно подался вперёд, однако когда их губы оказались в опасной близости друг от друга, остановился в нерешительности и заглянул Тэмлин в глаза. Он словно спрашивал, действительно ли ему можно поцеловать её, правда ли, что она желает этого? Говорить глазами мог только Руне, и Тэмлин ответила ему тем, что сама подалась вперёд, преодолев разделявшие их миллиметры, и робко коснулась его губ своими.
И всё то, что произошло между ними после, то, на что Тэмлин думала никогда не решится, она до сих пор вспоминала со счастливой улыбкой. Тогда она впервые узнала, насколько Руне действительно может быть ласковым. Несмотря на впервые вспыхнувшее в её теле желание, Тэмлин всё ещё боялась боли, которую испытала когда-то сполна, но Руне касался её с таким трепетом и осторожностью, что её, кажется, окончательно разрушенное насилием тело возродилось вновь. Словно растоптанный и иссушенный цветок спустя годы терпеливой и непрерывной заботы впервые зацвёл, раскрыв благоухающие бархатные лепестки навстречу солнцу, как новой жизни. И в тот момент, когда Тэмлин познала в объятиях Руне то чувственное наслаждение, которое одних людей превращает в животных и толкает на преступления, а других, напротив, ставит на ступень бога и дарит способность любить. В тот момент, когда её тело сгорело в пламени подаренного им оргазма и, как феникс, возродилось вновь, когда Тэмлин впервые вдохнула его любовь и познала глубины собственной, она наконец-то смогла вернуться к себе. Возродившаяся связь с телом была похожа на возвращение домой после долгого странствия, на вдох живительного кислорода после того, как долго шёл ко дну, на первое осознание того, что всё ещё жив, после того, как пережил сложнейшую операцию или освободился от ужасной болезни. Тэмлин наконец исцелилась.
Последующие полтора года, несмотря на сложность преступной жизни, что они оба вели, каждый день был наполнен для неё счастьем. Казалось, демоны прошлого покинули Тэмлин навсегда, Руне словно вычеркнул из её памяти всё, что происходило в её жизни до той их судьбоносной встречи. До тех пор, пока однажды она случайно не увидела из окна своего автомобиля отца.