ы несколько зловещий вид. - Ну, Ученица, — выделила слово Морион,- то по такой погоде я бы не возражала от приглашения на чашечку чая. Где здесь у вас делают чай? С этими словами она подхватила девушку под локоток, и что-то весело болтая про ужасную погоду, повела в сторону мастерской, служившей кухней. В дверях она пропустила девушку вперёд, но как только та прошла вперёд, быстро ударила её сзади. - Ученица, — хмыкнула дама, снимая перчатки. — Надо же придумать такое, — она усадила бесчувственную девушку в кресло, — но братец будет рад сюрпризу. В тонких пальцах блеснули призрачные нити, и быстро делая какие-то замысловатые пассы, Морион продолжила усаживать Яшму. Спустя несколько минут девушка сидела в кресле в непринужденной позе, что казалось, что она задремала. А Морион принялась хозяйничать на кухне, и лишь изредка вспышка молнии озаряла невесомые и практически невидимые невесть откуда появляющиеся нити. Гроза уже подступала к городу, когда Опалит тревожно выглянул в окно. Яшма задерживалась, и он начал волноваться. Он решился сегодня все рассказать девушке, был готов принять любое её решение, но перспектива, что её застанет дождь в дороге - не давала ему покоя. Приблизительно зная её планы на день, он торопливо закончил работу над деталью будущей игрушки, решив навести порядок чуть позднее. Быстро переоделся, и захватив самый большой зонт, запер двери, прикидывая в уме, по которой из улочек она сегодня пойдет. В городе царила та самая непередаваемая тишина, которая бывает только перед большой бурей, и лишь изредка, в свинцовых, быстро продвигающихся к городу тучах, слышалось всё приближающееся ворчание грома. Глухие раскаты, похожие на ворчание огромного, недовольного черного пса, прокатывались быстро пустеющими улочками. Опалит тревожно вглядывался в лица появляющихся в поле его зрения дам, с некоторыми раскланивался, некоторые одаривали его веселыми или тревожными улыбками, но его Яшмы не было нигде. Наконец на одной из улочек мастер увидел её подружек - он смутно припоминал, что они были с ней и что-то покупали у него. Но поскольку чаще всего они провожали её до дверей его магазинчика, Опалит решил затронуть их. Но к его огромному сожалению, девушки не видели её, с тех пор как покинули уроки. От них не укрылось, как опустились его плечи, а унылое лицо вызвало шепотки и легкие улыбки - девушки решили, что они поссорились. Впрочем, мастер кукол уже спешил от них прочь, и пару минут спустя скрылся за поворотом улицы. На мостовые упали первые капли дождя. Опалит торопливо прочёсывал все улицы, по которым могла пройти Яшма, но девушки нигде не было. Непогода рвала зонт из рук, дождь слепил глаза, ветер так и норовил сбить с ног безумца, который в такую погоду решился покинуть уютные и крепкие стены своего дома. Наконец он сдался и так быстро, насколько позволяла непогода, поспешил домой, рассудив, что девушка скорее всего уже была там. Подойдя к своему дому он заметил, что в глубине лавочки был свет, а это означало лишь одно - Яшма все-таки успела до дождя, и скорее всего сейчас очень сильно переживает, раздумывая, где же он сам может быть сейчас. Губы невольно разошлись в тонкой улыбке, пока замерзшие пальцы открывали двери. Зонт отправился в стойку для зонтов, плащ небрежно был брошен на вешалку - он сразу же заметил её любимую корзинку и аккуратно повешенный плащ. - Яшма! - приятный голос громко звал девушку.- Яшма! Ты здесь?? Сменив обувь на сухую домашнюю, Опалит не скрывая улыбки, направился в мастерскую. Оттуда доносился ароматный запах чего-то вкусного и явно горячего. - Яшма? – он торопливо вошел в комнату, чтобы тут же замереть, — Ты? - Добрый вечер, братец, — дама, перемешивающая отвар в крошечной чашечке, отложила ложку. - Ты учтив и приветлив, — светлые глаза буравили его, — впрочем, как всегда. - Что. Ты. Здесь. Делаешь? – чеканя каждое слово, Опалит быстро осматривал свою мастерскую. - Чай пью, братик, — холодно улыбнулась Морион. – Вместе с твоей очередной куколкой. Она элегантно кивнула в сторону соседнего кресла, где с безжизненным видом сидела Яшма. Как никогда девушка была похожа на одну из кукол мастера, сидящую в своем кукольном домике: незнакомое ему пестроватое платье, сложная прическа, выбеленное лицо и щеки как у куклы... но самое страшное, девушка медленно двигалась и пила чай, но глаза были пусты, в них не было жизни. - Что ты с ней сделала? Опалит упал перед ней на колени, вглядываясь в фарфорово белое лицо. Девушка, не обращая на него никакого внимания, поставила чашку на стол, и замерла. Мастер кукол провёл