Самолёт двинулся в путь, когда Тревор прошёл внутрь салона и занял место у окна, недалеко от своих новых подопечных. Некоторое время он, подперев лицо рукой, безразлично наблюдал за ними, отмечая недовольную гримасу на лице Моргана и тоскливое выражение лица Робин. Несколько раз брат с сестрой переглядывались и, ненадолго замирая, не отрываясь и не моргая смотрели друг на друга. В такие моменты Тревор снова ловил себя на мысли, что они, словно телепаты, таким образом общаются между собой.
Пришедшее на телефон сообщение отвлекло его от размышлений, и, включив сотовый, Тревор открыл голографический экран. На лице его не дрогнул даже мускул, хотя он прочитал тревожные слова: «Мама умерла». И после всё оставшееся время Тревор сидел с таким безразличным отстранённым видом, словно ничего ужасного не произошло.
Места назначения они достигли через пару часов лёту. Вооружённые люди в костюмах сначала вывели юных преступников из самолёта на длинную стоянку, где находилось ещё несколько самолётов, и тут же повели к четырёхэтажному белому зданию, по внешнему виду больше напоминавший построенный в стиле ампир большой особняк. За ними на расстоянии шли Тревор с закуривавшей сигарету молодой женщиной в брючном костюме, пиджак которого приоткрывал обнажённый торс и окружности грудей.
— Сможешь подменить меня? — вопросил Тревор.
— На сколько? — тут же отозвалась женщина, выдыхая дым в пространство.
— На два-три дня. Мне нужно съездить в Олимпию на похороны сестры.
— Причина мне не интересна.
На её сухое высказывание Тревор никак не отреагировал.
— Блэры попытаются сбежать, — невозмутимо намекнул он.
— Не сбегут.
Тревор повернулся к своей помощнице как раз в тот момент, когда прохладный ветерок, принёсший с собой ароматы зачинавшейся осени, растрепал её объёмные длинные волосы.
На сильно осунувшемся лице обострилась каждая чёрточка, глаза с красивым азиатским разрезом немного впали, под ними залегли тёмные круги, а чувственные губы были бледны, как полотно. Её вид слишком красноречиво говорил о пошатнувшемся здоровье, но виду о каком-то недомогании женщина не подавала.
— Точно справишься? — вопросил Тревор. — За ними придётся следить сутками на пролёт, пока я не вернусь.
Закатив глаза, помощница выдохнула дым, но ничего не ответила.
— Хорошо, — отвернулся Тревор. — Надеюсь, ты преподашь им парочку уроков.
Вслед за вооружёнными людьми, что под руки ввели брата с сестрой под своды особняка, вошла и женщина, по-прежнему дымя сигаретой, а Тревор Миддлтон обогнул здание и спустился по лестнице на нижние ярусы. Там, проплутав по коридорам, он вышел к большому гаражу, в которых стояли десятки разных автомобилей, и сел в один из них.
Тут же включилась панель, ранее чёрное лобовое стекло разошлось в разные стороны мерцающими частицами, сделав его прозрачным.
— Добрый вечер, господин Миддлтон, — произёс приятный женский голос.
— Привет, Энджи, — бросил Тревор голосовой помощнице. — Проложи маршрут до Олимпии.
— В адрес Алины Миддлтон? — уточнила Энджи.
— Да.
— Уже проложила. Так же на экране вы можете увидеть потенциальные источники опасности. Недалеко от границы Олимпии на главной трассе пару часов назад молния ударила в дерево, и оно загородило проезд. Возможно к моменту, когда мы подъедем к городу, его уже уберут. Вам комфортен климат в салоне?
— Да, меня всё устраивает.
— С какой скоростью ехать?
— Как обычно, чтобы за час мы могли уже доехать.
— Установила.
— А ещё затемни все окна.
— Уже сделала. Можете отдыхать, как только доедем, я вам сообщу.
— Спасибо, Энджи.
— Приятной вам поездки, господин Миддлтон.
Автомобиль мягко тронулся с места, дверь гаража автоматически открылась, и, как только они покинули пределы особняка, Тревор откинулся на спинку кресла, опустил её ниже и закрыл глаза.
Молодых преступников, освободив от фиксаторов на руках и ногах, поместили в пустую большую комнату без окон, с тяжёлой электромагнитной дверью, которую открыть можно было только снаружи специальным кодом. В этой комнате они провели несколько часов к ряду, обдумывая план.
