аписана. А когда в его библиотеке появился молодой читающий рыцарь, то радости не было предела. Увы, рыцари отдавали предпочтение железу и занятиям, а не тонким материям науки. И довольно быстро, у библиотекаря и нежданного читателя, стали завязываться споры, подтверждения которым они вместе искали в книгах. Стибнит был смышлен, быстро запоминал все, обладал великолепной зрительной памятью. Достаточно быстро Стибнит прорвался по учебной лестнице от простого младшего ученика, до оруженосца, а поскольку по самым скучным (с точки зрения рыцарей) предметам у него были лучшие оценки, то его скоро заметили, и так он попал в класс со старшими учениками из знати. Само собой разумеется, что чванливые сыновья вельмож были не в восторге от такого соседа, но Стибнит был юркий, словно уж, внезапный, словно атакующая в темноте сова, и стремительный, как росчерк молнии, и потому он быстро доказал не только книжками, но и дуэлями право быть негласным лидером рыцарского братства. Но при всем этом он сохранил живой ум, храбрость, и чувство справедливости. Это было прекрасно, но в то же время, благородство всегда рождает зависть... *** Отряд юных рыцарей отправился на практику к границам королевства, где не так давно были замечены разведчики Хаоса. В задачу рыцарей входило патрулирование, и, по возможности, захват вражеского шпиона. Нетерпеливо фыркающие кони были оседланы, и небольшой отряд молодежи под руководством суровых тертых рыцарей пограничья отправился в путь. Стибнит, который и туда умудрился протащить несколько книг, спокойно читал в седле. К заставе они должны были прибыть незадолго до заката, поэтому времени, чтобы изучить книгу, у него было предостаточно. Мирные поселки и деревеньки, торная дорога - ничто не выдавало того, что они направлялись к границе мира Порядка и мира Хаоса. Люди были приветливы, разве что детей, играющих на улицах, становилось все меньше. Наконец за одним из поворотов они увидели долину, граничащую с лесом, в котором им скоро предстояла учеба. Внезапно один из старых рыцарей привстал в седле, и начал внимательно осматриваться, руководящие отрядом наскоро о чем-то переговаривались. Протрубили боевой порядок, и расслабившиеся рыцари нехотя подчинились. Не прошло и минуты, как все увидели, что привлекло внимание зоркого рыцаря – темная точка стремительно росла, быстро приближаясь. Еще несколько секунд, и над рыцарями пронеслось крылатое нечто, но арбалетные болты лишь зло плюнули мимо цели. Это лишь раззадорило разведчика, и теперь невероятно быстрая гарпия заложила лихой кульбит, и пронеслась практически у самого отряда, издевательски хохоча, чтобы также стремительно исчезнуть в стороне леса. Рыцари делали охранные знаки, ругались, а Стибнит все провожал ее взглядом. Казалось, что юноша увидел нечто такое, что было воплощением красоты и грации, и никто не расслышал, как он тихо произнес: - Вот бы и мне такие быстрые крылья... С того дня Стибнит заболел: он день и ночь что-то чертил в своем блокноте, подолгу что-то вымерял и рисовал на песке, как только у него выдавалась свободная минутка - но остальные лишь крутили пальцем у виска, смеясь, что книги рыцаря до добра не доведут. Между тем, Стибнит был первым из тех, кто уходил в дозоры, и ему дважды посчастливилось увидеть диковинную воительницу Шерлы, и каждый раз он что-то помечал в своем блокноте. Стирал, рисовал заново, но это мало кого интересовало. А спустя неделю после прибытия на заставу рыцари отправились в свое первое взрослое приключение. Следопыты вычислили, где гнездились летуны, и решили накрыть отряд разведки первыми. Гарпии на редкость живучи и агрессивны, имеют острейшие когти на задних лапах, а свободные руки ловко используют для метания дротиков. Небольшие сильные крылья позволяют им спокойно перемещаться и по открытому пространству, и, относительно легко, по лесу. Так что задача предстояла трудная. Отряд рыцарей, снявших привычные доспехи, и заменившие их кожаными с нашитыми металлическими пластинками, бесшумно шел вперед. Рыцарям был отдан строжайший приказ не просто смотреть под ноги, но и не шуметь никак, иначе отряду несдобровать. Ни одна веточка не хрустнула, и отряд тихонько окружал стоянку тёмных. Гарпии, сидевшие у костра, о чем-то весело переговаривались на непонятном языке, явно обсуждая достоинства жарящихся на нескольких веточках зайцев. Время от времени кто-то из крылатых подбрасывал ароматных травок в костер, и переворачивал уже вкусно пахнущие тушки. Наконец, все сочли ужин готовым, и после условного птичьего вскрика, из ниоткуда спустился часовой. Отряд, довольно перекликаясь, принялся за ужин. Рыцари развернули сети. Внезапное нападение застало