сь от боли. - Разве это имеет теперь значение? - Шерла вернулась на свое место, с интересом наблюдая за мужчиной. - Да! Где они? - голос был скрипучим и сухим, губы плохо слушались. - Забудь о них. Ты теперь иной. Ты теперь мое любимое - детище. - Нет. - Как же больно было даже говорить. - Думаю, ты скоро поймешь. Сам. И передумаешь. - Шерла встала. - Снять с него цепи. И потушите здесь весь свет. Он ему не нужен. Шерла вышла, кто-то снял с меня цепи, и я лежал на ледяном мокром каменном полу, не ощущая его холода, радуясь, что больше нет тяжести на руках и ногах, но тут же исчез и последний свет. Я прикрыл глаза, пытаясь забыться, но странная пульсация в деснах вскоре заставила меня открыть глаза. К своему удивлению я понял, что в моей темнице далеко не так темно, как мне показалось. Темнота словно расслоилась на оттенки и разные цвета, и не казалась чернильно-непроницаемой, как это было раньше. По углам она была угольно-черной, чуть выше - переливалась оттенками темной зелени. Деревянные предметы казались темно-коричневыми, металл решеток отдавал оттенками темного серебра, а еще теплые факелы, таили еще едва ощутимое тепло угаснувшего темно-оранжевого света. Послышался плач, лязгнул запор, двери открылись, и в комнату втолкнули девушку. Судя по молодому голосу и причитаниям, еще совсем молоденькую. Она скреблась во вновь запертую дверь, обдирая ногти, пыталась бить и стучать в нее кулачками, но получалось у нее слабо. И вскоре она оставила эти попытки, медленно осев около запертой двери. - Это бесполезно. - Голос был чужим и осипшим. - Кто здесь? Кто вы? - испуганно вжалась она в дверь. - Я. Такой же пленник. - Как хорошо, — она утирала слезы, быстро пытаясь привести себя в порядок. - Где вы? - Левой рукой вдоль стены, несколько шагов. На полу. Девушка неуверенно шла вперед, на мой голос, явно ориентируясь в темноте гораздо хуже меня. Вскоре на меня наткнулась ее маленькая босая ножка. - Ой, извините, — она присела рядом, стараясь меня не касаться. - Кто ты, дитя? - Я из поселка. Из заставы Светлых. - Что случилось с заставой? - Ее больше нет. Орда Темных смела ее, после того как расправилась с защитниками. - А что, — кулаки непроизвольно сжались, — случилось с передовым отрядом? Они уходили последними. - Не уцелел никто. Когда защитников заставы добили, они догнали нас... Мало кто уцелел. Темные были в ярости, они не щадили никого. Ну а кто уцелел, тех забрали с собой. - Значит, все было напрасно... - Нет, говорят, короля ранили, но он чудом успел укрыться в городе. Сам город не тронули. А что было дальше, я не знаю, меня подарили сюда сегодня. Теперь я уже точно не вернусь... Девушка заплакала, воцарилось молчание. Десны болели все больше, и я мимолетом посмотрел на нее: она тепло пульсировала. Теплое, мерное, мягкое колебание. Открытая шея светилась ярче всего. Жажда донимала все сильнее, и я все меньше контролировал себя. - А как вас зовут? - незнакомка устала плакать. - Это уже не имеет значения. Называй графом... - Граф? - Встрепенулась девушка. Только у одного воина было такое прозвище. О, милорд, как хорошо, что вы живы! Теперь у нас будет шанс! - она еще что-то болтала, но теперь я уже не слушал ее. - Дитя, подойди ближе... - голос осип почти совсем, нестерпимая жажда заставляла звать... Девушка послушно пододвинулась, вновь коснувшись меня. - Надежды уже нет. Иди... ближе. - Я не узнавал свой голос. - Почему нет надежды? - спросила она, придвигаясь уже совсем близко. - Потому что теперь все поменялось, — жажда взяла меня под контроль. - Я голоден, я хочу пить... Помоги мне... Девушка медленно откинула волосы, обнажая шею, и придвинулась ко мне. - Если я могу что-то сделать, — немного заторможено ответила она. Она была так близко, что я ясно видел яркие пульсации тепла ее крови, которые манили, звали, обещали утолить мою жажду. - Смелее, дитя мое, — ясно прозвучал в голове голос Шерлы. - Утоли свою жажду, и присоединяйся к нам! Кровь укажет тебе дорогу! - Шерла? Ты знаешь мои мысли? Где ты? - я вскочил, отталкивая девушку прочь от себя. - Я знаю о тебе все, дитя, ведь создала тебя, — голова раскалывалась от ее смеха. - Когда ты примешь себя, утолишь свою жажду, — соблазнял голос. - Я дам тебе то, что ты хочешь сейчас больше всего. Смелее! Голос стих, а я все еще искал, откуда он звучал, оглядывая стены комнаты. Обшаривал глазами каждую темную впадину, пока глаза снова не нашли пленницу. Она была напугана и дрожала, только теперь я прекрасно понимал, для чего она оставлена здесь. Клыки царапнули губу, и я снова ощутил жажду. Ее теплота сводила с ума. И я снова позвал: - Иди ко мне, дитя. Не бойся. Девушка медленно подошла и снова подставила шею. Я пытался бороться с собой, но это было сильнее меня. Жажда. Тепло... Клыки вошли