о, завтра полнолуние! - советник наконец обратил на себя внимание, вызвав любопытный взгляд Королевы и её секретаря. - И? - Оливия удивлённо изогнула бровь. - Завтра студенты Академии магов сдают экзамены по боевой магии и ловле нечисти и нежити! - Удвоить охрану дворца, — сухо произнесла Королева, устало потирая переносицу. Перед её глазами встал ясно и чётко прошлогодний кавардак: в том году студенты оживляли горгулью (группа теоретиков опустошила все парапеты с более-менее интересными статуями), а потом её же и ловили (на деле получилась не одна горгулья, а целая стая, и студентам-практикам старшего курса пришлось изрядно потрудиться, прежде, чем они половину перебили, а вторую половину таки вернули в каменное состояние). Кидэ молча и вопросительно смотрела на свою госпожу - для неё в экзаменах не было ничего страшного, это было даже весело. До определённого момента. Когда она сдавала экзамены, им досталось заказное убийство... и выжило всего трое. Зато так она заработала первый камешек на браслете ассасина. Девушка машинально потёрла руку, на которой красовался широкий, усыпанный разномастными камнями, браслет. Королева перехватила этот жест, и внимательно посмотрела на девушку: - Кидэ! - мгновенный низкий уважительный поклон, — завтра ты главная среди моих телохранителей! - Поклон стал ниже, — ну и пока они экзамен не сдадут... Королева сделала небрежный жест рукой, и девушка, почтительно кланяясь, тихонько удалилась. Совещание продолжилось, но уже без личного телохранителя. Стоило выспаться. Почтовый ворон ещё разок прошёлся по подоконнику башни Северного крыла. Внимательные, умные чёрные глаза с любопытством заглянули в комнату через витражное стекло оконца. Сильный клюв ударил в окно раз, второй, третий, и вот птица замахнулась, чтоб стукнуть ещё, но окно приоткрылось, и появилась рука, аккуратно забравшая ворона. Ворон послушно дал отвязать записку, любезно склевал предложенное угощение, пока адресат был занят чтением письма. Пару минут спустя на лапу ворона привязали ответ, и птица, пронзительно каркнув, устремилась ввысь, торопясь доставить послание. Прежде чем закрыть окно, сильная рука ещё раз подбросила мешочек с синими сапфирами, а внимательные глаза провели птицу, пока она не скрылась из глаз. Слегка полноватые губы растеклись в довольной ухмылке - ночь обещала быть интересной. - Господа студенты! - голос куратора экзаменов, усиленный магически, разлетался над всей площадью. - Сегодня ночью группа четвёртого курса сдает выпускной экзамен по теоретической магии. Они призовут духов ночи, и вселят их в заранее приготовленные и помеченные тела. Среди весёлых студиозов пронесся грустный вздох и что-то вроде "опять ночные экзамены", однако под испепеляющим взглядом ректора опять воцарилась тишина. - Вторая группа, которая приступит к сдаче экзаменов в полночь, должна будет духов изгнать, тела доставить в оговоренные пункты сдачи. Экзамен считается сданным для теоретиков, согласно скорости вызова и вселения духов, для практиков - минимумом считается один дух и одно тело. - А что будет, если не сдадим? - раздался голос откуда-то сзади. - Если выживете, — глаза старого архимага стали ледяными, — будете отчислены. Если не выживете - встретитесь с четвёртым курсом в следующем году. - В рядах прошелестел заинтересованный шепоток, — в качестве пособий. А теперь подойдите к наставникам и получите кинжалы-ловушки для духов и рюкзаки с набором для призыва духов. Студенты разношерстным ручейком потянулись к наставникам, выбирая мешочки и оружие под себя. Кое-кто сразу решил объединиться в боевые пары - так и призывать и упокаивать проще. Туда же подошел и зеленоглазый проныра Эпидот. Крутанул в руках один кинжал, второй, подержал на весу длинный нож и наконец остановился на удобном зазубренном укороченном мече. Протянул его наставнику, и на клинке отпечаталось его имя. Прилаживая новое оружие на поясе, он не упустил шанса стащить кошелёк у неповоротливого добряка Сердолика. Впрочем, поживиться там было нечем, и он толкнул приятеля, протягивая кошель: - Эй, разиня, твоё что ли? Сердолик ахнул, и прошелся пухленькими ручками по поясу, только теперь заприметив пропажу. - Можешь не благодарить, — усмехнулся проныра, с усмешкой слушая благодарности увальня, — мы же друзья. Эпидот развернулся и решил было идти в назначенное место, но потом подумал, что в случае чего откупиться можно будет незадачливым приятелем, и решил вернуться. Он затронул толстяка, который пытался подобрать хоть что-то, что будет ему по руке: - Ты напарника себе выбрал уже? Сердолик понурил голову: - Со мной никто не хочет. Говорят, я даже домового призвать не смогу. Добряк всем своим видом показывал, как тяжко ему дается учение. Да и если рассуждать здраво, то ему и вправду нечего было делать среди боевых магов. Толстенькие коротенькие пальцы были созданы для молитвословов и годились разве что чётки перебирать, но никак не бегать по ночным местам силы, в поисках нечисти или нежити, но отец решил, что ремесло мага будет прибыльнее. А раз отец принял решение, то мягкотелому увальню спорить даже нечего было и пытаться. Только терпением и трудолюбием он до четвёртого курса и добрался. - Значит, пойдешь со мной! Бери булаву! Эту! Эпидот безошибочно выбрал подходящее оружие, чем-то смахивающее на один из святошинских скипетров, тая в уголках губ довольную усмешку - всё шло именно так, как он распланировал. По вечернему тракту в быстро спускавшихся сумерках нёсся вороной конь. Всадник, облаченный в непроницаемо чёрную одежду то и дело пришпоривал коня. Чёрная молния выскочила из лесу, на несколько секунд с ней поравнялся огромный белоснежный волк. Однако, пробежав совсем немного рядом, казалось, насмешливо фыркнул, махнул хвостом, и резко свернул в другом направлении. Всадник горячил коня - он торопился попасть в Столицу до того, как взойдет одна из двух Лун. На ярко-алых губах застыла довольная усмешка.