осторожных гарпий врасплох. Сети, упавшие отовсюду, не давали развернуть крылья, и хотя бы так разорвать опасную для крылатых дистанцию. Взлетевшие гарпии могли запросто уйти, не принимая бой, а могли взлететь, и дать бой с неудобной для людей позиции. Именно поэтому нужно было максимально быстро обезвредить разведчиков. Молодые рыцари с упоением ввязались в бой (тренировочные бои не давали такого азарта), но гордые летуны не собирались сдаваться. После того как смертоносные когти тяжело ранили нескольких недостаточно проворных рыцарей, запах крови помутил рассудок молодежи. Один за другим гарпиям наносились тяжелые удары, и через минуту лишь противница Стибнита осталась в живых. Ее тоже хотели убить, но неожиданно для себя молодой рыцарь принял на свой меч удар, предназначенный крылатой. - Довольно! – прорычал он. Повинуясь стали в голосе Стибнита, рыцари остановились. Некоторые с ужасом смотрели на руки, которые были перепачканы кровью. Упоение боем спадало. Запал пропадал. Разоренный лагерь и трупы разведчиков вызывали презрение, а пленница, спутанная сетями, уже не казалась такой грозной, какой выглядела в небе. - Уведите пленницу, ее допросят в лагере, — отдал приказ Стибнит. Гарпию связали понадежней, напрочь лишив возможности расправить крылья, и удрать, и провели мимо Стибнита. Когда ее проводили мимо, то гарпия поймала его взгляд, и в глубине непокорных антрацитово-черных глаз блеснули огоньки пламени Хаоса, а на избитых губах блеснула благодарная улыбка – дитя Хаоса благодарила за спасение рыцаря Света. Стибнит тоже едва заметно кивнул, принимая неожиданную благодарность. *** Прошло несколько дней с момента возвращения отряда. И Стибнит, которого мучили свои вопросы, наконец-то нашел лазейку, чтобы пробраться к камере, куда посадили гарпию. Разговоры с детьми Хаоса не приветствовались, поэтому он сильно рисковал. Однако он напросился на ночное дежурство, подмешал сонных капель своему напарнику прекрасно понимая, что и у стен есть уши. Дождавшись, пока напарника сморит сон, он завершил обход, чтобы лишний раз убедиться в том, что никого, кто мог бы их подслушать, нет. Набрал полный кувшин воды, и пошел к пленнице. Девушка сидела, даже не пытаясь шевелить перебитыми крыльями. Она была измучена допросами. Люди были жестоки к тем, кто не такой, как они... «Как дети в Храме», — подумалось Стибниту. Пораженный своим же неожиданным сравнением, он поудобнее перехватил кувшин, и подошел ближе. - Я слышу, что ты здесь, — послышался усталый охрипший голос. - Не мудрено, у вас слух лучше, — хмыкнул рыцарь. – Вот, пей. В темных глазах гарпии мелькнуло недоверие, однако жажда была сильнее, и протянуты кувшин перекочевал в руки крылатой. Она пила мелкими глотками. Долго. Жадно. А когда кувшин опустел, отставила его в сторону с явным сожалением. - Ты хотел о чем-то поговорить. – Протянула она ему через решетку кувшин обратно. - Что вы искали здесь? На нашей земле. Гарпия хрипло рассмеялась настолько, насколько позволяли потрескавшиеся избитые губы: - Ваша? Лес никогда не принадлежал людям. Это ваши пришли к нам. Когда лес не смог дать больше, чем просили люди – они начали его уничтожать, а когда лес начал защищаться, они поселились еще ближе, чтобы вгрызаться в него еще глубже, дальше. - Гарпии не живут в лесу. - Откуда ты знаешь? – рассмеялась девушка. – Хотя, ты же из Академии, научили. Но и там далеко не все знают. - Тогда расскажи, я же дал тебе воду – за тобой долг. - О, даже так? – заинтересовалась гарпия. – Пусть будет так. Да, нам тяжело летать в чащах, но наши дома – самые высокие деревья в лесах. Они растут веками, у них такая мощная теплая кора, по ним так приятно ходить... Но люди уничтожают лесных великанов ради кораблей и мебели... Мы просто защищали свой дом. А когда пала последняя роща, то мы пришли за помощью к Шерле. - Темной богине? - Да! Великая мать научила нас сражаться, дала нам когти, — гарпия показала хищные лезвия на ногах и руках, — и мы снова стали свободными. Но когда-нибудь, люди уйдут, и мы снова вернемся в свои леса, чтобы растить самые большие деревья. - Расскажи о Шерле. – Стибнит помедлил. – Пожалуйста. - Шерла? Великая Мать! – поправила его гарпия. – Она прекрасна. В ее глазах огонь Хаоса, она посмотрит тебе в глаза и все о тебе узнает. - Она убивает забавы ради! - Никогда Хаос не убивал просто так! Мы оборонялись! Не мы развязали эту войну! Не мы захотели, чтобы был лишь Свет. Не бывает дня без ночи! Ты просто еще птенец и дальше гнезда не летал! Стибнит молчал. Все, что он услышал, в корне отличалось от того, что слышал он и читал в силах Тьмы. Замолчала и гарпия. Она рассматривала необычного рыцаря, который думал о че