В первую очередь, едва ступив в особняк, Морган обратил внимание на расположение камер по тому пути, каким их вели, и запомнил посты охранников. Так же он нашёл и вывел из строя все скрытые камеры в комнате, где они с сестрой находились, оба проверили каждый квадратный метр на наличие хоть чего-нибудь, что помогло бы им бежать, но так как ничего не нашли, стали просто ждать.
Осуществить план помогла женщина, которая в восемь вечера принесла им на подносе ужин, и которую Морган, едва та вошла в двери, вырубил с одного удара. Выглянув в коридор, увидев, что вокруг никого не было, а камера, что зафиксирует их, находилась далеко, брат и сестра побежали вперёд. Уже привыкшие к подобным выходкам, когда им приходилось скрываться под носом полиции, они бежали очень тихо, однако не рассчитали, что в этом учреждении работают далеко не полицейские.
Едва брат с сестрой достигли поворота, как в ноги Моргану прилетел стул, и он, споткнувшись, тут же влетел лицом в пол. В отличии от него, Робин отреагировала молниеносно и, сделав сальто назад, отошла на безопасное расстояние.
— Хорошая реакция, — выходя из-за угла и закуривая сигарету, безразлично бросила помощница Тревора с красивым азиатским разрезом глаз.
Морган тут же вскочил на ноги и налетел на неё, пытаясь сбить с ног, но та, сделав резкий оборот, снесла его одним взмахом ноги. Удар прилетел аккурат парню в челюсть, повалив вновь на пол, но с другой стороны в наступление пошла уже его сестра. Она сошлась с женщиной в рукопашной, но не прошло и десяти секунд, как Робин уже лежала на полу с разбитым в кровь носом.
— Твои движения слишком предсказуемы, — бросила помощница Тревора, выдыхая дым.
Вскочив на ноги, брат и сестра налетели на неё уже вдвоём, но та, продолжая курить как ни в чём не бывало, отбиваясь лишь одной рукой и ногами, через пару мгновений раскидала их обоих в стороны.
— Вы копируете друг друга, поэтому не справляетесь, — скучающе протянула она и подошла к ребятам вплотную.
Пока Робин, стоя на четвереньках, отплёвывалась от крови, женщина поднесла руку к месту соединения шеи и плеча и, слегка надавив, вырубила девушку. После она подошла к Моргану, но тот, перекатившись дальше и оказавшись рядом с высокой тяжёлой металлической жардиньеркой, на которой стояла ваза с восхитительным растительным узором, швырнул её в помощницу Тревора. Подставка должна была прилететь точно в голову, но женщина успела отклониться. Сделала она это очень легко, после чего, одним рывком преодолев небольшое разделявшее их расстояние и оказавшись чуть с боку от Моргана, нанесла короткий лёгкий удар в ту самую точку между шеей и плечом.
Когда и парень оказался на полу без сознания, помощница Тревора, тоскливо вздохнув и всунув сигарету в зубы, схватила обоих ребят за шкирку и потащила по коридору. Закинув их как мешки с навозом обратно в комнату, где брат с сестрой сидели, она вытащила женщину, принёсшую им ужин, и заперла дверь.
Новую попытку сбежать Морган и Робин совершили утром, когда им принесли завтрак. Вырубив бедную прислугу, которой не посчастливилось их обслуживать, брат с сестрой решили не бежать через весь коридор, чтобы вновь не попасть в ловушку, а, повернув в противоположную сторону, вышли к развилке. В коридорах по обе стороны никого не оказалось, в доме стояла поразительная тишина, а прямо перед Блэрами высилось окно, через стёкла которого виднелась свободная от охраны дорога прямо к воротам.
Решив сократить путь, брат с сестрой открыли окно и, помогая друг другу, спустились с третьего этажа на находившуюся прямо под их ногами открытую лоджию. Но и здесь их уже ждал сюрприз — за столиком, неспешно попивая вино, сидела помощница Тревора.
— Какие вы всё-таки предсказуемые, — скучающе протянула она, поднимая на ребят взгляд красивых азиатских глаз.
Морган тут же пошёл в атаку. Схватившись за стол, он опрокинул его, желая подмять женщину, но та, явно ожидая этого хода, прямо на стуле отъехала назад. Тут включилась и Робин, однако помощница Тревора, резко выплеснув остатки вина ей в лицо и воспользовавшись этой секундной заминкой, тут же с силой пнула в живот. Робин едва не перевернулась через ограждение лоджии, но брат успел остановить её падение, и тогда вместе они сделали попытку напасть на назойливую женщину, стоявшую у них на пути к свободе.