кончиками пальцев по холодным щекам, размазывая краску, подтянул к себе за подбородок, но девушка послушно повторявшая его движения, сама не двигалась. - Ничего. Я всего лишь тоже поиграла с твоей куклой. Представляешь, она решила назвать себя твоей ученицей. – Морион фыркнула, и отставила в сторону чашечку. Женщина явно не скрывала, что её факт наличия кого бы то ни было, рядом с братом раздражал, но в то же время она вела себя словно хозяйка. И то, как Опалит пытался привести девушку в чувство её раздражало ещё больше. - И чем же тебя так зацепила эта девчонка? – в голосе чувствовалась ревность и пренебрежение, — она всего лишь одна из многих. Пища! Для чего ей столько внимания? Опалит вздрогнул, замер, и медленно поднявшись с коленей повернулся к сестре. Льдисто-голубые глаза, раньше похожие на пару кристаллов льда, теперь потемнели от гнева и мало отличались от свинцово-черных туч за окном. Он не спеша подошел к сестре, уперся руками в подлокотники её кресла, и нависнув над ней внимательно посмотрел в холодные глаза: - А что ТЫ можешь знать? – голос был глух и шелестел как опавшие листья. - Я? - холодно поинтересовалась дама. – Ты, кто никогда никого не любившая? - Братик, — глаза Морион сузились, — я всегда любила и люблю только тебя! А твои куклы, они все будут сломаны! Все до одной! Она с силой оттолкнула его от себя, и отскочила подальше от кресла, разрывая дистанцию. Безупречно алые губы разошлись в злой усмешке, и Морион встряхнула пальцами, словно взяла в руки невидимые ниточки от марионетки. Позади Опалита послышался легкий шорох – это вставала из кресла Яшма. Глаза по-прежнему слепо смотрели куда-то вперед, но в руках у девушки блеснула пара кинжалов. Невероятный прыжок и она стояла в боевой стойке, закрывая собой Морион. Женщина снова пошевелила пальцами, и Яшма замерла. Морион прошлась пальцами по ее щеке, окончательно размазывая нелепые румяна, и убрала волосы на бок, обнажая шею. Опалит напряженно ждал. - Впрочем, братик, в этот раз ты действительно поймал деликатес! У этой девчонки столько жизненной силы и такая чистая душа, что мне почти жаль её убивать. – Пальцы прошлись по горлу девушки, и с сожалением его покинули, — поэтому её убьешь ты! Кукловод Морион отодвинулась прочь, и снова начала игру пальцами, кукла Яшма бросилась на Опалита. С неожиданной прытью мастер кукол увернулся от атаки, отступая прочь – в торговом зале места было намного больше, и там у него появился бы шанс разорвать невидимые пока что нити между куклой и кукловодом. Яшма уверенно шла за ним, где-то чуть позади ею руководила Морион. Приближаясь, Яшма с завидной тщательностью сбрасывала игрушки и переворачивала столики, освобождая дорогу. За окном завывал ветер. Бился в стекла ливень. Опалит отступал. Он уже знал, чем закончится эта ночь, но не в этот раз. Не сегодня. Мастер кукол остановился. Затем он взял в руку одну из игрушек. Девушка приближалась, куклы и солдатики разлетались в разные стороны. Морион ухмылялась. - Роза! Маленькая куколка в расшитом розами длинном платье спрыгнула с одной из полок и встала перед своим мастером. - Какая грозная кукла! – Морион расхохоталась. – И это всё на что ты способен, братик? Маленькая куколка грациозно поклонилась, и сделала всего пару шагов вперед. Мужчина скрестил руки на груди и неотрывно смотрел лишь вперед – на Яшму. Малышка начала быстро-быстро сматывать перед собой невидимый клубочек, и внезапно все куклы в магазине начали шевелиться. Ещё несколько мгновений и солдатики, мишки, куклы всех размеров и мастей кинулись к Морион. Но на пути уже стояла Яшма. Девушка ломала и крушила кукол, которыми так восхищалась. Глаза всё также слепо смотрели куда-то вперед. Маленькая куколка Роза все также быстро плела невидимый клубочек маленькими ручками. Опалит замер статуей. Но вот Яшма отмахнулась от очередной игрушки, разрубив её острым кинжалом надвое, и сделала шаг вперед. Роза ускорила плетение клубочка, и теперь в мельтешении ручек было сложно рассмотреть что-либо. Морион продолжала улыбаться: её глаза не смотрели на марионетку – она видела только безмолвного брата. Шаг за шагом Яшма продвигалась вперед... Внезапно грохот грозы за окном прорезал тонкий звук. Так лопается тонко натянутая струна. Жалобно. Щемя сердце. Руки Розы безвольно повисли. Игрушки, атаковавшие девушку, осыпались вниз. Ещё мгновение и куколка рухнула на пол, а Морион стряхнула что-то с руки... Яшма прыгнула вперед, занеся оба кинжала для удара, но Опалит по-прежнему не шевелился. И лишь за момент до удара он перевёл взгляд на глаза Яшмы.