Шорох одежды Бертрана не насторожил Бьянку, и она не ожидала, что его мощная длань припечатает её к стенке кареты.
- Либо ты поедешь сама, либо тебя свяжу. Двух раз достаточно.
Бьянка снова судорожно стала искать ручку на двери кареты. Она ощупывала деревянные панели и обивку вокруг себя. Слёзы помимо воли текли по её щекам. В отчаянии она потрясла дверь. Вдруг ей на голову обрушилась непомерная тяжесть, и она потеряла сознание.
- Я же предупреждал тебя, тупая моль, - прошипел Бертран, связывая Бьянку и качаясь в такт движению кареты. На одном из ухабов карета сильно накренилась, и Бертран, бросив верёвку, упёрся руками в стенки кареты. Когда равновесие восстановилось, Бертран снова взялся за верёвку.
Наконец, связав Бьянку, он бросил лежать её на сидении и сел напротив.
- Чёрт побери, блаженная сволочь, - задыхаясь, произнёс он, разрывая кружевной ворот. – Как же много с тобой возни.
Спустя некоторое время Бьянка открыла глаза. Она со стоном хотела сесть, но с ужасом обнаружила, что не может пошевелиться.
- Я тебя предупреждал, - спокойно произнёс Бертран из тьмы. – Ты связана. И, пожалуйста, не дёргайся. В таком положении, как сейчас, мне очень хочется попробовать излечить тебя от твоей болезни своим лекарством. – Он похлопал себя по промежности, похотливо улыбаясь.
Хотя Бьянка и не могла его видеть, она содрогнулась. Лёжа в унизительной позе лицом на сидении кареты, она отвернула голову от Бертрана.
- Ну что ты ломаешься? – скучающе произнёс Бертран. – Вдруг тебе понравится? Тебя ни разу не охватывало желание? Ни разу между ног не разгорался пожар? Ты ни разу не хотела дотронуться до горячей мужской плоти?
Бьянка сжалась. Бертран, неведомо как, заметил её движение и расхохотался.
- Святоша! Какая же ты лицемерка! – Отсмеявшись, он лукаво спросил: - Запускала пальчик между своих ножек? Или звала служанку, чтобы та тебя ласкала?
Бьянка молчала. Вольготно опершись на руку, Бертран развалился на сидении кареты.
- А, знаю. Королева сама тебя ублажала. А ты – её. Ничего не скажешь – хорошо устроилась: и платят, и удовольствие получаешь, и девственность при тебе. – Он снова рассмеялся. – Ханжа лицемерная, - произнёс он, будто выплюнул. – И ты ещё нашу семью осуждаешь.
Бьянка не поворачивала головы. Из её глаз текли слёзы. Она закусила губу, чтобы не всхлипнуть или разрыдаться в голос.
Бертран молчал. Понемногу успокоившаяся Бьянка задремала, убаюканная качкой.
Спустя час карета резко остановилась. Бертран вскочил и распахнул дверь. Затем, больно ткнув Бьянку в бок, он сказал:
- Приехали. Поднимайся.
Бьянка продолжала лежать. Бертран ткнул её сильнее.
- Эй, ты, вставай. – Он с размахом скинул её ноги с сидения. Бьянка едва не упала. Инстинктивно она выпрямилась. От её движения лохмотья на груди разошлись. Глаза Бертрана блеснули он протянул руку к отшатнувшейся Бьянке.
- Будешь дёргаться – зубы выбью, - хрипло сказал он, поглаживая её грудь. Бьянка дрожала. – Расслабься, дура. Я же не насилую тебя.
Другой рукой он обхватил вторую грудь Бьянки. Нежно поглаживая, он пальцами стал мять ей сосок. Бьянка задохнулась и часто задышала. Наклонившись к ней, Бертран медленно прикоснулся языком к её губам. Бьянка замотала головой. Бертран оставил одну её грудь и схватил её за волосы. Некоторое время он смотрел ей в глаза, заставив опустить веки. Затем так же медленно он провёл языком по её губам. Губы Бьянки приоткрылись, чтобы что-то сказать, но Бертран впился в них, вонзив между ними язык. Вторая рука, между тем, сильнее сжала её грудь. Он резко придвинулся к девушке, как будто хотел раздавить её. Потрясённая Бьянка выгнулась дугой и сладострастно застонала, когда язык Бертрана начал осторожно поглаживать её язык и нёбо. Оторвавшись от губ Бьянки, Бертран приник к её соску. Покусывая и облизывая его, он слышал стоны и всхлипы Бьянки. Отпустив её волосы, он стал поглаживать её шею. Затем стал покусывать мочку уха и поглаживать спину. Одна рука его проникла в складки юбок ей между ног. Нащупав средоточие её наслаждения, он стал нежно поглаживать набухший бугорок. Бьянка извивалась и стонала в его руках.