орел также первым. – Мне очень жаль. Следующий. Теперь пришла очередь Агата. Он внимательно наблюдал и видел, что если поджечь лист и потом перевернуть его, он будет гореть медленно. Внимательно глядя в глаза Хризоллы, он тщательно следил за тем, как медленно горит лист. Девушка проиграла. – Молодец, – глаза заинтресовано взглянули на него. – Следующий. Оставшаяся тройка также правильно разгадала загадку. Хризолла пригласила четвёрку рыцарей ко второму столу: там на подставке лежал ряд палочек. – Вы можете брать одну, две или три, но выиграет тот, кто заберёт последнюю. Девушка вновь пригласила добровольца. Тридцать палочек лежали в ряд и игра началась. Одна. Две. Три. Три. Две. Две. Три. Одна. Одна. Три. Три. Три. Одна. И последние две забрала себе Хризолла. Рыцарей осталось всего трое. Советник уверенно перебирал палочки, но в самом конце из четырёх он забрал две. Хризолла с улыбкой забрала последние две... Советник поклонился, признавая поражение. Остался король и самый старый рыцарь. Девушка проиграла обоим. Третий столик скрывал три ряда углублений и три комплекта цветных шариков. – Как в детстве, – хмыкнул Агат. – Выиграет тот, кто запомнит и правильно выложит последовательность шариков. Девушка встряхнула один из мешочков, и не глядя, выложила шарики в углубления. Взглянула на комбинацию и накрыла ряд пластинкой. Первым пошел пытать удачу старый рыцарь. Они открывали шарики по одному... Пятая пара... Шестая, а на седьмой он ошибся. – Мне очень жаль. Следующий. Она собрала шарики, и потянула руку, чтобы их выложить, но Агат первым запустил руку в мешочек. Не отводя от неё глаз, он по одному выложил шарики. Возможно ему показалось, что девушка смутилась, или это просто тень пробежала по красивому лицу. Первая пара. Вторая... Шестая... Девятая. Десятая. – Мне очень жаль... – Да. Очень. Улыбаясь, Алмаз, показал свой шарик, алый. Такой же алый лежал в самом конце дорожки, а у Хризоллы был оранжевый. Девушка вспыхнула, под обезоруживающей улыбкой короля. – Завтра вы получите новое задание. Сумеете разгадать – я спрошу разрешения отца. Агат поклонился, пряча торжествующую улыбку. Ему очень нравилась эта девушка. Она была умна и хитра. А вспыхнувшие щёки говорили о пылком характере. Да. Такую бы...На следующее утро, Агат опять проснулся первым. Ему не терпелось прийти к испытаниям. Каким же было его удивление, когда в комнату вошла Хризолла и оставила на столе самородки золота, засыпанные сахаром в большой миске, одну серьгу и веточку тростника. Не говоря ни слова, она жестом пригласила его и спутников к столу и вышла из комнаты. Агат задумчиво повертел в руках миску с сахаром и золотом. Капитан охраны взял громадными пальцами сережку. Самый молодой рыцарь крутанул в руках тростник. – Ну, и что делать? Агат придвинул стул поближе, внимательно изучая всё. Рыцари тихо заговорили, думая, что же делать с этим. Агат же запустил пятерню в короткие светлые волосы, вздохнул и позвал старика: – Принесите мне молока. Нож. Я дам ответ через час. Час спустя девушка пришла за ответом. С собой она принесла что-то накрытое очередным покрывалом. Она вопросительно посмотрела на него. Алмаз залил смесь из золота и сахара молоком, всё смешал, и вылил сладкое молоко, оставив в миске золото. Девушка кивнула, принимая ответ. Затем он взял серьгу, приложил к сердцу, и прибавил ещё три, вынутые из сундучка, взятого для даров невесте. Девушка снова кивнула, принимая ответ. Наконец пришла очередь третьей загадки – вместо веточки тростника он протянул ей простую тростниковую флейту. Девушка взяла поделку, поднесла к губам и из тонкой хрупкой флейты полилась нежная ласковая мелодия. Теперь уже улыбался Агат. Девушка вернулась на следующее утро. Хризолла взяла принесенное с собой и поставила на стол. Осторожно сняла покрывало... В клетке сидел соловей. Птица беспокойно запрыгала по клетке, приноравливаясь к свету, после тёмного покрывала. Девушка жестом пригласила Агата к столу, и отошла в сторону. Агат приблизился к клетке, постучал пальцами по решётке, заставив птичку метаться, и снова посмотрел на девушку. – Меч. В протянутую ладонь упал тяжёлый эфес. Движение запястьем, чтобы ощутить баланс меча – лезвие послушно рассекло воздух. Ещё один молниеносный взмах, и клетка с птицей оказалась разрублена на части. Невредимый соловей взмахнул крыльями и выскользнул в приоткрытое окошко. Агат вернул меч своему советнику, и обратился к девушке: – Принят ли этот ответ? – Да. – А тебе разве не интересно, кто я? – Судя по доспехам воин. А если судить по ответам – мудрец. Если же слушать сердце – мой муж. Мне этого достаточно. Король расхохотался, искренне и от души. Поэтому советнику пришлось его представить. – Госпожа, Ваш жених – король Семи Восточных Королевств, рыцарь и покоритель Дальних Земель, – Агат подал знак, чтоб тот сократил титул, –король Агат. Старик-звездочёт испуганно склонился в поклоне, а девушка наконец-то улыбнулась: – Да, достойно. Я буду готова к вечеру. Вот только книг у меня многовато... – Не стоит волноваться – в королевской библиотеке книг очень много, – встрял один из рыцарей. – А остальные мы потом заберём! – Да, и обсерватория там тоже чуть получше будет, – улыбнулся король, – Вам с отцом скучно не будет.Отряд решил вернуться в столицу на следующий день. Агат всю ночь о чем-то беседовал со своей будущей женой. Лишь днём, когда король ехал, дремая в седле, советник всё-таки умудрился вклиниться, чтобы удовлетворить своё любопытство: – Так что же значили эти подарки? -– Да там всё просто. – Что-то не очень, если честно. Агат снова рассмеялся: – Именно поэтому я – король, а ты – мой верный советник. Сахар и золото – это мудрость, слава и лесть. Она хотела узнать, умею ли я отличать истинные ценности от быстротечных. Молоком я убрал сахар, оставив истину – золото мудрости. – Ну а серьга? – Серьги всегда парные. Но чего стоит жизнь без любви? Или она будет как серьга без пары? Я добавил к её серьге ещё три, потому что хотел сказать, что даже если жизней у меня будет три – мне будет мало, чтобы любить её. – Хорошо, а флейта? – Из тростника можно сделать, что угодно, но вложить в него душу может не каждый. Она спросила, сможет ли она стать моей душой. Я показал, что смогу дать дать ей свою. – Так, а птица? – Она спросила, что будет с ней – не задохнётся ли она в неволе дворца? Ведь не поёт осоловей в неволе так, как на воле. Я ответил, что она будет свободна всегда и вольна делать, что захочет. Король пришпорил коня, а верный друг задумался о том, что стоит почаще заходить в библиотеку короля, иначе какой же он советник? Но гордость за своего правителя переполняла его – он был уверен, что будущая королева поможет править королю Алмазу мудро, и от этого его сердце радовалось.