нападение застало осторожных гарпий врасплох. Сети, упавшие отовсюду, не давали развернуть крылья, и хотя бы так разорвать опасную для крылатых дистанцию. Взлетевшие гарпии могли запросто уйти, не принимая бой, а могли взлететь, и дать бой с неудобной для людей позиции. Именно поэтому нужно было максимально быстро обезвредить разведчиков. Молодые рыцари с упоением ввязались в бой (тренировочные бои не давали такого азарта), но гордые летуны не собирались сдаваться. После того как смертоносные когти тяжело ранили нескольких недостаточно проворных рыцарей, запах крови помутил рассудок молодежи. Один за другим гарпиям наносились тяжелые удары, и через минуту лишь противница Стибнита осталась в живых. Ее тоже хотели убить, но неожиданно для себя молодой рыцарь принял на свой меч удар, предназначенный крылатой. - Довольно! – прорычал он. Повинуясь стали в голосе Стибнита, рыцари остановились. Некоторые с ужасом смотрели на руки, которые были перепачканы кровью. Упоение боем спадало. Запал пропадал. Разоренный лагерь и трупы разведчиков вызывали презрение, а пленница, спутанная сетями, уже не казалась такой грозной, какой выглядела в небе. - Уведите пленницу, ее допросят в лагере, — отдал приказ Стибнит. Гарпию связали понадежней, напрочь лишив возможности расправить крылья, и удрать, и провели мимо Стибнита. Когда ее проводили мимо, то гарпия поймала его взгляд, и в глубине непокорных антрацитово-черных глаз блеснули огоньки пламени Хаоса, а на избитых губах блеснула благодарная улыбка – дитя Хаоса благодарила за спасение рыцаря Света. Стибнит тоже едва заметно кивнул, принимая неожиданную благодарность. *** Прошло несколько дней с момента возвращения отряда. И Стибнит, которого мучили свои вопросы, наконец-то нашел лазейку, чтобы пробраться к камере, куда посадили гарпию. Разговоры с детьми Хаоса не приветствовались, поэтому он сильно рисковал. Однако он напросился на ночное дежурство, подмешал сонных капель своему напарнику прекрасно понимая, что и у стен есть уши. Дождавшись, пока напарника сморит сон, он завершил обход, чтобы лишний раз убедиться в том, что никого, кто мог бы их подслушать, нет. Набрал полный кувшин воды, и пошел к пленнице. Девушка сидела, даже не пытаясь шевелить перебитыми крыльями. Она была измучена допросами. Люди были жестоки к тем, кто не такой, как они... «Как дети в Храме», — подумалось Стибниту. Пораженный своим же неожиданным сравнением, он поудобнее перехватил кувшин, и подошел ближе. - Я слышу, что ты здесь, — послышался усталый охрипший голос. - Не мудрено, у вас слух лучше, — хмыкнул рыцарь. – Вот, пей. В темных глазах гарпии мелькнуло недоверие, однако жажда была сильнее, и протянуты кувшин перекочевал в руки крылатой. Она пила мелкими глотками. Долго. Жадно. А когда кувшин опустел, отставила его в сторону с явным сожалением. - Ты хотел о чем-то поговорить. – Протянула она ему через решетку кувшин обратно. - Что вы искали здесь? На нашей земле. Гарпия хрипло рассмеялась настолько, насколько позволяли потрескавшиеся избитые губы: - Ваша? Лес никогда не принадлежал людям. Это ваши пришли к нам. Когда лес не смог дать больше, чем просили люди – они начали его уничтожать, а когда лес начал защищаться, они поселились еще ближе, чтобы вгрызаться в него еще глубже, дальше. - Гарпии не живут в лесу. - Откуда ты знаешь? – рассмеялась девушка. – Хотя, ты же из Академии, научили. Но и там далеко не все знают. - Тогда расскажи, я же дал тебе воду – за тобой долг. - О, даже так? – заинтересовалась гарпия. – Пусть будет так. Да, нам тяжело летать в чащах, но наши дома – самые высокие деревья в лесах. Они растут веками, у них такая мощная теплая кора, по ним так приятно ходить... Но люди уничтожают лесных великанов ради кораблей и мебели... Мы просто защищали свой дом. А когда пала последняя роща, то мы пришли за помощью к Шерле. - Темной богине? - Да! Великая мать научила нас сражаться, дала нам когти, — гарпия показала хищные лезвия на ногах и руках, — и мы снова стали свободными. Но когда-нибудь, люди уйдут, и мы снова вернемся в свои леса, чтобы растить самые большие деревья. - Расскажи о Шерле. – Стибнит помедлил. – Пожалуйста. - Шерла? Великая Мать! – поправила его гарпия. – Она прекрасна. В ее глазах огонь Хаоса, она посмотрит тебе в глаза и все о тебе узнает. - Она убивает забавы ради! - Никогда Хаос не убивал просто так! Мы оборонялись! Не мы развязали эту войну! Не мы захотели, чтобы был лишь Свет. Не бывает дня без ночи! Ты просто еще птенец и дальше гнезда не летал! Стибнит молчал. Все, что он услышал, в корне отличалось от того, что слышал он и читал в силах Тьмы. Замолчала и гарпия. Она рассматривала необычного рыцаря, который думал о чем-то своем. Она ждала новых побоев или оскорблений, но он продолжал молчать. Наконец Стибнит заговорил: - Вы не такие, как мы. Этого достаточно. Жаль, что я не смогу встретиться с твоей Матерью. Наверное, я бы отдал все, чтобы, как и ты, взлететь в небо... Гарпия весело рассмеялась: - Путь Хаоса непредсказуем. Бойся своих желаний рыцарь! Стибнит, словно завороженный, смотрел на огоньки янтарного пламени в ее глазах, медленно отступая. В этот момент ему показалось, что сама богиня Хаоса смотрела на него. До утра он так и не смог уснуть. А утром гарпию казнили по обвинению в шпионаже и сговоре с силами Хаоса. Крылатая так и не взмыла больше в небо, но мечта Стибнита крепко поселилась в его душе. Там же зрели зерна сомнений в истинности слов Света...