Отрабатывая удар за ударом, легко перестаёшь думать о чем-либо – концентрируешься исключительно на силе мышц плеча или голени, посылающих максимальный боевой импульс бездушной хреновине напротив. Снаряд с глухим звуком, похожим на стон, принимал на себя всю ярость и безотчетное отчаяние нападавшего. Его атлетическое тело двигалось плавно и стремительно – со стороны могло показаться, что все удары даются ему проще некуда, но это было не так. На самом деле, линии нападения и приемы увёртывания от противника отрабатывались им, с поистине дьявольской методичностью, день за днём. День за днём и год за годом…
В 7.40 он уже снова был в своем номере. Сбросив полученные в ходе тренировки данные со смарт-часов в специальное приложение на планшете (в телефоне он не считал нужным хранить подобную информацию), бегун решил сварить себе кофе, воспользовавшись местной кофе-машиной. До завтрака было еще далеко, а потому он посчитал, что вполне заслужил право немного расслабиться. Удобно расположившись с кофейной чашкой в раздвижном шезлонге прямо напротив любимого панорамного окна, мужчина уже приготовился насладиться видом и несколькими минутами тишины – но не успел сделать и двух глотков, как телефон во внутреннем кармане его кожаной куртки настойчиво завибрировал. Вздохнув, он терпеливо поставил кружку на маленький журнальный столик из бамбука, и вытащил аппарат. Не ответить было нельзя.
Это было короткое текстовое сообщение. Номер не определялся, но это не важно – ему и так известно, кто отправитель. «Тунец пойман. Отпуск закончился – жду тебя в Д.». «Лаконично, ничего не скажешь», - хмыкнул про себя бегун и наскоро набрал ответ, в том же стиле: «Пересчитай рыбу – важна каждая. Буду завтра утром». С тоской взглянув на недопитый кофе и роскошь обстановки, которую вскоре следовало оставить, он взял лежавшие на прикроватной тумбе мотоциклетные перчатки и вышел из номера, аккуратно прикрыв за собой тяжелые двойные двери.
Уже спускаясь в изысканный вестибюль отеля, парень вновь почувствовал, как его куртка «ожила». На этот раз в сообщении для него не было ничего нового. «Благослови господь твою дорогу сюда. Будь осторожнее на поворотах», - гласило СМС. Парень со стоном закатил глаза: «Ох, и не может же он без этого…».
Вэлридж, США. Городское полицейское управление
24 часа назад
-- Р-р-ромирез!!!
Генерал Ричард МакДонахью орал так, что кожа на его лице побагровела и опасно натянулась. Казалось, он вот-вот лопнет от гнева.
-- Еще раз спрашиваю, где тела??? Что значит, «мы не смогли привезти их в Вэлридж»?!
В ярости, генерал от всей души пнул икеевский пластиковый стул, и тот, жалобно скрипнув, отлетел в другой конец кабинета, с грохотом ударившись об стену.
-- Как прикажете это понимать, офицер? У них там, что, в этом… Как его, Драквилль?
-- Дарквилль, сэр. – усталым голосом поправил его Доналд.
-- Да насрать. Так у них там какое-то особенное законодательство, что ли? Я не пойму, Ромирез, почему ты, со своей супер-бригадой, не смог привезти мне трупы этих девиц? Что за херня? По нашим, американским законам, мёртвые должны депортироваться так же, как живые. Или нет? И потом. Хрен бы с ними, но – там же Медичи погиб при исполнении! С этим-то что не так?? Это ж сто процентов наш человек, так какого лешего тебе не выдали то, что от него осталось??
Дон Ромирез устало провел рукой по своему лицу. Его начинала утомлять излишняя несдержанность МакДонахью.
-- Ну, по документам выяснилось, что Медичи изначально был уроженцем Дарквилля, а у них там какое-то строгое правило насчёт умерших на территории города. Тела, мол, могут быть выданы лишь непосредственно родственникам погибших – да и то, только для процедуры опознания. Похоронить же их следует исключительно на местном кладбище.
-- Ох, ты ж…! – генерал грязно выругался. – Чёртовы бюрократы. И кто же приедет за телом Ли?
-- Говорят, объявилась некая дальняя родственница. Троюродная тётя по материнской линии, или что-то вроде того…