В это самое время Катерина налила что-то из булькающей кастрюльки в ступку, помешала ложкой, добавила щепотку какой-то травы, пробормотала что-то нечленораздельное и с этим отваром подошла к голове. Бормоча себе под нос, она медленно вылила жидкость из ступки на голову. Черные полосы побежали по лицу казнённого, затекая в рот. Дениза прижала обе руки ко рту – её затошнило. Катерина тем временем взяла в руки чёрную тряпку и, продолжая что-то бормотать, медленно вытерла лицо и затылок головы. Затем она отступила, упала на колени и, глядя на пентаграмму, молитвенно сложила руки. Потом, выкрикнув что-то малопонятное, простёрлась ниц. Ничего не происходило, только свечи потрескивали, и тени беспокойно метались по комнате. Дениза ждала, вжавшись в стену. Наконец Катерина встала и вернулась к столу. Поколдовав за ним, она снова подошла к голове, неся в руках большую пилу. Чтобы не закричать, Дениза сжала зубами оба своих кулачка: Катерина пилила голову. Наконец, ужасающий скрип стих. Дениза облегчённо вздохнула. Катерина взяла огромные щипцы и стала вскрывать череп. Дениза зажмурилась. Через несколько мгновений она открыла глаза и увидела, что Катерина склонилась над дырой в черепе и что-то бормочет, считая на пальцах.
- Девять дней! – вдруг воскликнула она. Дениза вздрогнула от неожиданности. – Снова девять дней! Но до чего? Чёрт, и ты не хочешь мне помочь!
С размаху она ударила по голове, которая, не удержавшись на плите, упала на пол и покатилась к выходу. То есть, почти к ногам Денизы. Мозги из дыры разлетелись по всей комнате. Инстинктивно и от отвращения Дениза сделала несколько шагов назад, опираясь о стену. Внезапно пол под её ногами пропал, и она с глухим криком полетела в бездну.
Катерина около плиты убрала руку от ничем не примечательного кубка, который до этого держала наклонённым к себе.
- Эта дура решила, что я выжила из ума. Да, колдовство не идёт сегодня. Но это не повод не видеть и не слышать ничего вокруг себя. А ты, девочка, увидела и услышала слишком многое. Да и Хозяину нужна будет жертва. Может, тогда он смилостивится и подскажет, что значат эти намёки про девять дней.
Она медленно убрала огонь под кастрюлькой, одну за другой потушила все чёрные свечи и взяла в руки ту, с которой спустилась сюда. Она уже почти догорела. Медленно проходя по коридору мимо места, где стояла Дениза, она услышала приглушенный голос.
- Кричи, кричи. Здесь тебя всё равно никто не услышит. А снаружи тем более. Недаром Бертран купил этот дом ещё перед поездкой в Англию. Он знал, где мы сможем укрыться в случае чего. Чёртов случай. Если бы не он, я бы осталась в замке. Не зря этому Стюарту снесли башку. Нет, но племянник-то каков! Наша кровь. Предсказывает он будущее или нет, но нюх у него от наших предков.
Бормоча всё это, она проделала обратную дорогу, повернула потайную пружину и оказалась в комнате, уставленной книжными шкафами. Сквозь тяжёлые шторы пробивался утренний свет. Катерина погасила огарок свечи.
- Когда Бертран вернётся, надо ему будет напомнить проведать Жан-Батиста. Бедный мальчик скучает в лесу. Немые слуги плохая компания человеку, который не может даже из дому выйти. С его-то темпераментом довольствоваться слабоумной куклой! Добро ещё они не тревожатся за его ноги. Хотя могли бы. Но это всё на время. Когда-нибудь старушка увидит его ноги. Поэтому убить её надо будет раньше. Да ещё Дезире… да, горбата. Мало ли горбунов? А что волосы на всём теле – кто ж о них расскажет? И всё же… предосторожность не помешает.
Катерина прошла в комнату, где недавно разговаривала с Денизой, и уселась с ногами в кресле, закутавшись в покрывало. Время шло. Катерину сморил сон.
Часть пятая. Глава третья
Глава третья
Разбудил её стук в дверь. Решив, что это Бертран, Катерина соскочила с кресла, и в чём была, побежала к двери. Однако что-то заставило её остановиться и выглянуть из-за задёрнутых штор на улицу. У своих дверей она увидела мужчину средних лет в одежде горожанина, держащего в руках какую-то бумажку. Схватив первый попавшийся плащ, она медленно спустилась и открыла дверь.
- Вы мадам Ла Филастр? – спросил он, почтительно стаскивая свою шапку.
- А кто её спрашивает? – Катерина пониже надвинула капюшон плаща.
- Меня просили передать ей это, - Горожанин нерешительно повертел бумажку в руках.
- Я передам, спасибо, - Катерина проворно выхватила листок и захлопнула дверь. Горожанин почесал затылок и натянул шапку.