в беззащитное горло. Но она даже не пыталась сопротивляться. Она послушно стояла, наивно доверившись мне, пока из нее уходила жизнь... Меня же закрутил водоворот ее воспоминаний: детство, сестры, семья... Гадания на женихов, атака темных... Плен... Путь по подземелью. Каждая капля ее крови хранила информацию, воспоминания, давала мне силу, утоляла жажду... Словно сквозь туман до меня донесся ее едва слышный шепот: - Я верю в вас, Светлый Граф, остановите ее... Девушка обмякла, и я оторвался от нее. Осторожно положил ее обескровленное тело на пол, ужасаясь тому, что со мной происходило. Вытер тыльной стороной руки рот, в ужасе наблюдая, как кровь впитывается в кожу. Сила переполняла меня. Новое ощущение. Власти. Силы. Мощи. Тепла. И ужаса. Ужаса, что я убил невинную жертву. Я воин, я - гордость светлого войска... Убил, чтобы выпить кровь... Видимо, я кричал, не помню. Я остановился лишь когда снова взглядом наткнулся на уже начавшее остывать тело девушки... " Я верю в вас..." - звучали последние слова в моей голове. Время остановилось. В голове яркими кусками обрывками воспоминаний кружилось всё то, что я когда-либо знал или помнил, роилось, перемешивалось, разрывая мое сознание, но теперь жажды не было. - Довольно! - руки зажали уши в попытке избавиться от видений и голосов. Всё стихло. Но мне нужен был путь к Шерле. Если я ее дитя, она даст мне ответы. Рука сжалась, по привычке сжимая эфес утерянного клинка, а вторая привычно потянулась за боевым хлыстом, кинжалом. Но их не было. Тогда я полоснул себя клыками по запястью: первая капля упала на пол, вторая... и вот кровь тонкой струйкой устремилась вниз. Я перехватил эту струйку, и она приняла форму моего верного оружия. - Замечательно. - Словно кто-то другой внутри меня отдавал команды. - Теперь посмотрим, на что способны эти игрушки. Двери хватило на пару ударов, и она разлетелась в щепки. Я вышел, не обнаружив ни охраны, ни света. Но я прекрасно видел оттенки ночи и так. Я шел по коридорам, пытаясь договориться со зверем внутри меня. Я уже понял, каким даром наградила меня моя новая мать. Но она за это поплатиться. Я стану ей сыном, учеником, я узнаю все, и тогда... Звуки музыки были все громче, и я подошел к ярко освещенному коридору. Охрана пропустила меня, несмотря на мой потрепанный боем вид. Открылись двери, и я вошел. В гробовой тишине я шел вперед. Туда, где ждала меня моя мать. - Дитя мое, ты долго, — мягко укорила она меня. - Но первый раз, — она отпила что-то алое из своего кубка, явно пахнущее кровью, но не человека, — бывает сложно. Подойди ближе. Я подошел и склонил колени перед ее престолом. В голове была пустота. Даже если она бы читала мои мысли, их не было. Богиня встала рядом со мной, и радостно оповестила свою разномастную орду, которую я не смог рассмотреть в ярком после темноты свете сразу: - Сегодня у нас радостный миг! Силы Света лишились своего главного клинка! Лидера! Это нанесло серьезный удар по их силам, но у нас победа ценнее! Воин, который смог одержать победу надо мной, — по залу прошел шепоток, и меня еще сильнее стали буравить пристальные взгляды, — стал моим сыном! Это дитя, — она подняла меня с колен, и обняла за плечи, — познает всю глубину и мощь Хаоса! Он поведет вас, станет моими руками и глазами там, где я не смогу быть! Орда радостно закричала, салютуя, а Шерла обратилась уже ко мне, протягивая свое запястье: - Пей, тебе нужны знания. Утром у тебя первый урок! Я коснулся клыками алебастрово-белой кожи, касаясь того, что было больше не дозволено никому. Первый глоток обжег, заставляя пожалеть о своей дерзости, второй огнем пытался выжечь мою суть, а третий заставил вспомнить о своей жажде... Орда все кричала, но меня уже затягивал водоворот того, что таилось в предложенной мне крови. А в голове слышался голос богини: - У тебя нет больше имени. Тебя будут знать как Графа, грозу сил Света, Темного! Моего Первого Генерала! Я молча пил, зная, что однажды... *** Граф мотнул головой, отгоняя воспоминания, которые невольно нахлынули из-за любопытства дочки. Он внимательно смотрел на дочь, в глазах которой стояли слезы. - Ну, это еще что такое? - он стер слезинку, которая сорвалась с длинных ресниц и покатилась по щеке. - Папа, ты такой сильный... - шмыгнула носом девочка. - Я же твой папа, — он обнял дочь. - Иначе быть не может. Но знаешь, что... - Что? - малышка вытерла нос любезно предложенным платком. - Мне изредка снятся сны. Давно забытые картины прошлого переплетаются в моем сознании, чтобы ударить яркими красками былого и ушедшего по тому, что так тщательно скрыто мной... Только сны снова делают меня тем, кем мне уже не стать. Белый рыцарь. Как же давно это было. Когда-то я не утерпел, и приехал в то место, что когда-то было моим домом... Лес еще