Процессия шла по тропинке, огибающей поле. В наступившей темноте Чарли спотыкался о камни и выступающие корни деревьев, в то время, как впереди идущий его спутник, казалось, видел прекрасно свою дорогу и ни разу не оступился, вовремя огибал лужи, попадавшиеся им на пути, и переступал кротовые норки.
Часть девятая. Глава пятая
Глава пятая
Они прошли рощицу, которая сменилась вдруг тёмным и густым лесом. Всё явственнее чувствовался запах костра. Чарли начал ощущать смутное беспокойство: ни впереди, ни вокруг, ни под ногами ничего не видно; вокруг только лес, горки, ямы и пригорки. Ему сказали, что он будет присутствовать при старинном красивом и интересном свадебном обряде одной из ортодоксальных и еретических общин Англии. Его имя как первооткрывателя этой общины будет присутствовать в большой археологической энциклопедии, куда много позже попали Шлиман, Картер и лорд Карнарвон. Любопытство Чарли подогрелось ещё и тем, что ему сообщили о том, что свадьба эта между детьми двух заклятых врагов. Так что это будет не просто свадьба, а обряд примирения, ещё более красивый интересный и торжественный. Поскольку празднество должно быть на заре, Чарли предложили ещё и переночевать в доме одного из членов общины, чтобы своими глазами увидеть, а если разрешат, и потрогать, совершенно другую жизнь, отличную от его привычной. Чарли как любителю старины подобное показалось очень заманчивым, тем более, что ему намекали на что-то ещё более грандиозное и незабываемое. Как бы вскользь брошенные Питером слова о том, что девственникам на этом празднестве выказывают особые почести, задели Чарли за живое, ибо к своим 25 годам он, отдавшись учению и науке, фольклору и археологии, ещё не познал женщины в библейском смысле. И вот, из-за своей блажи он крутит по тёмному лесу в компании каких-то странных людей. Ещё в дороге Чарли заметил, что у всех троих необычайно бледный, прямо-таки мраморный цвет лица. Все трое плохо переносили солнце, а прямые солнечные лучи вызывали на их лицах такие болезненные гримасы, что казалось, будто они прожигают их насквозь. У всех троих были аккуратные ухоженные длинные ногти, все трое не курили, не носили никаких украшений, кроме стального кольца-печатки на безымянном пальце левой руки. И главное, все трое были одновременно похожи друг на друга, как близнецы, и в то же время были абсолютно разными, как большинство людей. И теперь ещё это блуждание в темноте. Жюстин шёл уверенно, спокойно, как будто видел дорогу. Шаги двоих, которые Чарли слышал за спиной, тоже не говорили о том, что их обладатели спотыкаются в дороге.
Наконец, после бесчисленных подъёмов и спусков они вышли к огромному белому камню, из-под которого весело журча, выбегала тоненькая струйка ручейка, зловеще поблескивавшая в ночной темноте. «Как хочется пить», - подумал Чарли и остановился.
- Мы уже пришли, - сказал один из спутников Чарли, который шёл сзади. – Там вас напоят и накормят. А эту воду не нужно пить. Не так далеко от сюда проходит отводной канал.
Чарли передёрнуло.
Подняв голову от ручейка, он заметил, что находится в перелеске. Направо простиралось поле, не такое большое, как первое и по форме больше напоминавшее корыто, при чём один край которого, где находился Чарли и его спутники, был наполовину ниже другого. Второй край представлял собой конусообразный холм с единственной ветхой сосной на вершине. Вокруг этой сосны горели костры. Дальше угадывались контуры ещё одной горы.
- Нам туда? – спросил Чарли.
- Да, мы уже на месте, - ответил Жюстин. В темноте Чарли увидел, как странно блестят глаза этого человека. Оглядевшись, он заметил такой же странный блеск у двух других своих спутников. Смутное беспокойство всё явственнее говорило о себе.
Все четверо перешли ручей и направились к сосне.