***
Если кто-то думает, что быть рыцарем – это проще простого, то он глубоко заблуждается. Это такой же тяжкий труд, как и в любом ином ремесле. Это только наивные мечтатели да мальчишки думают, что рыцари только и умеют, что в ярко надраенных доспехах на дорогих скакунах разъезжать, да дам покорять, злодеев налево-направо разить сверкающим мечом с серебряной рукоятью. На самом деле все было намного сложнее. Рано утром, незадолго до зари, в Академии трубили подъём, всеобщее построение, а затем рыцарей отправляли на задания: завтрак приготовить, коней накормить, оружие почистить, доспехи отполировать. После завтрака, который был одинаков для всех, шли занятия согласно индивидуального расписания, до самого полдня. А когда солнце поворачивалось, и пекло неимоверно, шли занятия по истории, вежливости и этикету. Для рыцарей благородного сословия туда добавлялась еще дипломатия, умение риторики, навык игре в шахматы, истории войн и королевских достижений. Особенно не любили юные рыцари уроки танцев и общения с дамами, ну и, конечно же, геральдику. Ну и до заката шли вечерние тренировки и упражнения в верховой езде и сноровке. А после ужина была пара часов, когда рыцари могли потратить на свое усмотрение. И вот здесь каждый развлекался, как мог: кто-то учился музицировать, кто-то снова шел в зал, что-то во время увольнения пленить прелестных городских девчушек красотой своего тела, кто-то упражнялся в оружии, а с тех пор, как Стибнит появился в Академии, то огоньки свечей горели и в библиотеке. Уже не молодой библиотекарь был, что называется, настоящим книжным червем, он прекрасно знал, какая из книг и где находится, о чем она, и где была написана. А когда в его библиотеке появился молодой читающий рыцарь, то радости не было предела. Увы, рыцари отдавали предпочтение железу и занятиям, а не тонким материям науки. И довольно быстро, у библиотекаря и нежданного читателя, стали завязываться споры, подтверждения которым они вместе искали в книгах. Стибнит был смышлен, быстро запоминал все, обладал великолепной зрительной памятью. Достаточно быстро Стибнит прорвался по учебной лестнице от простого младшего ученика, до оруженосца, а поскольку по самым скучным (с точки зрения рыцарей) предметам у него были лучшие оценки, то его скоро заметили, и так он попал в класс со старшими учениками из знати. Само собой разумеется, что чванливые сыновья вельмож были не в восторге от такого соседа, но Стибнит был юркий, словно уж, внезапный, словно атакующая в темноте сова, и стремительный, как росчерк молнии, и потому он быстро доказал не только книжками, но и дуэлями право быть негласным лидером рыцарского братства. Но при всем этом он сохранил живой ум, храбрость, и чувство справедливости. Это было прекрасно, но в то же время, благородство всегда рождает зависть... *** Отряд юных рыцарей отправился на практику к границам королевства, где не так давно были замечены разведчики Хаоса. В задачу рыцарей входило патрулирование, и, по возможности, захват вражеского шпиона. Нетерпеливо фыркающие кони были оседланы, и небольшой отряд молодежи под руководством суровых тертых рыцарей пограничья отправился в путь. Стибнит, который и туда умудрился протащить несколько книг, спокойно читал в седле. К заставе они должны были прибыть незадолго до заката, поэтому времени, чтобы изучить книгу, у него было предостаточно. Мирные поселки и деревеньки, торная дорога - ничто не выдавало того, что они направлялись к границе мира Порядка и мира Хаоса. Люди были приветливы, разве что детей, играющих на улицах, становилось все меньше. Наконец за одним из поворотов они увидели долину, граничащую с лесом, в котором им скоро предстояла учеба. Внезапно один из старых рыцарей привстал в седле, и начал внимательно осматриваться, руководящие отрядом наскоро о чем-то переговаривались. Протрубили боевой порядок, и расслабившиеся рыцари нехотя подчинились. Не прошло и минуты, как все увидели, что привлекло внимание зоркого рыцаря – темная точка стремительно росла, быстро приближаясь. Еще несколько секунд, и над рыцарями пронеслось крылатое нечто, но арбалетные болты лишь зло плюнули мимо цели. Это лишь раззадорило разведчика, и теперь невероятно быстрая гарпия заложила лихой кульбит, и пронеслась практически у самого отряда, издевательски хохоча, чтобы также стремительно исчезнуть в стороне леса. Рыцари делали охранные знаки, ругались, а Стибнит все провожал ее взглядом. Казалось, что юноша увидел нечто такое, что было воплощением красоты и грации, и никто не расслышал, как он тихо произнес: - Вот бы и мне такие быстрые крылья... С того дня Стибнит заболел: он день и ночь что-то чертил в своем блокноте, подолгу что-то вымерял и рисовал на песке, как только у него выдавалась свободная минутка - но остальные лишь крутили пальцем у виска, смеясь, что книги рыцаря до добра не доведут. Между тем, Стибнит был первым из тех, кто уходил в дозоры, и ему дважды посчастливилось увидеть диковинную воительницу Шерлы, и каждый раз он что-то помечал в своем блокноте. Стирал, рисовал заново, но это мало кого интересовало. А спустя неделю после прибытия на заставу рыцари отправились в свое первое взрослое приключение. Следопыты вычислили, где гнездились летуны, и решили накрыть отряд разведки первыми. Гарпии на редкость живучи и агрессивны, имеют острейшие когти на задних лапах, а свободные руки ловко используют для метания дротиков. Небольшие сильные крылья позволяют им спокойно перемещаться и по открытому пространству, и, относительно легко, по лесу. Так что задача предстояла трудная. Отряд рыцарей, снявших привычные доспехи, и заменившие их кожаными с нашитыми металлическими пластинками, бесшумно шел вперед. Рыцарям был отдан строжайший приказ не просто смотреть под ноги, но и не шуметь никак, иначе отряду несдобровать. Ни одна веточка не хрустнула, и отряд тихонько окружал стоянку тёмных. Гарпии, сидевшие у костра, о чем-то весело переговаривались на непонятном языке, явно обсуждая достоинства жарящихся на нескольких веточках зайцев. Время от времени кто-то из крылатых подбрасывал ароматных травок в костер, и переворачивал уже вкусно пахнущие тушки. Наконец, все сочли ужин готовым, и после условного птичьего вскрика, из ниоткуда спустился часовой. Отряд, довольно перекликаясь, принялся за ужин. Рыцари развернули сети. Внезапно