Пока Катерина думала об этом, Бертран беспокойно оглядывался по сторонам и теребил свой тонкий ус.
- Ты беспокоишься обо мне? – подозрительно произнесла она, наконец.
- Да, беспокоюсь. Я не хочу, чтобы наши тайные знания исчезли совсем или стали бы известны глупой толпе. Мы единственные избранные дьяволом для восстановления его царства. И я не хочу терять возможность из-за того, что у тебя взыграло желание порисковать.
Ах, вот оно что! Тогда всё в порядке. Бертран де Го заботился вовсе не о ней, не о семье или спасении души. Он заботился о себе. Теперь всё встало на свои места, теперь сомнений нет. Катерина улыбнулась.
- Наши тайные знания не умрут. Всё, что я знала и знаю, всё, что я узнавала, я записала…
- Что?! – Бертран даже подпрыгнул.
- Успокойся. Мой шифр непосвящённый не поймёт. Да и расшифровав, не всё узнает. Для этого надо мыслить, как я. Простыми словами и намёками можно добиться очень многого.
- Молодец, но ты про свои свидания с Ла Вуазен была уверена, а какая-то Дениза разгадала твои хитрости. Да, кстати, как она? Что ты с ней сделала?
- Ещё ничего. Она в том самом подземелье. Я хочу принести её в жертву в полнолуние.
- Но это ещё не скоро. Следи, чтобы она не сдохла. Хозяин не любит падаль.
Катерина улыбнулась и хотела что-то ответить, но тут послышался сигнал к тушению огней. Бертран толкнул её во мрак и бросил в след:
- Уходи! И до полнолуния не высовывайся. Я тебя не оставлю. Верь только тем, кто принесёт письма, запечатанные моим любимым перстнем.
Катерина кивнула и, натяну капюшон на самый нос, быстро удалилась.
- Все женщины – глупые курицы, - зло улыбаясь, пробормотал Бертран. – Даже самые умные из них.