Вдруг он опустился на колени и, разметав юбки, приник к бугорку ртом.
- Не надо, - прошептала Бьянка. Глаза её, опьянённые страстью, были полузакрыты.
Не обращая на её слова внимания, Бертран легко касался губами пульсирующий горячий кусочек плоти. Его зык змеёй проникал между складок её потаённых мест. Не осознавая, Бьянка начала двигаться в такт его движениям. Она выгнулась и застонала.
- Ну нет, красавица, - прошептал Бертран, расстёгивая камзол и стягивая штаны. – Мне нужно не это.
Он встал, обхватив голову Бьянки руками, вложил ей в рот свой набухший член. Бьянка пыталась его выплюнуть, но Бертран держал её крепко.
- Соси, тварь, соси, шлюха, - прошипел он, нетерпеливо дёрнув её за волосы. Бьянка, полузадохнувшаяся от огромного нечта во рту, начала судорожно посасывать член Бертрана. Держа её за голову, он направлял её движения. Изредка его пальцы пробегали по её затылку и шее, вызывая у неё новую волну наслаждения и стонов.
Наконец Бертран стал покачиваться быстрее, и со стоном выплеснул в горло Бьянки своё семя. Затем, он остановился, и некоторое время стоял с закрытыми глазами. Замершая Бьянка судорожно проглотила то, что горячей струёй выплеснулось из Бертрана, и отстранилась от него. Её тело ещё жаждало ласк и требовало логичного их завершения. Бертран, не одевая штанов, сел рядом с Бьянкой и стал поглаживать её по внутренней стороне бёдер. Бьянка выгнулась, подставив его губам свою грудь. Бертран снова начал покусывать её соски. Затем медленно он уложил Бьянку спиной на сидение. Связанные за спиной руки приподняли её зад. Плоть Бертрана тут же откликнулась: он лёг на Бьянку сверху, не переставая одной рукой гладить её промежность и ласкать клитор, а другой нежно мять её сосок. Бьянка перестала вообще что-либо соображать. Она, насколько позволяли стенки кареты, раскинула ноги и судорожно двигалась в такт прикосновениям Бертрана.
Вдруг резкая боль проникла в её тело. Бьянка дёрнулась, но снова погрузилась в волну наслаждения: Бертран языком ласкал её шею, а рука нежно гладила бёдра изнутри. Сквозь затмившую разум пелену, Бьянка чувствовала движения Бертрана внутри себя. Она стала всё быстрее двигаться с ним в такт. Волна наслаждения, в которой она купалась сейчас, готова была её затопить. Бьянка двигалась всё быстрее и быстрее, обхватив коленями поясницу Бертрана. Вдруг, когда она ожидала пика своего наслаждения, Бертран резко отстранился от неё и спокойно сел на своё место. Бьянка изумлённо раскрыла глаза, подёрнутые пеленой страсти.
- Теперь ты поняла, от чего отказывалась тогда и чего не хочешь сейчас?
Бьянка медленно приходила в себя. Ощутив влагу под собой, она вдруг с ужасом поняла, что произошло.
- Ты… ты изнасиловал меня! – прошептала она дрожащими губами. Бертран оглушительно рассмеялся и хлопнул себя по голым ногам.
- Ты себе-то не ври, - грубо сказал он. – Я думал, хоть это тебя чему научит. Но нет – как была лицемерной ханжой, так и осталась.
- Бертран! – раздалось снаружи. – Она готова?
- Эта святоша никогда не будет готова, - произнёс Бертран в открытую дверь. – Она хочет мужика, но не хочет в этом никому признаваться.
В проёме кареты показалась всклокоченная голова.
- Ну и чёрт с ней. Если она сама не знает, чего хочет, то мы знаем, чего хотим мы. И плевать тогда на её желания.
Всклокоченная голова оглядела Бьянку с ног до головы, хмыкнула при виде красного пятна на платье и обернулась к стоявшим позади него. Взмах руки – и Бьянку, не слишком церемонясь, вытащили из кареты и унесли.
- Не мог утерпеть? – ухмыляясь, произнесла всклокоченная голова, глядя, как Бертран приводил в порядок свою одежду.
- Я её не брюхатил, если ты об этом, - со смехом сказал Бертран, застёгивая штаны. – Я просто показал ей возможности её тела.
- Ну-ну, учитель ты наш, - ухмылялась всклокоченная голова. И они медленно пошли вслед за Бьянкой и сопровождавшими её людьми.