Пролог.
Войдя в тронный зал, окутанный в вечную мглу, юноша подошёл к повелителю и поклонился, тот сидел, не шевелясь. В воздухе повисло долгое молчание. В округе было настолько тихо, что можно услышать, как паук плетёт паутину в противоположном углу зала. Это именно то, что называют «гробовой тишиной», в её прямом и переносном значении. Было видно, что Главнейший находился в состоянии раздумий, и всё придворные знали, что в это время не следует издавать хотя бы малейшего звука или шороха, потому что кара следовала незамедлительно, если же повелитель потеряет ход мысли.
Первым всегда нарушал тишину Главнейший. Этот случай был не исключением. — Ты, верно, хочешь знать, зачем я позвал тебя,— это прозвучало как утверждение, нежели как вопрос. — Да, отец.
Снова воцарилось молчание, но через несколько минут диалог продолжился. — У меня есть к тебе особое задание. Подойди к всевидящей чаше.
Юноша покорно выполнил сказанное и заглянул в чашу, слегка наклонившись над ней. Тут же появилось изображение девушки-подростка с детскими чертами лица и угловатостью, свойственной в переходной возраст, сидящей под раскидистым дубом, мирно читая книгу. Тёмные глаза, длинные ресницы, небольшой нос с маленькой горбинкой, среднего размера губы, правильные скулы, длинная шея. На ней были надеты чёрные бриджи, серая кофта с рукавом в три четверти, а ноги были обуты в чёрно-белые кеды. На левой руке был обычный потёртый резиновый браслет фиолетового цвета. Волосы заплетены в две простые косички, из которых выбилась парочка прядей, обрамлявших лицо по бокам. Казалось, ничего странного в ней не было, кроме… Одна из прядей была золотистого цвета, с учётом того, что остальные волосы имели тёмную окраску, склонную к чёрной.
— Что ты видишь, сын мой? — Девушку, сидящую под деревом. Она читает, —ответил парень. — Что ещё? Ты не заметил ничего необычного? — Прядь её волос…— молодой человек не успел договорить, как его перебил строгий голос отца. — Да, именно! Это не просто прядь волос, мой мальчик, это сила, сила, о существовании которой доселе не знал даже я! Но она об этом не знает,— спокойно добавил повелитель.—Ты понимаешь, о чём я? —Мне следует убить её? — М-м… Пока в этом нет необходимости. Просто следи за ней.
Юноша понимал — это всё, что от него требовалось, оставаться больше не было смысла, поэтому он молча поклонился и поспешил выйти.
Глава 1.
Сойдя на станции Южной, трое ребят направились до ближайшей лавки с мороженным, потому что выдерживать жару больше не было сил. Солнце в этом году пекло так, что можно было жарить яичницу прямо на асфальте. Хорошо, хоть в поезде был какой-никакой кондиционер, поэтому ехать было довольно сносно. Но вот от станции до посёлка Чёрные Горы нужно было топать минут сорок. И прежде чем начать путь, ребята уселись на длинной лавочке под тремя большими тополями, находящимися на развилке между двумя дорогами: прямая дорога — в Чёрные Горы, а вот дорога, сворачивающая вправо, вела в посёлок Сосенский.
— Хелли, я, конечно, очень люблю нашу тётю, но это выше моих сил! Жара, трясучка в поезде, а потом ещё и часовая прогулочка под палящим солнышком, которое так и норовит дать по бошке своим солнечным ударом, — жаловался мальчик 10-ти лет, с тёмно-каштановыми волосами, уминая шоколадное мороженое, которое вовсю капало на светло-зелёную футболку и шорты такого же цвета.
Дениска на вид хоть и был маленьким, щуплым и безобидным, но мог достать даже мёртвого. Рот ни на минуту не закрывался, за что частенько ему влетало дома от матери с отцом. И ведь непонятно в кого он таким болтуном уродился: мать — женщина строгая, но справедливая, завуч школы как-никак, куда ходят ребята, а отец работает простым механиком, но в прошлом был капитаном военного корабля, но после несчастного случая его списали на берег. Это мужчина, требующий во всём порядка, но иногда позволяет детям маленькую шалость, например, как залезть на дерево и есть ещё неспелые яблоки. Ох как ругается мать, если узнаёт от соседа дяди Вити, что «твои оборванцы опять ограбили мою яблоню! А ведь плоды ещё не созрели! А что я потом собирать буду?».
Сосед Виктор Королёв, как и его семья, состоявшая из жены Веры и дочери Полины, — очень скандальный человек, а про остальных вообще говорить не стоит. От Полины в школе много чего натерпелась Хелли (они одноклассницы): то в шкаф пауков резиновых накидает, а у Генхелии дикая паника начинается при виде этих существ; то парту разукрасит непристойными ругательствами, за что бедная девушка часто оставалась отмывать стол. И ведь этой засранке всё сходило с рук, потому что у Королёвых большие связи, в том числе, хорошие отношения с директрисой, так что делать было нечего, кроме того, как терпеть. Хелли привыкла никогда не жаловаться: гордость не позволяла, да и лишних проблем с родителями не хотелось. К тому же в семье Боунс было одно правило — если можешь справиться с неприятностями сам, сделай это.